Олег Богай – Турнир (страница 68)

Выглядело это все и вправду премерзко. После того, как подготовка к созданию была завершена три монстра явили себя миру: многоногое существо, из костей, с неисчисляемым количеством острейших конечностей, которые угрожающе торчали во все стороны.

Из мяса получилась тварь не хуже: трехногий и трехрукий голем высотой, достигающий крыши двухэтажных зданий. Он смотрелся не так омерзительно, на фоне двух остальных тварей, возможно потому, что частично напоминал человека. Пусть довольно странного, высокого, без переда и зада, с двумя лишними конечностями, пусть он был без кожи и, фактически, без головы, пусть его тело покрывают торчащие отовсюду глаза, и кусочки волос, но что-то общее с человеком или животными у него все же было.

Третья тварь была самая омерзительная из всех, что можно себе представить: бесформенный мешок, несколько метров в радиусе, сотканный из кожи и набитый, видимо для прочности, сухожилиями, связками и еще чем-то. При этом поверхность того ужасного монстра имела тысячи маленьких дырочек, из которых при каждом его медленном движении валил едкий, густой и зеленый туман. Глаза, уши, носы и волосы, расположенные хаотично только добавляли картине ужаса.

Именно в тот момент, когда это существо показалось крупным планом, многие зрители добавили умный фильтр. Даже привыкший за две недели Чива, чудом удержался и не тыкнул на вожделенную кнопку — его остановил тот факт, что он комментатор; он не может ничего пропустить.

— Я отказываюсь это комментировать! — Заявил обозреватель, но тут же, противореча самому себе сказал: Нет, это просто невообразимо! Одно заклинание и… Вы только подумайте какая мощь! С этими четырьмя всадниками апокалипсиса Скелетошка действительно имеет шансы на победу! Вы… Я бы сейчас предложил всем игрокам немедленно убираться из города потому что совсем скоро город перестанет принадлежать игрокам.

Начался хаос. То, что происходило на экране не успевал бы комментировать даже десяток профессиональных комментаторов. Вакханалия боли. Вакханалия криков. Вакханалия ужаса. Вакханалия крови. Хотя все пытались спрятаться или убежать куда-нибудь подальше, маленькие твари все равно каждую секунду находили и догоняли своих жертв. Те же, кто был способен что-то противопоставить маленьким гончим были бессильны перед великанами.

Скелетошка продвигался вглубь города. Стражники становились лишь новым кормом. Большая часть игроков боялась встать у него на пути, а сил тех, что осмеливались просто не хватало.

…

Центр города. Городская площадь. Именно здесь, вблизи своего храма, жрецы светлой богини Ириил решили дать бой. К ним прибились игроки, влеченные наградой и желающие получить «божественную» экипировку некроманта, о которой говорит вся сеть. Здесь же были все паладины, что успели прилететь на срочный зов, пока город еще можно спасти, некоторые из которых, к слову, были игроками.

Скелетошка посмотрел на них высокомерным, спокойным взглядом, а затем провел рукой в воздухе и перед паладинами, которые дружно прикрывали своими телами и массивными щитами жрецов в легких, белых балахонах, появилось изображение. Маленькая девчка, которая сидит в центре круга крови. Истерзанные тела, которые как бы пронзают, убиваю ее своим взглядом. Простейшая магия иллюзий, ничего, что могло бы поразить; но было что-то в этой картине невероятно ужасное. Кадры сменялись. Девочку спасают. Девочка смеется. Девочка улыбается. Девочка живет. Она смеется вместе с вами. Она живет. Вроде бы обычное заклинание сумело передать бесконечно много чувств. И все вроде бы хорошо у нее и у «рассказчика», но… Один кадр сменялся другим, выстраивая немое кино. Скелетошка за какую-то минуту показал все, что связано у него с Пентиель. Все. От начала и до полей, на которых бродят одинок всесильные мерзкие существа.

— Это то, что видел я. — Хрипящим голосом произнес некромант. — Это то, за что я ненавижу вас всей душой.

Затем туман, из которого состояло изображение раскололся на множество маленьких кусочков. Маленькие пазлики попали в голову каждого, кто стоял напротив некроманта. Скелетошка с грустью улыбнулся.

Паладины издали боевой клич. До того они ждали, потому что понимали. что время играет против некроманта — чем дольше, тем больше союзников успеет прибыть на зов братства; но сейчас же заклинание, которое широко для передачи своих знаний, они восприняли как атаку.

«Всадники апокалипсиса» не сдвинулись с места. И только в тот момент, когда свет мечей и молотов был так близок, что уже начал наносить урон, твари пришли в движение.

Мешок отравлял все поле боя и, видимо для топлива, время от времени проглатывал собственных жертв. Из-за него дышать паладинам было практически невозможно — стоило вдохнуть ядовитые пары, как начинался кашели и глаза застилало белой дымкой. Сражаться в таком состоянии практически невозможно.

Человекоподобная мразь раскидывала рыцарей во все стороны, разрывала их на части, втаптывала в быстро покрывается кровью камень. Подобраться к этой ужасной машине для убийств было практически невозможно: она постоянно крутилась и прибегала из одного места сражения, к другому.

Отродье из кости действовало совершенно по-другому: оно медленно пробиралось через армию врага; но ничего не могло ее остановить. Стоило только подойти к ней на расстояние удара — поразительные два-три метра — как даже закованный в глухие латы рыцарь погибнет от резкого удара острейшей кости в уязвимое место. Это может быть щель в шлеме, отвалившееся кольцо в кольчуге, сочленение доспехов, жа этой машине хватит и незащищенного миллиметра!

Глиномес же как мог защищал своего командира. Скелетошка хоть и невероятный маг, но защититься от толпы паладинов, жаждущих смерти за гранью разумного для некроманта.

Маленькие твари, вроде гончих, обычных зомби, и всевозможных тварей, сотканных из трупов, подобранных по дороге, просто вносили еще больше хаоса в бой и отвлекали внимание паладинов, внушали тем, что в принципе бой они выигрывают.

Самую большую проблему доставляли жрецы. Маги света. Они, моля свою богиню о помощи, развоплотили тварей, иссушили кровь лечили раненых и, самое страшное, атаковали светом самого Скелетошку. Тот, тратя ману и концентрацию, блокировал их совместные атаки.

Свою лепту вносили набежавшие игроки, которые то тут, то там, пускали стрелы, звенели мечами, колдовали магию.

За минуту боя преимущество скопилось на стороне Скелетошки. Более того — казалось, что шансов у хваленых служителей света нет. Казалось, что шанса нет ни у города, ни у империи. Звучит конечно бредово, но мощь некроманта нарастает с каждым захваченным тело; с каждой полученной единичкой он становиться сильнее. Это понимал каждый, кто бросался с очередным криком на тварей. Это понимал каждый, кто вдыхая ядовитый газ, умирал, проткнутый резким ударом. то понимал каждый растопченный, каждый, чей крик застал в воздухе, каждый, чье тело превратилось в очередной материал.

Жрецы умирали, жертвуя собой ради помощи богини. Паладины, мерли как мухи, не способные противопоставить что-либо злу, которого меньше не становиться. Жадные игроки, не успевшие скооперироваться друг с другом, лишь подливали топлива Некроманту.

Вдруг время замедлилось. Одного из паладинов вдруг покрыл яркий, ослепляющий свет. Затем еще один, со слезами, скрываемыми под шлемом, кивнул в знак понимания. Затем третий, четвертый пятый… Три секунды спустя десяток шаров висело в воздухе. Центр в тот момент сиял ярче солнца. Даже с закрытыми глазами, казалось, можно было ослепнуть.

— Я, паладин Драгс Светлый, жертвую собой и обрекаю себя на вечные мучения, во благо Богини Ириил, и прошу ее вернуть все обратно, прошу повернуть смерть вспять. — Мужественным, пронизывающим голосом, которые немного подрагивал, но вместе с тем был непоколебим и тверд, сказал первый.

— Я, паладин — неразборчиво — жертвую собой и обрекаю себя на вечные мучения, во благо Богини Ириил, и прошу ее вернуть все обратно, прошу повернуть смерть вспять.

Шары дружно лопнули. Свет на несколько секунд поглотил все. Он затмил город, затмил округу. Даже жители окрестных городов, зажмурились рефлекторно, чтобы не ослепнуть.

Свет держался недолго, но когда он спал город был абсолютно чист. Нигде не было ни следа побоища, если не считать разумных, приходящих в себя на белокаменной улице. Никто не понимал, что произошло. Каждый из проснувшихся помнил, как его разрывал монстр или убивало насмерть заклинание; но сейчас — тишина. Ни тварей. Ни некроманта. Ни каких-либо следов. Все бы решили, что это помешательство, если бы не тот факт, что на главной площади смиренно сидят паладины.

Впрочем, тишина продолжалась совсем чуть-чуть, буквально мгновение, через которое город вновь наполнился криками и топотом снующих туда-сюда игроков, ищущих каким бы заданием поживиться, как бы поднять репутацию на халяву.

— Думаю, это конец господа. Но не конец истории, а конец всего лишь небольшой главы. Да, все мы прекрасно знаем как «красиво» разрабы разрулили ситуацию, просто вписав гейммод на уничтожение игрока и возвращения всего «на круги своя». Ничего не поделаешь. Это их право, но я уверен, что Скелетошка будет продолжать бороться, если конечно его персонажа просто-напросто не удалили ради «баланса» в игре. К сожалению, на этой ноте мне придется прервать свой полуторанедельный стрим. Следите за новостями о Скелетошке в социальных сетях и на нашем сайте: академия магия точку ру. — Чива спокойно, насколько это возможно в подобной ситуации, прощался со своими подписчиками.