Олег Богай – Турнир (страница 47)
Я бросил хитрый взгляд на монстра, стремительно приближающегося к остановившемуся мне, затем на девочку, но уже не хитрый, а задорный, мол: «Порвем-ка грелку, покажем ему, кто здесь хозяин». Пентиель в бою мне ничем помочь, естественно, не сможет, но наблюдать с безопасного расстояния будет. Может, даже заклинанием каким подсобит не сильным, маны у нее сейчас почти что нет.
Девочка отошла на значительное расстояние. Вя витает рядом. Гончая, про которую я не забыл, хоть и не уделял ей даже секунды своих драгоценных мыслей, все так же грызет, прямо на бегу, отрывая ничтожно малые куски элементаля. Меньше он, на взгляд, не становится. «Может, регенерирует?» — тявкнул в очередной раз голос. «Эй, а почему с маленькой буквы? Мне кажется, я уже заслужил, чтобы с большой писаться!» — заявил он.
«Тебе кажется!» — шикнул я, приказывая ему заткнуться.
Три метра. Я готов к встречи. Кладенец, гордо запрокинутый на плечо, срывается и отправляется в полет по незамысловатой траектории. Его блеск усиливается. Он будто чует движение, будто уже ощущает на своем лезвии свежую кровь.
Меч разрубает темного голема пополам, а сам я с легкостью ухожу от его первой, резкой, но ожидаемой и предсказуемой атаки. Любой другое существо, разруби его напополам, никогда бы больше не попыталось меня убить, а это нет — лезет дальше драться. «Любовь она такая. Даже твоя ненависть не отпугивает ее», - засмеялся голос.
«Ага. У червей. И вообще, ты меня теперь со всем, что движется, шипперить будешь?! Кончай уже, а то так и останешься «г"олосом.»
«Я еще не начинал, а ты уже обижаешься!» — заявил голос в тот момент, когда я в прыжке пригнулся, уклоняясь от двойной атаки чудища. И откуда во мне взялась эта ловкость? Характеристики, не иначе!
Огромный меч не особо располагал к танцам, но только благодаря ему я все еще держался. Только он мог завершить сражение с исходом в мою пользу. Нужно лишь невероятно малое — правильно им воспользоваться. Пока вот все не получается: удар — в молоко. Тварь раз за разом собирается из собственных рассеченных частей. Небольшая часть, к моему счастью, все же испаряется от соприкосновения со светом меча, другая — орошает собой пустынный песок, но, по большому счету, мои усилия и на треть не так эффективны, как мне бы хотелось.
Я пригибаюсь и выставляю меч на то место, где только что была моя голова. Есть идея. Не безумная, но единственная, что возможна в моем положении. Меч разделяет конечность атакующей твари на две части. Они бы через полсекунды срослись, но я трачу всю ману на то, чтобы одну половину, ту, что побольше, отделить окончательно и не дать соединиться с другой. Для этого я ее помещаю в воздушную пленку, своего рода мыльный пузырь, а после — отталкиваю как можно выше.
«Когда запускают шарики в небо, желания загадывают», - сообщило сознание. Я даже не стал ему отвечать, надоело уже своими неуместными и НЕСМЕШНЫМИ шутками. Лучше бы помог. Гад.
«Ну, ничего. Теперь он стал чуть меньше. Чуть слабее. Значит, мне стало чуть легче с ним бороться. Потерпи, Данек, еще пару часиков и если не совершишь ошибку, то победа будет за тобой. Главное — делать все плавно и спокойно. Оп, шаг влево, пригнуться. Обраточка. Прыжок. Шаг вправо, пригнуться, удар…
…
Через полчаса с элементалем было покончено: последняя его часть была отправлена в полет на воздушном шаре. И хоть в страну Оз ему явно не суждено попасть, не повезет тому бедняге, который найдет его у себя на заднем дворе. Эх, прости меня, неведомый крестьянин. Монстр не оказался и в треть таким опасным, как я думал: чрезвычайно туп и медлителен, даже с уменьшением размеров он все равно пытался достать меня своими уже не столь страшными ручищами. Вообще, весь бой можно даже назвать скучным: жди себе, когда мана восстановится, а после — руби с плеча да делай свое магово дело.
«Результативная вышла тренировочка! И почему на полигоне не так?.. Жалко только вот, что реагентов я не получу…»
«Да надо было все по-другому делать, тогда бы не остался с носом», - голос, который меня уже порядком подбешивает, вновь тявкнул из своего угла.
«Даже не буду спрашивать, как. Лучше пойду и похвалю Пентиель. Она нос не высовывала, заклинаниями редко-редко палила. В общем, молодец она сегодня».
— Пентиель, красавица, ты где? Выходи. Все закончилось, неужели ты не видишь? — на последней фразе моей сердце начало биться быстро-быстро. Пентиель далеко не дура. Она бы поняла, что драка окончилась и вышла бы сама из своего убежища. Но почему-то она все еще сидит где-то там … или… или! Или не сидит, а ее кто-то украл, или того хуже — убил!
Я заметался в поисках. Девочки все нигде не было. Я, тешимый надеждой на то, что она просто где-то засиделась, заигралась со мной в прятки, обыскал все в радиусе сначала десятка, а потом и сотни метров, но поиске не увенчались успехом. Я не нашел даже следа Пентиель. Ни борьбы. Ни следов. Ни убежища. Ни. Че. Го.
И тогда я начал размышлять. Куда могла запропаститься двенадцатилетняя девочка. Воображение предательски рисовало страшные, чудовищные картины, написанные кровью и внутренними органами красавицы. Смерть, по сравнению с теми муками, что могут причинить обитатель Пустыни, — блаженство. Даже вселенски долгое небытие, за которым следует перерождение, не так страшно, как те ужасы, что готовы учудить местные твари.
— ПЕНТИЕ-Е-ЕЛЬ!!! — что есть мочи крикнул я больше от отчаяния, нежели надеясь таким образом отыскать ненаглядную. Это был крик в никуда, с целью услышать ничего.
Неожиданно послышался шорох. Тихий, похожий на детский шепот шорох. Так крадется паук по своей паутине, еле слышно. Почти беззвучно. Но я уловил этот неулавливаемый звук. Чудом, не иначе. Показалось, может? Воображение разыгралось?
«Тебе не кажется, болван», - подтолкнул меня голос.
Я подошел поближе к источнику звука. Что-то едва-едва приподнимало песчинки, а затем опускало их. Я с опаской подошел еще ближе, а затем, озаренный, отодвинул песок и увидел мирно спящую в нем Пентиель, которая умудрилась каким-то образом не задохнуться внутри песчаной дюны.
— Ты цела! — воскликнул идиот-я, не найдя ничего лучше.
— …А?.. что случилось?.. Почему я вся в песке?
Тут я стал серьезней некуда.
— Ты ведь не специально закопала себя в песок, — задумчиво произнес я.
— Что? Нет! — испуганно заявила красавица.
— Тогда у меня для тебя очень плохие новости. Во-первых, никогда не засыпай на голом песке, а, во-вторых, тебя сейчас чуть не поглотила пустыня.
«Дурак! Ты вообще думаешь, что говоришь, или у тебя там где-то проводок, соединяющий мозг с языком, отвалился? Девочка же после такого уснуть не сможет! От слова совсем! Детская психика!»
«Тебе напомнить, может, ЧТО эта девочка перенесла? К тому же, может, не так и плохо, что она спать бояться будет. Не буду потом ее по всей пустыне с девочкодетектором разыскивать».
«Садист. Сон для детей важен. Не забывай!»
— Скелетошка! Ты меня слышишь?! — с испуганными глазами девочка потрясла меня за плечо.
— А, э… — проявил я чудеса красноречия, — да, слышу. Прости, Пентиель, я немного задумался.
Девочка посмотрела быстро, а затем потоком обняла меня.
— Я так боялась… — всхлип. (О нет, только истерики мне тут не хватало!) — Когда ты бился с этим… монстром, — всхлип, — он… — всхлип, — мог тебя убить, а когда ты дважды пропустил удар, — всхлип. Еще один. Теперь девочка попыталась взять себя в руки, голос зазвучал увереннее, хотя все так же с истерическими нотками, с теми нотками, что полны невысказанными словами. — Я подумала, что все кончено. Что конец нашего приключения… что…
— Тише-тише… — попытался успокоить я, иначе, уверен, начнется новая, куда более страшная волна истерики, — ты бы знала, что я подумал, когда тебя не нашел. Ты как вообще так уснула?! — перевел я тему, как учат азы психологии.
— Не знаю… Я смотрела-смотрела, а потом стало так… прям даже плакать захотелось. Я отвернулась, свернулась клубочком, а дальше не помню.
— И криков моих ты не слышала? — поинтересовался я.
— Не знаю, — девочка с каждой секундой становилась все спокойнее и спокойнее. — Что-то слышала. Видимо, сквозь сон. Но очень тихо.
— Все понятно. Все мне понятно. Спать на голом песке теперь точно нельзя, но на сон это особо не повлияет, главное, помни, что, когда лежишь на песке, глаза нельзя даже на секунды смыкать. Поняла?
Девочка кивнула, не отлипая от меня.
— Замечательно. А теперь давай досыпать то, что не получилось выспаться сегодняшней ночью. И вообще, тебе не холодно? — я почему-то только сейчас заметил, что у меня зуб на зуб не попадает и откуда ни возьмись появился дебафф «Холод 3 степени».
— Немного, — смутилась Пентиель.
— Тогда давай быстрее готовиться ко сну. По старой схеме.
…
Утро началось для меня поздно и спокойно. Местное светило, казалось, уже достигло своего апогея и сейчас царственно стоит в зените. Жарко. От ночной прохлады не осталось и следа, поэтому, вспотевший, я устало отодвинул от себя медвежью шкуру. Даже климат-контроль не спасал от жары. Неприятно. Пентиель мирно сопела рядом.