Олег Богай – Турнир (страница 27)

— Здравствуйте, господин Скелетошка! — молодая симпатичная девушка странной, но очень милой расы встретила меня практически у самого входа, не дав толком осмотреться. — Пройдемте за мной, Вам полагаются особые условия!

«Вот это сервис!» — подумал я, увлекаемый милой, не по размеру маленькой юбочкой (ага, юбочкой, как же).

Меня повели через залы. Они сияли. В каждой комнате было что-то привлекающее твой взор: то шикарнейшая люстра, свисающая с потолка и освещающая зал магическим огнем, то прекрасная картина, распластавшаяся на всю стену, то мозаика, то …

Я не успел оглянуться, как оказался в просторном кабинете, наедине с человеком в непримечательной, но при этом довольно дорогой одежде.

— Здравствуйте, Согласный с собой, Легендарный, Безжалостный рыцарь Скелетошка, убийца уникальных монстров, удививший богов, лучший среди миллиона. Меня зовут Иниар, помощник заместителя начальника отдела по работе с Высокими личностями! — Бархатным голосом поприветствовал он меня.

— Зачем так официально? — с легкой, дружеской усмешкой воскликнул я. — Мы с Вами дела будем делать, а не в аристократию играть. На эти игры у меня нет времени, поэтому отставим ненужный официоз и прочее.

Человек улыбнулся. По-доброму улыбнулся, искренне.

— Знали бы Вы, как мне это самому надоело! Знали бы Вы… но не буду тратить Ваше время. Что нужно, в каком количестве и куда, когда доставить?

— Вот это разговор Иниар! Мне потребуются трупы различных животных, можно в плохом состоянии. Пять… шесть экземпляров по три раза на дню. Животные должны быть довольно редкими и, как следствие, обладать некоторыми навыками. Естественно, при жизни. Свежевание, шкуродерство и прочее буду тренировать.

— Хорошо. В какое время Вам удобно принимать доставку?

— Восемь утра, двенадцать дня и шесть вечера, — с готовностью ответил я.

— Дальше? — спросил представитель.

— Амуниция для мага: плащ, роба, скипетр, все-все-все. Попытайтесь найти лучшее, что можно купить за пятьсот золотых.

— Будет сделано. И?

— Все. Больше нет никаких пожеланий. Как я могу рассчитаться?

— Что Вы! Первый заказ для Вас мы сделаем бесплатным с условием того, что, выступая где бы то ни было, скажете, что закупались в нашем торговом доме и использовали наши услуги. Естественно, Вы останетесь довольны и перечислите все достойные качества нашего чудесного аукциона. А также, на Вашу одежду будут нашиты значки нашего аукциона. Не волнуйтесь, на качество одежды они повлияют исключительно в лучшую сторону: наши специалисты зачаровывают их на плюс три к удаче.

«Странно. Всегда думал, что аукционы в играх — монополисты. А тут на тебе: рекламное место хотят купить».

— А если я не собираюсь выступать в ближайшее время или вовсе не собираюсь выступать? — прищурившись, спросил я.

— В таком случае, Вам не о чем волноваться.

— Костюм за тысячу! — нагло заявил я.

— Простите, Скелетошка, но, боюсь, что такой обмен уже будет не выгоден компании. Я предложил одно из лучших условий. Поверьте, конкуренты не смогут переплюнуть, поэтому остановимся на шестистах золотых.

«Наверняка, будь я более харизматичен и нагл по природе своей, то сторговал бы больше, но я почему-то чувствую себя так некомфортно».

…

Вышел я из здания аукциона все же довольный. Теперь, дело за малым — придумать чертову программу обучения, а затем не ударить в грязь лицом перед самыми главными, первыми учениками.

К тому же… у меня есть еще одно дело: не один же я буду работать. Нужна дешевая, а в моем случае — бесплатная рабочая сила. Остается ее только оживить.

Глава 8: Открытие

— Шаг вперед, кто умеет писать, — скомандовал я.

Из шеренги бывших крестьян, построенных мной, вышли двое. Это, неожиданно для меня, оказалась довольно миловидная девушка, кажется, Безымянная, и какой-то неотесанный мужик. К слову о последнем: он, даже побывав на том свете, не перестал вонять, как последний… В общем, кажется, пора открывать ванную комнату. Удивительно, что от меня так же не несет. Видимо, какая-то причуда расы.

— Безымянная? Правильно помню? — спросил я, указывая на девушку карандашом.

Девушка с длинными, но совершенно неухоженными золотыми волосами, лишь кивнула. Кажется, как будто сам факт возможного разговора для нее унизителен. Ее подбородок высокомерно поднялся; он, острый, подошел бы больше какому-нибудь герцогу-аристократу, чем девушке со столь прекрасными волосами.

— А тебя, прости, забыл? — я обратился к бородатому мужчине лет сорока. Он был довольно мускулист, несколько смугл, что придавало ему определенный шарм.

— Кернт я, — грубо, не смотря мне в лицо, ответил бородач.

— Где ж ты, Кернт, грамоте-то выучился? — с ухмылкой, не без повода, спросил я.

— Батюшка мой держал публичный дом. Мне приходилось помогать ему иногда. А там без грамотности, увы, никак. Сами, должно быть, понимаете… Чего вы смеетесь?

Вот бывает иногда так: вроде, шутка — и не шутка даже, вроде, смешно не должно быть, а смешно. И ты смеешься как угорелый, как будто тебя перышком кто-то щекочет, и хочешь остановиться… но это боле не в твоих силах, и кажется, что ты навеки потерял возможность говорить. Вот сейчас со мной произошла эта ситуация.

Наверное, эти недоумевающие лица грязных людей в лохмотьях, эта ситуация… в общем, сложно объяснить. Наверное, это все же хорошее настроение.

— Безымянная, будешь у меня работать секретаршей. … Это должность красивой девушки, которая… да не так Вы все поняли. В твои задачи будет входить обслуживание клиентов… исключительно с юридической части.

Лица рабов — а это теперь мои рабы — покрылись усмешками, а лучше будет сказать — злорадством. Не знаю за что, но Безымянную невзлюбили сразу и все одновременно. Лицо же самой девушки оставалось статичным. Она умудрялась сохранять спокойствие и высокомерность даже в такой ситуации.

— Я не зря спросил про грамотность. Основная! Подчеркиваю, основная ее обязанность — записывать пожелания клиентов, а также их просьбы. Иногда, да, нужно ЛЕГКО кокетничать и пытаться показать себя клиенту, но не более того. Пока у нас не расширенный штаб, основная твоя обязанность будет лишь записывать имя клиента и… назначать ему прием. В общем, потом разберешься, я помогу с этим.

— А нам что делать?

— Да. Что нам-то?..

— Как быть, мы-то безграмотные, Ваше… — загудели рабы, как только я кончил. Кажется, их совершенно не учили манерам, правильному поведению и уважению к стоящим выше.

— И вам найдется работа! А сейчас успокойтесь! Никто без работы не останется. Шаг вперед, кто умеет готовить.

На этот раз сразу четверо придвинулись ближе. Я бросил на них оценивающий взгляд: женщина лет сорока, совершено не следящая за собой. Пусть она не имеет лишнего веса, но ее кожа обвисает везде, где только можно, морщины покрывают лицо, шею и руки. Вторая кандидатка на роль повара выглядела чуть лучше, была несколько моложе на вид, но все равно от одного взгляда на нее хотелось стать монахом. Третий — седовласый мужчина с небольшим шрамом около брови и всего одним ухом. Четвертым был, к моему удивлению, мальчик. Я, честно говоря, думал, что он хоть где-нибудь сможет пригодиться… Серьезно, на что способен пацан двенадцати лет?

Я начал было уже придумывать конкурс поваров, где каждому придется демонстрировать свой безмерный талант мне лично, но вовремя спохватился — мы же в игре.

— Говорим уровень поварского мастерства… Скажите уровень кулинарии, — косноязычие — мой конек.

— Сорок, — сказала старуха.

— Двадцать восемь, — С грустью в голосе после нее повторила та, что помоложе.

— Три, — улыбнувшись, сказал мужчина. Интересно, на что он вообще рассчитывал?

— Двенадцать, — Скромно, смотря в пол, сказал мальчик.

Я подумал несколько секунд, а затем вынес вердикт:

— Отлично. Ты, — указываю на женщину, — назначаешься главной поварихой, а ты — ее помощницей, — я обратился ко второй. — Также, вы будете обучать малого всем премудростям готовки. Рассказывать и показывать ему все рецепты, — мальчик с каштановыми волосами улыбнулся, а его глаза, чистые и голубые, засияли.

Поднялся шум. Я вновь всех успокоил, рыкнув что-то грозное — уже не могу точно припомнить, что именно.

— Вы будете обслуживающим персоналом. А ты, — я указал на того мужичка, который был грамотным, — назначаешься руководителем над ними. Это мое решение и оспаривать его пока нельзя. НЕЛЬЗЯ Я СКАЗАЛ!!! — я сорвался на крик.

Все стихли. Намучаюсь я еще с этими рабами — совершенно не понимают, видимо, что такое рабство. Наверное, стоило бы их приструнить, показать, что такое боль, но желания нет… Да кого я обманываю? Бить ни в чем не повинных людей, да еще и находящихся в моем подчинении…

— Вот вам мой первый указ, — идите и купите себе одежду поприличнее…

— Так денег нету, хозяин!

— Да, Скелетошка, денег же нет совсем!

— Оттого и ходим в тряпье…

— Что денег нет.

Мне уже начинает надоедать…

— Я — ваш хозяин, и одна из моих обязанностей — одевать и обувать вас. Это первое. Второе: если вдруг кто-либо заговорит без моего разрешения, то этот «кто-то» будет подвержен серьезному наказанию. … Чтобы сказать что-то, нужно поднять руку и только потом, ТОЛЬКО ПОСЛЕ МОЕГО РАЗРЕШЕНИЯ говорить.

…

Возился я с ними довольно долго: иди попробуй объяснить, что именно ты от них хочешь. Хотя чего я, собственно говоря, хотел? Интеллект у них на лице написан, вернее, его полное отсутствие.