Олег Богай – Скелетошка: Турнир (страница 13)
– Нет! Надо убить!
– Хорошо, только с голыми кулаками мы с тобой, то есть я… – боже мой, я разговариваю с самим собой!.. Интересно, это нормально или нет? Это начало шизофрении? А сейчас у всех так? Или я уникум?
– Убить!
– Ладно, я понял, подхожу ближе к теме. И так: у нас… меня сильная магия. Магия – это ум. Умом мы навоюем гораздо больше. Поэтому, давай мы с тобой посидим в Гробике и попытаемся решить все мудростью и интеллектом?
– Нет! Убить!
– Э-эй, притормози коней. Давай так. Я сейчас трачу всю ману, а потом, так уж и быть, я передаю управление тебе. Идет?
– Убить!
– Да-да, ты добиваешь это огромное чудище.
Кажется, теперь я могу говорить, что мне удалось приручить самого себя. М-да-а… Возможно, я все-таки зря пошел ему на уступки? Да на самом деле у меня не так много вариантов. Покидать черную зону я не намерен, тем более, делать это без гроба: с его ловкостью от огра он не убежит. Значит, остается только принимать бой. Наверное, сейчас я чересчур воинственен под влиянием эм… второй сущности, но вариантов у меня, по сути, никаких больше и нет. Печалька».
Я закрыл глаза. Урона одного заклинания, даже если кританет копье вампира, мне явно не хватит. Нужно что-то более масштабное. Маны на это «что-то» явно не хватит, значит, нужно искать другие способы. Например, повалить и замедлить, в идеале – привязать. И тогда с ним можно будет разобраться, как лилипуты с Гулливером. Конечно, это то еще рискованное мероприятие.
Но кто не рискует, тот не пьет прекрасные напитки (терпеть не могу шампанское!)
Я сосредоточился на мане, которой сейчас во мне непривычно много. Целые поток голубых искорок перебегает на руки и, когда я оказываюсь внутренне опустошен, я приступил к созданию магии.
В самый последний момент я понял, что совершенно не могу быстро придумать способа опрокинуть гиганта, кроме, пожалуй, одного – запустить копье в его ногу. На бегу резкий урон и, как следствие, боль, должны сыграть с ним злую шутку. А дальше… я что-нибудь придумаю.
Я потратил половину маны на дерзкий магический выпад.
Через семь секунд я с ужасающим хладнокровием понял, что мой план оправдался: одна нога не удержала массивное тело; огр упал в непосредственной близости от меня: до него от гроба было не более десяти метров, что при его росте – плевое расстояние. В любой другой ситуации я бы порадовался, что мне удалось так удачно попасть в тайминги – все сложилось просто идеально – но не сейчас. На данный момент я лишь с удивительным безразличием рассматривал жирное тело, беспомощно лежащее на своей чудо-корзинке, которая, надо сказать, не сломалась и пыталась встать «на ноги». Люди орали довольно громко. Громче всех кричала какая-то девушка. Видимо, ее все же придавило.
Оставшуюся половину маны я сконцентрировал на руках и потратил с умом. Я, основываясь на опыте, который уже был у меня, создал заклинание, базирующееся на той простой мысли, что даже без одной-двух мышц наш организм не сможет нормально функционировать, перемещаться. При том условии, что мышцы эти хоть сколько-нибудь значимые.
Взяв контроль над мышцами в правой ноге, дал указание им хаотично сокращаться и расслабляться.
Я бы, наверное, порадовался созданию чего-то поистине стоящего, но не могу. Нет абсолютно никаких эмоций. Даже сожаления по поводу того, что сейчас отдаю управление над своим дорогим телом.
Красная пелена покрыла мои глаза. Ярость овладела моим телом, тогда как разум остался чист и неприступен. Сейчас я неожиданно понял, что лучше бы захватил контроль над бицепсом правой руки: тогда бы мне не стоило большого труда заставить ее колошматить голову своего владельца. Но что сделано – то сделано. Горевать не будем. К тому же, чем сложнее будет второму мне, тем интереснее будет зрелище.
Второй я, назовем его Олегом, – всегда хотел, чтобы меня так звали – поднял с пола прямую и довольно увесистую палку. Предполагаю, что это одна из тех, которые принадлежали куантам. Он схватил ее поудобнее. Наверное, он проверял, как она сидит в руке. Хотя, нет, – слишком тяжко для его разума.
Я приказал гуле напасть на огра. Думаю, Олег один не справится. Не хочу смотреть грустную короткометражку. И, чтобы немного облегчить труд гули, приказываю гробу сделать сразу три выстрела из всех оружий, залпом, в правое плечо огра. Первые шесть зарядов заряжены заклинанием, поэтому они сделают неработоспособной конечность гиганта.
Олег в это время развлекался вовсю. Уверен, его удары не наносили серьезных поврежденией огру, как моя магия, но выбивали раз за разом по десятку-другую жизней, наносили раз за разом относительно серьезные увечья.
Я расположился в мягком кресле собственного разума. Здесь так приятно наблюдать за тем, как тяжелая дубинка ложится на жирное тело огромного, но уже практически беспомощного огра; как кровь разлетается от каждого удара, а твердая кожа превращается в кусок оголенного мяса; как урчит упырь, добравшийся до кости, весь покрытый кровью <(абсолютно весь)>.
Огр удивительно долго сопротивлялся. Его лысая голова долго издавала крики, больше похожие на осуждающие охи старого деда, сопряженные со скрипом не менее древней двери.
Бедный великан махал руками и ногами во все стороны, но это не приводило совершенно ни к чему. Олег довольно здорово уклонялся от медлительных и массивных конечностей. Наверное, я бы так не смог. Порхать как бабочка и жалить как пчела.
…
Пантомима «суд над великаном» продолжалась довольно долго. Не могу сказать, насколько, но, если судить по истерзанному, превратившемуся в сплошное мясо, комок плоти, лежавший передо мной, как результат, – это было более чем небыстрое сражение.
Я пришел в себя, обрел контроль над телом и мыслями, когда толстая корочка крови на мне окончательно засохла. Я был покрыт бордовой субстанцией от кончиков пальцев на ногах до затылка. Неприятное ощущение, надо сказать. Радовало одно: помимо крови обзор затмевали сообщения. Но прежде я покопался у себя в голове.
«Так. Кажется, что теперь я остался один. В том смысле, что я теперь действительно Я. Наверное, это действительно так. <Цензура>, как не прикольно чувствовать, что ты в одно мгновение можешь потерять контроль над самим собой. Стать, по сути, кем-то другим. Потерять эмоции – это вам не хухры-мухры. Это очень серьезно. А ведь я не просто потерял эмоции. Изначально мной как будто кто-то управлял. Сейчас-то, слава богу, я – это Я, но тогда… тогда я как будто стал другим человеком на пару минут. Вначале, бесхарактерным отбросом, все мысли которого сводятся к тому, как бы побыстрее уже сдохнуть, а затем бесчеловечным имбецилом, желающим только крови и смерти всем окружающим. К слову, когда я наблюдал, как другой я делает что-то настолько омерзительное, что даже вспоминать тошно, я наслаждался этим. Это ужасно. Как хорошо, что я все еще я. Нахер эти турниры. Нахер-нахер! Фиг я полезу в них. Лучше буду сидеть где-нибудь… Если выпустят. И спокойно качаться, чтобы потом… или буду сразу качаться и зарабатывать, а не все это…
– еще две страницы нытья о своей судьбе -
Так. А теперь нужно собраться, прочитать, наконец, эти сообщения и решить, что делать мне дальше.