Олег Айрапетов – Крымская война (страница 9)
20 октября (1 ноября) 1853 г. Николай I подписал Манифест «О войне с Оттоманской Портою». В нем говорилось о том, что Россия не хотела этой войны и пыталась избежать ее, действуя вместе с другими европейскими державами. «Ожидания Наши не оправдались, – заявлял император. – Тщетно даже главные Европейские Державы старались своими увещеваниями поколебать закоренелое упорство Турецкого Правительства. На миролюбивые усилия Европы, на Наше долготерпение, оно ответствовало объявлением войны и прокламацией, исполненной изветов против России. Наконец, приняв мятежников всех стран в рядах своих войск, Порта открыла уже военные действия на Дунае. Россия вызвана на брань: ей остается, – возложив упование на Бога, – прибегнуть к силе оружия, дабы побудить Порту к соблюдению трактатов и к удовлетворению за те оскорбления, коими отвечала она на самые умеренные Наши требования и на законную заботливость Нашу о защите на Востоке Православной Веры, исповедуемой и народом Русским!»
Началась война. «Как и когда она кончится, – отметил 22 октября (3 ноября) Николай I, – знает один Бог милосердный. Будем ли иметь дело с одними турками или встретимся с англичанами и французами. Как бы ни было, пойдем своим путем, готовые на всё, и не отступим».
Крымская война как война с Турцией. Первые столкновения на море и суше
Крымская война поначалу, с октября 1853 г. по апрель 1854 г., ничем не отличалась от обычной уже практики русско-турецких войн. Она традиционно велась в Закавказье, на Дунае и в Черном море. Первые столкновения были неудачными для русской армии. В частности, начало военных действий оказалось полностью неожиданным для наместника Кавказа ген. князя М.С. Воронцова. В результате в начале войны инициатива в Закавказье принадлежала противнику – русские части были растянуты «в ниточку» по границам и постам. По немногочисленным гарнизонам русской Черноморской береговой линии – по побережью Предкавказья, Кавказа и Закавказья – находилось 25 отдельных укреплений и фортов. Противник решил воспользоваться разбросанностью наших сил еще до того, как была объявлена война.
Уже в июне со стороны турецкой Аджарии начались набеги, что вызвало необходимость подтянуть к границе воинские части. Пограничное пространство от Ахалкалаки до Александрополя (совр. Гюмри, Армения), где находились богатые села духоборов-переселенцев и армянские деревни, давно было лакомой приманкой для башибузуков. Уже с конца августа курды и турки начали тревожить эти села набегами, похищать скот и людей. Деревни христиан у границы стали пустеть, они отходили ближе к крепостям и в крупные поселения.
В октябре, когда немногочисленные русские посты были оттянуты к крепостям, действия противника стали активнее. В ночь с 15 на 16 (с 27 на 28) октября 1853 г. около пяти тысяч турок атаковали укрепление 2-го разряда – пост Св. Николая на русско-турецкой границе, где стояло две неполных роты с двумя орудиями. После 9-часового героического сопротивления пост был взят, оставшиеся в живых, в том числе священник, женщины и дети, были зверски замучены, чиновник таможенного карантина распят и расстрелян.
31 октября (12 ноября) турки силами около 30 тыс. регулярной пехоты и кавалерии при 40 орудиях перешли через русскую границу и захватили селение Баяндур, где устроили резню. Сопротивление им оказало местное армянское население во главе со священником. Прибывшие русские войска прикрывали отступление местных жителей и понесли значительные потери – 77 казаков было ранено и убито. По приказу генерала князя В.О. Бебутова 2 (14) ноября турок атаковал отряд генерал-майора князя И.Д. Орбелиани. Имея шесть тысяч человек при 28 орудиях, Орбелиани разгромил турок. Потеряв около одной тысячи человек убитыми, противник откатился назад. Русские потери равнялись 125 убитыми и 300 ранеными, в основном от артиллерийского огня. Орбелиани излишне долго держал войска под огнем противника, прежде чем решиться на атаку. Бебутов и Орбелиани действовали по собственной инициативе, так как Манифест об объявлении войны был получен русскими властями в Закавказье только 6 (18) ноября.
Русский план войны с Турцией делился на шесть этапов:
• переправа через Дунай;
• осада крепости Силистрия;
• утверждение в северной части Болгарии, осада и взятие Варны;
• переход через Балканы;
• движение к Адрианополю и Константинополю;
• овладение частью Анатолии по Босфору и Дарданеллам.
Предусматривалось тесное взаимодействие армии и флота, ввиду чего великий князь Константин Николаевич предложил сохранить и возможность высадки десанта на Босфоре. Последнее предложение не было принято императором. Полное уничтожение Османской империи не входило в планы Николая I, и он не хотел обострять обстановку в районе турецкой столицы, что, кстати, могло вызвать и вмешательство других государств в русско-турецкую войну. Их эскадры с 27 октября (8 ноября) уже стояли на Босфоре.
Без десанта перспектива быстрого достижения успеха на основном театре войны была весьма сомнительной. На Балканах к началу войны турки имели до 130 тыс. чел., из которых 30 тыс. под командованием Омер-паши стояли в Шумле, 30 тыс. – в Адрианополе, а остальные войска были рассредоточены по правому берегу Дуная от Виддина до устья реки. Примерно половина этих сил состояла из регулярной армии (низама), остальные части были представлены ополчением (редифом) и иррегулярными отрядами башибузуков.
21 октября (2 ноября) 1853 г. турки перешли через Дунай у Туртукая и заняли Ольтеницу – карантинное укрепление в 50 верстах от Бухареста. 23 октября (4 ноября) шеститысячный русский отряд атаковал турок в этом укреплении. Атака была рассчитана на взятие Ольтеницы под вечер, так как удержать ее днем под огнем турецкой артиллерии с противоположенного высокого берега Дуная было бы невозможно. Штурм имел успех, но в последний момент, когда противник начал уже свозить свою артиллерию к переправе, был дан отбой, и войска возвратились назад, потеряв при этом 236 чел. убитыми и 725 ранеными. Относительно велики были потери среди офицеров: 5 обер-офицеров было убито, 9 штаб-офицеров и 30 обер-офицеров ранено. После боя последовало высочайшее разрешение офицерам носить шинели под цвет и форму солдатских, только с галунными погонами.
Не доведенная до логического конца операция превратилась в победу противника, о которой немедленно раструбила европейская пресса, видевшая Омера уже вступающим в Бухарест. Впрочем, ничего подобного не произошло, турки сами понесли немалые потери и не желали более рисковать. 31 октября (12 ноября) они сожгли карантин и вернулись на правый берег Дуная, уничтожив переправу. Успехи противника ограничились этими незначительными делами.
Русский Черноморский флот накануне войны насчитывал: три 120-пушечных и одиннадцать 84-пушечных линейных кораблей, восемь фрегатов, четыре корвета, четырнадцать пароходов – всего 55 судов, которые могли перевезти до 30 тыс. чел. десанта в один рейс. Перед войной планировали разобрать часть ветхих судов, переделать два линейных корабля в винтовые и заложить еще два винтовых линкора. От строительных планов пришлось отказаться с началом военных действий.
Турецкий флот имел в своем составе 78 судов, которые имели около 3 тыс. орудий на борту: один 130-пушечный, один 120-пушечный, три 84-пушечных линейных корабля; один 70-пушечный, шесть 60- и 44-пушечных фрегатов; два 22-пушечных корвета; шесть 18-пушечных бригов; семь 20-пушечных фрегатов, один винтовой пароход, пять пароходо-фрегатов, десять пароходов разной величины, шестнадцать шхун, тендеров и транспортов. С 1833 г. резко выросло качество кораблей, экипажей и артиллерии, но способности командиров оставались стабильно низкими. И по количеству, и по качеству превосходство было на стороне Черноморского флота.
8 (20) октября эскадра Нахимова получила приказ выйти в крейсерство в поиск противника между Крымом и турецким побережьем. Утром 11 (23) октября четыре линейных корабля, один фрегат и один бриг вышли в море. Перед их уходом в Севастополе были получены неофициальные сведения о том, что турецким судам было приказано атаковать после 9 (21) октября русских, если они встретятся им в меньших силах, и что в Батум из Константинополя было послано три пароходо-фрегата. Нахимову поначалу запрещалось начинать военные действия первым. 18 (30) октября, уже находясь в плавании, он вновь получил переданный через вице-адмирала В.А. Корнилова высочайший приказ временно воздержаться от атак. «Нечего делать, будем ждать у моря погоды», – отреагировал на эту новость Нахимов.
В Черное море была отправлена и турецкая эскадра, состоявшая из семи фрегатов, двух корветов, двух пароходов и двух транспортов. Перед ней ставились в основном крейсерские задачи и прежде всего – вблизи побережья Кавказа. Существовала опасность повторения высадки неприятельского десанта в Абхазии, на этот раз в Сухуме. Используя преимущество в ходе, турецкие суда могли легко избежать столкновения с русскими линейными кораблями, а в случае необходимости – укрыться под прикрытием береговых батарей. Именно это и сделал турецкий адмирал Осман-паша, введя свои корабли в укрепленную гавань города Синоп.