Олег Алтайский – «Пикник» под кронами корней (страница 17)

– Ага Спикер, это я. Ну давай рассказывай чё там у тебя стряслось снова.

– Тут это, братец, дела у нас не совсем нормальные для телефонного разговора. Помнишь, когда я у тебя в гостях был, ты меня в деревню возил, хозяйство свое заброшенное показывал? Дом там, ангар, трактор ушатанный?

– Ну помню конечно. Меньше месяца прошло. Не совсем же я склеротик контуженый.

– Тут это, парням с кем я служил, угол тихий найти надо. Ты не против если они у тебя перекантуются месяцок другой?

– Дезертиры что ли?

– Да не. Никакие они не дезертиры. Не по телефону. Они сами как доберутся до тебя, все тебе объяснят. Я тут разгребу немного и тоже подтянусь. С Вьюном напряги у меня серьезные. Упырь конченый. У парней с ним непонятка случилась. Я ее тут сам разрулю, чтобы от парней отстал этот урод и приеду.

– Слышь, Серега, я же просил тебя меня в криминал не втягивать? Не получится так, что мне потом менты вопросы станут задавать, на которые у меня не будет ответов?

– Нет, братец, не получится. Я бы не стал тебя впутывать. Парни приедут, все тебе объяснят. Там сам решение примешь. Но имей ввиду, они сами сельские и рукастые. Они тебе твое хозяйство мигом на ноги поставят. Ты же жаловался, что с людьми проблема, работать некому, так вот тебе и работники.

– Да я людям только рад. Как бы от людей твоих новые проблемы не начались.

– Брат, нам надо помогать друг другу. Кто если не мы нам еще поможет. Сегодня у них непонятки, завтра у нас. С ними проблем у тебя не будет. Я отвечаю.

– Хорошо. Когда они приедут?

– Они на колесах. Уже в пути. Я им наберу, адрес твой дам и номер телефона. Они позвонят и там курсанут тебя по ходу своего движения.

– Договорились.

– Ну все братец тогда. Лишнего не будем по связи базарить. Как они доберутся до тебя, сами всё растолкуют. Там старший у них Гром.

– Принято.

– Ну все тогда, конец связи.

Максим отложил смартфон в сторону и задумался. Ирина села рядом и спросила:

– А с кем это ты сейчас общался?

– Да, сослуживец мой, вместе под Изюмом были. Я потом в один отряд ушел, он в другой. И у него отряд очень веселым по ходу, в кавычках, оказался.

– А он что, из правительства?

– Почему? – удивился Максим.

– Ну ты его Спикером назвал.

– А, ты про это, – Максим ухмыльнулся, – это позывной у него такой.

– Позывной?

– Ага.

– А у тебя какой, этот ваш позывной?

– У меня Леший.

– О! Точно похож. Особенно когда не причесанный и не бритый, – девушка засмеялась и продолжила расспросы. – А он тоже на спикера похож?

– Нет. Совсем не похож. На пирата больше похож.

– А почему тогда Спикер?

– Он с пикой постоянно ходит. Ни где с ней не расстается.

– А что такое, пикой?

Максим рассмеялся неосведомленности девушки.

– Пика, это клинок такой узкий, с двух сторон заточенный.

– А зачем он ему?

– Мы когда блиндаж под Изюмом капали, наткнулись там на заваленную землянку, еще со времен второй мировой войны. Раскопали ее, расчистили, одна комната почти целая оказалась. Там трупы немецких офицеров были, вернее одни скелеты уже. Кто сидел, кто лежал. Мы к ним прикоснулись, они и обсыпались. Форма вся сгнила, но значки и оружие, хоть и пострадали, но выглядели вполне прилично. Я себе железный крест взял и зажигалку, а он себе узкий клинок. Потом его реставрировал самостоятельно. Достаточно неплохо получилось, и он у него теперь как талисман.

– А другое оружие там было?

– Да, навалом и гранаты, и патроны, и автоматы, и пистолеты. Но мы командиру доложили, и он это все передал потом кому-то.

– А крест с зажигалкой покажешь?

– Я их в музей сдал, когда меня на встречу со школьниками приглашали. В областном центре как будем, зайдем, там я тебе их и покажу.

– Ой фу, в музее не интересно, – девушка потеряла интерес к разговору и направилась на кухню.

Заглянув в холодильник, она произнесла:

– Нам в магазин прогуляться надо. Продукты купить.

– В смысле, продукты купить? – Максим удивленно встал с дивана и направился к ней.

– Ну у тебя тут есть совсем нечего.

– Как это, нечего? – недоуменно произнес парень, – Полный же холодильник.

– Я такое не ем. Мне йогурт нужен, бифидок, творожок, салат свежий, зелень.

– А пельмени и сельдь под шубой бифидок тебе не заменят? – смеясь произнес Максим.

– Дурак. Сам ешь свои пельмени. Ты мне еще пиво предложи.

– О, точно. Я же пиво купил и рыбу. Давай по баночке?

– Да иди ты, Дуремар.

– Я не Дуремар, я Леший. – Максим принял шутливо угрожающую стойку. – Сейчас ты мне ответишь за свои обидные слова.

Ирина посмотрела на него скептически и пренебрежительно ответила:

– Фи, тоже мне Леший, сейчас скалкой перетяну вдоль спины, вся листва с тебя обсыпется и получится нормальный Дуремар.

Максим сразу сжался и просяще-испуганным голосом произнес:

– Только скалкой не бейте меня пожалуйста. Не хочу Дуремаром быть.

– Быстро тогда на выход и в магазин.

– Как скажешь, моя госпожа.

– То-то же и никакого мне чтоб пива больше не было. Леших с пивным пузиком не бывает.

– Слушаюсь и повинуюсь, – ответил парень, выхватив из упаковки одну баночку, звонко раскупорил ее и жадно прильнул к ней губами, поглощая золотистый пенный напиток.

– Ах ты негодник такой, – девушка схватила полотенце.

– Я нечаянно, так получилось, оно само, – стал оправдываться парень, получая шуточные удары кухонным полотенцем.

Отставив пустую баночку в сторону, он стал сопротивляться и пошел в атаку.

В их импровизированном противостоянии победу одержал Максим и сграбастав девушку в охапку, нежно швырнул ее на диван и упав рядом, заключил ее в свои объятья. Девушка притихла и хитро улыбаясь смотрела на парня. Максим приблизил свое лицо к её и нежно прошептал на ушко.

– Ты просто прелесть, миленькая моя девочка. Не представляю как я раньше жил без тебя. Я тебя обожаю.