Олег Алтайский – Мужская работа (страница 19)

– Тогда понятно. Ладно, нормально всё, ещё пообщаемся поближе, но в другой раз.

Из подлетевшей Газели выскочил Француз и радостно поприветствовав рыжебородого с укором глянул на Дмитрия. Он, показав водителю двигаться следом за ним, запрыгнул обратно в Газель и с пробуксовкой тронулся с места. Через несколько секунд машины растворились в тумане.

– Что это такое было? – спросил Кацап.

– Понятия не имею, – ответил Дмитрий и поставил винтовку на предохранитель. – Похоже важная шишка какая-то.

Муса, махнув рукой, молча направился спать.

Через несколько часов, когда Дмитрий заканчивал дежурить свои вторые два часа, Хайлюкс промчался в обратном направлении, приветливо посигналив как старым друзьям.

Из подъехавшей следом Газели вышел Француз.

– Демон, ну ты кадр, Моторолу не пропускал. На ствол его поставил.

– Кто такой Моторола? – безразлично спросил Дмитрий.

– Ты что, Моторолу не знаешь? – удивился Француз.

– Нет.

– Это легендарный полевой командир молодой мятежной Донецкой Республики, Арсений Павлов.

– А мне то, что, я из России. Пароль не знают, все с оружием. Пропустил бы, ты первый мне потом пистон вставил.

– Да, понятно. Ты так и Захара не пропустишь как я погляжу.

– А Захар, это кто такой? Тоже командир полевой?

– Вот ты даешь! Захар – это Александр Захарченко, глава ДНР, ну скоро будет. Выборы пройдут, и он главой станет.

– Без пароля не пущу.

– Вот ты душный.

Парни весело рассмеялись.

– Ладно, я поехал, а ты готовься с Таксистом, скоро в тыл к укропам пойдем. Сейчас с Моторчиком одну тему замутить решили. Настраивайтесь в общем. Тепляк трофейный не забудь, он нам там пригодится.

Француз уехал, а Дмитрий, почувствовал, как по всему его телу прошла волна предвкушения перед каким-то важным, волнующим событием. Сон прошёл мигом, сердце учащенно заколотилось. Ему натерпелось поделиться этой новостью с Владимиром, но тот в данный момент, нес боевое дежурство с другой стороны села. Румын, как и прежде, продолжал гадить Таксисту и не дав ему положенного времени отдыха, включил его в другой суточный наряд.

*****

Скучным несением суточного дежурства у Володи тоже назвать было нельзя. Соорудив на разрушенной ферме что-то вроде укрытия. Закопавшись за бетонной частью фундамента и сделав крышу из крепких бревен, завесив всё маскировочной сетью и засыпав землей, бойцам казалось, что их наблюдательный пункт не только способен выдержать артиллерийские прилеты, но и надежно скрыт от посторонних глаз. Сектор наблюдения был направлен с востока на запад, ровно в сторону Мариуполя, в ту сторону куда за горизонт опускалось красное вечернее солнце. Наблюдать конечно в это время за дальней лесополосой было затруднительно, но с этим ни чего поделать было нельзя. Вечернее солнце слепило глаза, но наблюдение вести было необходимо. Тем более что это неудобство было временным и вскоре солнце полностью скрывалось за горизонтом. Неотвратимо наступала ночь. Дежурные достали выданные им приборы ночного видения и в целях экономии блока питания, с пятнадцатью минутным временным промежутком, включали их и осматривали все вокруг.

Владимир находился внутри блиндажа и отдыхал перед своим заступлением на смену. Дверь распахнулась и его позвал Банзай.

– Таксист, ты спишь?

– Нет. Чё хотел?

– Блин, да там ерунда какая-то происходит. Пойдем сам посмотришь.

Володя поднялся и направился к выходу. На наблюдательной позиции находился третий боец их смены, Лука. Банзай сказал ему.

– Лука, дай ночник Таксисту, пусть сам посмотрит.

Володя смотрел в темноту и не мог понять, что именно ему хотели показать парни. Кроме ночной черноты ни чего видно не было. Но стоило ему заглянуть в монокуляр ночного прицела, как сразу в дальней лесополосе появлялся огонёк, словно фонарик. Убрав объектив монокуляра от глаза, Володя посмотрел в темноту снова. Невооруженным глазом ни чего видно не было. Ни огоньков, ни фонариков. Он снова приблизил прибор к глазу и опять увидел огонек.

– Чё за хрень? – спросил его Банзай.

– Да понятия не имею.

– Наверное надо сообщить? – предположил Лука.

– Ага, – cогласился Владимир и добавил. – В журнале наблюдения отметку надо поставить и точку на карте нанести, хотя бы приблизительно.

Лука остался на наблюдательном пункте, а Банзай с Таксистом вернулись в блиндаж и поправив светомаскировку включили в помещении свет.

Лука из-за двери комментировал.

– Огонёк движется на юг по лесополке. Сейчас замер. Погас.

– Время отметь во сколько, погас, – сказал Володя, делающему запись в журнале дежурств Банзаю.

– Снова загорелся. Обратно движется, на север, – доносился голос Луки.

– Короче ясно, что ничего не ясно. Давай, вызываем тревожную группу.

Володя взял рацию.

– Румын Таксисту. Румын Таксисту.

– Румын на связи.

– Обстановка три нуля. Три нуля. Как принял?

– Принял три нуля. Продолжаем дежурство.

– Принято, продолжать дежурство.

Володя убрал рацию и добавил, обращаясь к Банзаю.

– Выключай свет. Пошли на улицу наших встречать.

Минуты через две, в темноте послышались шаги бегущих людей. Потом всё стихло и Румын с бойцами вынырнул сбоку, через скрытый проход.

– Что у вас тут?

– На сам посмотри, – протягивая ночник, ответил Лука.

– Куда?

– Вот как стоишь, на двенадцать часов, в дальней лесополке.

Румын взял ночник и посмотрел в него. Потом убрал прибор от глаза и глянув в темноту сказал.

– Всё ясно. Кто-то за нами наблюдает оттуда через охотничий ночник. Гражданская версия, дешёвка. Был бы военный, мы бы его не увидели.

– Значит он нас не видит?

– Думаю, что нет. Если он один, конечно. Может рядом с ним кто-то и с нормальным ночником находится. Хотя…, на таком расстоянии и в нормальный ничего не видно. Да, согласен, хрень какая-то. Короче, рано утром, по серому, пока солнце не взойдет, туда двинем. День наступит, всё проверим и понаблюдаем до вечера. По темному вернемся обратно. Так что готовьтесь. Таксист, ты тоже пойдешь.

– Понял, – ответил Владимир, осознавая, что отдохнуть после дежурства у него снова не получится.

*****

Перед самым рассветом, на наблюдательный пункт пришел Боцман и позвал Таксиста.

– Братик, погнали, там коробочка на выезде уже ждет тебя. Румын сказал тебя позвать.

– Отлично, я готов, погнали. Володя взял свой рейдовый ранец и подхватив пулемет направился к выходу из наблюдательного пункта.

Добравшись до ожидавшей его грузовой буханки, Володя залез в кузов и бесцеремонно растолкав сонных товарищей, освободил себе место. Парни поворчали недовольно и снова погрузились в утренний сон.

Машина сорвалась с места и не включая осветительных фар помчалась в полной темноте к выезду из села. Вскоре машина свернула на проселочную дорогу и весело прыгая на ухабах понеслась на запад, к дальней лесополосе. Минут через десять пути, заскочив в кусты, грузовичок остановился. На востоке небо начинало светлеть и бойцы, растянувшись цепью, направились с юга на север, внимательно осматривая каждый подозрительный куст и камень.

Буханка, не теряя драгоценные минуты темноты, выскочила из кустарника и помчалась в обратном направлении.