Олег Акатов – Игры Кисялюриков (страница 14)

– Я не хотела, а он бежал… я не хотела…

Мол распорядился, чтобы ребёнку вынесли воды и когда подгонят телеги, его посадили туда. Он направился к распахнутым воротам. Превозмогая боль и, с трудом, делая каждый вдох, я двинулся следом за ним.

Посреди двора стоял Шал и давал указания, вокруг него лежали окровавленные тела. Четверо мужичков запрягали лошадей в крытые телеги, а один перевязывал раненых. Запрягать не получалось, лошади, учуяв кровь, всё время, брыкались и вырывались.

– Мы потеряли четырёх и ещё четверо ранены, – отрапортовал Шал.

Я стал искать Рата. Он сидел, облокотившись о стену спиной, прижимая, пропитанную кровью рубашку, к своей груди.

– У них пятеро убитых, одному удалось уйти. А это, нанятые строители. Строители сказали, что, недавно, отсюда ушел отряд в десять всадников. Все награбленные ценности хранятся в подвале, но ключа у них нет, – продолжил Шал.

– Одного мы поймали, он живой. Если бы отряд не ушел, то они бы, нас, тут, всех положили, – сказал Мол.

К Молу подошел мужчина и доложил:

– Пригнали три телеги, ребёнку дали воды и посадили в телегу.

– Собери всех старост, пусть они составят список ценностей, похищенных у граждан, – давал распоряжения, Мол мужчине. – Потом, возьмёте Шала, вскроете замок на подвале и раздадите ценности пострадавшим. А сейчас, пусть сюда подкатят телеги, без лошадей, а то, они крови боятся. Потом, вручную вытолкаем. – И крикнул Шалу: – Скажи своим строителям, чтобы загнали лошадей в конюшню и закрыли. А сами, пусть идут сюда, на погрузку.

Строители быстро погрузили в телеги раненых и погибших. Волка, положили в телегу рядом с Ратом и Жаном. Каждый вдох, отдавался волчонку острой болью. Телеги ехали медленно, чтобы раненых не сильно трясло. Нас подвезли к харчевне, и Мол помог Рату слезть с телеги. Небольшой отряд солдат, стоял и наблюдал за нами. Солорд вышел из харчевни и подошел к Молу.

– Будем меняться, я тебе привёз лекаря. А ты мне отдашь задержанного разбойника, – сказал он.

– Я, тоже, хочу послушать, что он будет петь. Надо, ещё, в том доме, где жили разбойники, оставить засаду, – возразил Мол.

– Согласен, ты поедешь с нами. Оставлю пару солдат в харчевне, охранять твоих людей, двоих пошлю в тот дом, пусть устроят засаду. Хотя, после такого шума, устроенного вами, я сомневаюсь, что, туда, кто-то сунется.

Рата и волка перенесли на второй этаж. Пришел лекарь, он обработал, зашил и забинтовал наши раны. Лекарь выставил из сумки на стол настои и объяснил Рату последовательность их приёма.

– Волка надо отпустить, иначе, он умрёт, – посоветовал лекарь Рату, перед уходом. – В лесу он вылечится сам, там есть целебные озёра. У нас, в замке, живут два волка, они были неоднократно ранены, защищая хозяина. Волки уходили в лес ранеными, а возвращались здоровыми. Если дадите мне телегу и сопровождение, то я подвезу его до леса и выпущу.

– Можно, я буду его сопровождать? – спросил мальчишка, выскочив из-за двери.

– Можно, – сказал Рат, – только, если тебе разрешат. Приведёшь отца…

Малец, недослушав, убежал, а, вскоре, вернулся с барменом.

– Я в курсе. Пусть едет. Я договорюсь с моим братом за телегу, – сказал бармен, потрепав волосы на голове сына и вышел. Я встал с пола, подошел и лизнул Рата в нос, при этом, перекинул в него свою душу.

От всех этих приключений и лекарства, выпитого Ратом, моя душа уснула вместе с телом носителя. Утром пришел лекарь, смазал Рату раны вонючей мазью, наложил свежие повязки и сказал:

– На тебе заживает, как на собаке. Скоро и швы сниму. Старайся не делать резких движений. Волка, твоего, выпустили в лес. Мальчишка, всю дорогу, его гладил. А что, в деревне новый целитель? Мне Солорд рассказал о вашем разговоре.

– Да, девчушка лет двенадцати. Она мне сделала, какую-то, процедуру и через час опухоль спала.

– Когда-то, давно, я слышал об этом. Наверное, это ускоренный метаболизм, а, так же, водяной массаж, – сказал лекарь. – Солорд меня отправил, к этому целителю. Я возьму с собой ваших раненых, у них очень глубокие порезы. Жанну я вылечил, у неё был стресс. Она, мне, всё рассказала, ей пришлось прикинуться мальчишкой. Она собрала и возглавила бригаду пацанов. Нужны были деньги, чтобы лечить своего брата. За одно, проконсультируюсь у целителя, чем можно помочь её брату. Не берите её больше в ваши бандитские разборки, у неё, ещё, детская психика. А от луж крови, которые вы оставляете после себя, даже, взрослый сойдёт с ума.

– А, ведь, Жан, или Жанна спасла мне жизнь.

Лекарь обернулся, и мы увидели Мола, стоявшего в проёме дверей.

– Разбойник бежал мне навстречу, с двумя кинжалами. А я, ещё, не успел подняться и не оправился после удара в грудь, его сапогом. Понимал, что, вряд ли, смогу его одолеть. А Жан, надо же, то есть Жанна, смело кинулась на него. И сумела уложить на дорогу такого детину, голыми руками, – Мол помолчал и добавил. – Я, теперь, её должник. И сделаю всё, чтобы вернуть свой долг. Раненых, уже, погрузили, положили им в дорогу еды и питья. И вот это, – он протянул лекарю плотный мешочек с монетами, – на лечение, если не хватит, добавлю. – Лекарь вышел, Мол обратился к Рату. – Хватит валяться в постели. Вставай и выходи на улицу, там, нас ждёт телега. Едем, проводить наших товарищей в последний путь. Надеюсь, швы, на тебе, не разойдутся. Вот, примерь новую одежду, старая одежинка от крови не отстиралась. Извини, кармана, тут, нет, или как, ты, его, там назвал.

Рат, с трудом, оделся и, спустившись вниз по лестнице, вышел на улицу. Он забрался в телегу и лёг на разложенном душистом сене. Рядом расположились Мол и Шал. Телега тронулась и Мол, негромко, чтобы возчик не услышал, начал вводить нас в курс дела.

– Лекарь, что-то, сделал с разбойником и он всё нам рассказал. Разбойники, должны были нас, полностью, дискредитировать, а после, заменить. Когда мы, окончательно облажаемся и население будет доведено до кипения, они должны были, всех нас убить и подбросить нам награбленные ценности. При этом, всё подстроили бы так, как будто, это мы перебили друг друга, при дележе добычи. А потом, они бы, предложили Солорду свои услуги. Два человека были из банды Марка, но они от него уходили, со страшным скандалом. Был это скандал, или постановка, мы не знаем, поэтому, предъявить Марку, нечего. Но, если мы ничего не предпримем, то это может повториться снова, с небольшими вариациями. Солорд мне предложил, как и ты, сыграть в свою игру и ничему не удивляться. Если бы, ты, тогда не соврал, про две бочки с золотом, то нас, сейчас бы, везли в соседней телеге, вперёд ногами. Десять человек, буквально перед нашим приходом, умчались за этим самым, мифическим золотом, так рассказал нам разбойник. А десять опытных бойцов, наделали бы в нас, своими кинжалами, очень много, лишних отверстий.

Нас подвезли к кладбищу, и мы слезли с телеги. До самого горизонта росли ровные ряды деревьев. Погребение было, довольно простым и не дорогим. В вырытые ямы опускали усопшего в мешке и засыпали землёй. Затем, священнослужитель совершал обряд, и все расходились, по своим делам. Когда, со временем, на месте погребения, грунт оседал, в ямку высаживали дерево, какое при жизни, завещал усопший. Глядя на это кладбище, я понял, что всё гениальное просто. У нас, на Земле, для захоронения используют доски на гробы, камни для надгробий. Совершенно бездарно, используется столько ресурсов, что можно, было бы, построить целые города. Своё отношение к человеку, нужно, оказывать при его жизни, а не тогда, когда у усопшего душа уже улетела.

Грунт, после дождя, был мягкий, и телегу трясло не сильно, поэтому, не один шов, у Рата, не разошелся. Приехав в харчевню, Мол набрал всяких продуктов и, взяв Рата с собой, направился к Жанне. Она стояла и смотрела, как мальчишки играют, в какую-то игру. Мол отозвал её в сторонку.

– Лекарь, нам всё рассказал, – сказал он, а на её глазах навернулись слёзы. Она попросила, чтобы мы никому не говорили, и, всегда, называли её Жан, а не Жанна.

– Твою тайну, кроме лекаря, знаем, только мы, двое, – ответил Мол. – Если кто-то проболтается, то, я, лично, его зарежу.

Он сделал страшную рожу. Жанна, смахнув слёзы, улыбнулась.

– Пошли, посмотрим твоего брата, – сказал Мол. – Лекарь уехал, но он обещал узнать у целителя, что может ему помочь. Если нужно заплатить, то я отдам все свои деньги, ведь, ты, Жанна, то есть, Жан, спас мне жизнь. А я, в долгу не останусь!

Мы спустились в подвальное помещение. Мол положил на тумбочку увесистый свёрток с продуктами, развязал тряпицу, в ней было около двадцати серебряных монет.

– Поделишь между парнями, заслужили.

На кровати лежал истощённый ребёнок с бледным лицом.

– Давай, перевезём его в харчевню. У нас много свободных комнат, выберешь, какая тебе понравится и если…

Жанна перебила Мола.

–Нет! – возразила она. – Пока, не надо ничего менять, вдруг, его душа вернётся, а тела нет на месте, и что, она, будет делать? Где, она, будет его искать?

– Ладно. Завтра приведёшь своих мальчишек в харчевню. Мы проверим, кто, на что сгодится и начнём обучение. Но, бегать будут учиться все. В прошлый раз, наши, еле добежали. Всё, завтра вас, всех, жду у себя.

После этого, мы поднялись по ступенькам, и вышли из помещения. Мальчишки не играли, а, молча, стояли и смотрели на нас.