Олег Акатов – Игры Кисялюриков. Том 2 (страница 16)

– Эййй!

Впереди бежавшие бандиты оглянулись и увидели сияющее привидение. Огромные белые руки, с разноцветными ногтями, подбирались к ним и пытались схватить. Перепуганные люди помчались с такой скоростью, что нам не было смысла за ними гнаться.

– Похулиганили немного и хватит! Надеюсь, этот небольшой кошмар им запомнится надолго! А, теперь, летим в лагерь. Мне кажется, что Модник, сам, собирался пойти с этим отрядом. Я, на его месте, так бы и поступил, особенно, после того, как его разведчик пропал. Я бы, насторожился и впереди себя отправил небольшой отряд. Ну, а, сам направился параллельно этому отряду, наблюдя за ними издалека, – сказал я.

– А, ты, оказывается, тоже, любишь хулиганить. Япама, ты, Кошмарнодобрая душа. Мы, их, так кошмарили! Я, сам, такое не придумал бы, особенно, с огненными языками, – посылал свои мысли Космик, лавируя между деревьями, на подлёте к нашему лагерю.

– Да и, ты, отморозок, ещё тот! – похвалил я лешего в ответ.

Действительно, моё предположение оказалось верно. Вскоре, мы заметили приближающегося, к нашему лагерю, человека, с прибором на голове. Он, уверенно, шел в темноте, огибая корни деревьев. Космик, без подсказки, влетел в прибор и поиграл с разными температурами своих рук. Человек сорвал с головы прибор и отбросил его в сторону. Я узнал в нём Модника, одетого в камуфляжную форму. Космик растянул свою руку, пальцы которой светились, как угольки. Модник принял их за настоящий догорающий костёр и, прячась за деревьями, медленно к ним приближался. Мы напустили тумана и огоньки, горевшие на пальцах Космика, стали имитировать угли костра, раздуваемые ветерком. Они манили за собой человека, предполагавшего, что это, именно он, в лесу охотник. Нам удалось заманить Модника в лес. И, тут, мы заметили белых змей, несущихся в нашем направлении. Змеи, промчавшись под нами, стали увеличиваться в размере, пока, не слились воедино. Под нами проносились реки густого тумана. Сливаясь, они заполнили всё пространство леса. Тут, уж, и нам пришлось забираться повыше, чтобы вернуться к лагерю. С высоты крон деревьев было видно, как белые змеи, выскочив из леса, промчались по кустарнику, превращая открытое пространство в белое марево. Молочно-белая масса, стремительно, стекала в обрыв, покрывая реку. Мы вернулись к нашему лагерю, сели на ветку ближайшего дерева и, прислонившись к его стволу спиной, стали пополнять запасы энергии от энергетических потоков, протекающих в стволе лесного великана. Сидя на ветке и, глядя на громадные звёзды, Космик спросил меня, или, сам себя.

– Почему, мне, нравиться смотреть на звёзды? Они, здесь, кажутся больше, чем на нашей планете. Хотя, я, точно не знаю, наша ли та планета, на которой находится пень Шаши.

– А я, когда был в человеческом теле, ездил на ночные рыбалки. Когда крючки, с наживкой, заброшены в воду, я лежал на берегу, ждал поклёвки и смотрел на звёзды. Наша планета вращалась и, за ночь, звёздное небо, постепенно, меняло узоры своих созвездий. Самым красивым зрелищем был Млечный путь! Иногда, падали метеориты, сгорая в атмосфере. Тогда, казалось, что падает звезда и можно было загадывать желание. Когда мы были молодыми, то ездили с друзьями, на косу и, всю ночь, пели песни у костра под бренчание гитары.

Почувствовав, что я стал засыпать, Космик предложил:

– Я тебе песенку спою, ту, колыбельную, успокоительную, которую, один раз, мне пела моя Страшная бабушка. Это было тогда, когда я так нахулиганил, что она из спячки вышла.

Космик тихонечко запел. А я засыпал, под мурлыканье лешего.

«Зайцы, птицы и ежихи, лешие и лешачихи,

В одном доме все живём, мы играем и поём.

Если люди к нам придут, ничего нам не дадут,

Мы заманим в глубину, напустив тумана тьму.

Кругами будете ходить и, криком, лес наш бередить.

Мы кругами вас ведём, пень под ноги вам суём.

Тот же, кто, из вас, смелей, сотрёт ноги, дуралей.

В лес дремучий заведу, ухну громко, хохотну.

Только, засмеёмся мы и, всё, спрячутся они.

Тот, кто лешего уважит, в лесу, усталый, спать не ляжет.

Люблю подарки получать, тогда, не надо вам кричать.

Ауу, Ау, кричите зря, я, жадину, гоню три дня.

Простое правило примите, вы, хлеба лешему несите.

Наевшись хлеба я добрею, да, спать ложусь и не наглею.

Плутать не будете с обманом, открою путь к грибным полянам.

Там, вы, и ягоды найдёте, домой довольные придёте.

Лесные правила просты, уважь меня, довольны вы!»

ГЛАВА 2

Веки, у Космика, были прозрачные и меня разбудили первые лучи местного светила. Мне не хотелось, без надобности, будить Космика. Я наблюдал за утренним лесом. Первыми, я услышал перекличку крупных птиц. Птицы поменьше, запели своеобразную, очень плавную песню, которая лилась отовсюду. И только, потом, защебетали самые мелкие птички. Их пение, заглушило все звуки в туманном лесу. Туман, под нами, оставался густым. Он полностью скрывал траву и нижнюю часть деревьев. Пронёсся лёгкий ветерок, зашелестев листвой. На каждом листочке дерева выступила прозрачная росинка. Они увеличивались в размерах, пока не превратились в шарики – мыльные пузыри, которыми любят играть дети. В каждом шарике разгоралась разноцветная искорка. После дуновения ветра, часть светящихся пузырей сорвалась с листочков. Они, вращаясь, опускались на хлопья тумана, которые, усиливающийся ветерок, отрывал от сплошного туманного покрывала. Шарики катались по туману, съедая его и, одновременно, увеличиваясь в размерах. Постепенно, туман был благополучно съеден, а шарики, раздувшись до размера футбольных мячей, носились друг за другом. Они переливались, как лужа, в которую попала капля бензина. Проказник ветер понёс разыгравшиеся шары вглубь леса, промчавшись под нами. Но, один маленький, наверное, проспавший шарик, остался. Он, в панике, метался в разные стороны, залетая в сплетения корней деревьев, в поиске тумана. Белый огонёк, внутри шарика, тускнел, а он становился всё меньше и меньше. Расстегнулась молния палатки и из неё выбрался Мася. Шарик нырнул в палатку и, вскоре, не спеша, выкатился из неё. Теперь, он походил на большой искрящийся мяч. Он не летел, а, не спеша, катился по траве, собирая росинки, в сторону, куда, утренним ветерком, унесло всех его собратьев. Собачка И, лениво, провожала, его, поворотом сонной морды. От необычного зрелища меня отвлёк шум внизу

Там началось движение. Техники А и Б встали со своих гамаков и разожгли костёр. Талли вскипятила воду в металлическом чайнике. Она налила воду в кружки, стоящие на траве и бросила в них шарики. Подростки подкрепились и начали сворачивать лагерь. Космик спал, а местное светило было довольно высоко. Трава, которая, ещё недавно, была усеяна каплями росы, к этому времени, высохла. Я вспомнил, что, после такого тумана, ходить по лесу, равносильно купанию в реке, будешь весь, абсолютно, мокрый.

Палатка свёрнута, рюкзаки собраны, группа готова к походу. Ребята и техники водрузили поклажу на плечи. Мася достал небольшую записную книгу, что-то, сверил с прибором, закреплённым на руке и уверенно сказал.

– Я посмотрел на карту и сравнил на информаторе. Надо идти вдоль леса. Местность, в том направлении, понижается, значит, там, должна быть река. Можно сделать плот и на нём, спокойно, доплыть до города, а, там, до космопорта, где и возьмем тихолёт.

– А, ты, умеешь делать плот? – спросила Талли.

– Что его делать, я, это, сто раз по инфоэкрану видел, – хвастливо ответил Мася.

– А плавать умеешь? – спросил Крост.

– Что, вы, на меня напали? Я на планету, первый раз в жизни попал. А где, на станции, можно плавать научиться? Вы знаете, какая, там, вода дорогая? – оправдывался Мася и сменил тему, увидев кустарник с ягодами. – Сейчас я сравню эти ягоды с информатором, я ел такие. Нас, когда-то, шеф угощал и говорил, что они с этой планеты.

Прибором, расположенном на руке, Мася провел по кустарнику и радостно заявил.

– Да, это, те самые ягоды. Посмотрите, тут, целая дорожка из таких кустиков. Сейчас их попробую.

Мася сорвал одну ягодку и съел. Затем, собрал горсть ягод, засыпал в рот и, пожевав, сказал:

– Эти ягоды, даже, вкуснее, чем те, что шеф угощал!

– Ну, уж, нет! Я боюсь есть эти ягоды, а, вдруг, они ядовитые? – ответила Талли.

– Будем идти по лесу до тех пор, пока не устанем. Вот и посмотрим, если Мася не умрёт, то и мы попробуем. – Цинично пошутил Крост.

Космик не просыпался. Я взял управление его сущностью и распутал хвостики, которыми мы крепились к ветке. Свалившись с ветки, я плавно спланировал и вселился в тело собачки И. Группа двинулась в путь по, предложенному Масей, маршруту.

– Мне кажется, что я, ночью, слышал страшные звуки и пение, а, может, это мне приснилось. Но, всё равно, нам нужно уйти подальше от этого места и, как можно дальше, от бандитов. Надеюсь, что они за нами не пойдут, – сказал Крост, ускоряя шаг.

– Мася, расскажи, что ты знаешь про город, в который все стараются попасть, Что на станции говорят о городе? – спросила Талли.

Мы шли по лесу, обходя, выступающие из травы, корни больших деревьев. Лучи местного светила, пробиваясь сквозь кроны лесных исполинов, стояли как столбы, освещая поляны цветов и ягод. В этих лучах роились разноцветные мотыльки, которые регулярно становились добычей небольших птичек. Птички влетали в рой мотыльков с, заранее, открытым клювом. Наевшись мотыльков, птички становились добычей более крупных птиц. Одни завтракали, а, особо беспечные, становились завтраком. Жизнь в лесу не стояла на месте и, даже, собачка И, временами, носилась за крупными мотыльками, играя с ними. Мася долго раздумывал и ответил.