Олег Акатьев – Человек Искусственного Контроля (страница 2)

Сергей был ростом выше среднего, жилистым, спокойным, рассудительным, добрым, не конфликтным парнем. В школе, для одноклассников – веселым, открытым, справедливым, спортивным парнем, иногда задиристым. В классе его уважали, так как он старался всегда помочь всем, кто к нему обращался за помощью, хотя после такой помощи, в итоге он был виновным. Поэтому иногда у него появлялись синяки и ссадины на лице. На прошедшем празднике 23 февраля – день Советский Армии и Военно-Морского Флота, девчонки класса обозначили его одним словом – джентльмен.

Сидя на скамейки и думая, куда пойти, он вдруг увидел в открытой двери своего подъезда, поднимающегося по лестнице, из помещения подвала стройного, высокого мужчину. Тот был одет в странную одежду, на нем был комбинезон серо-зеленого цвета, на ногах выделялись только подошвы, как бы одно целое с комбинезоном. На груди были два накладных кармана, в районе живота широкий пояс, немного выделялся своим видом, как будто внутри он был чем-то наполнен. По его взгляду и движениям, можно было подумать, что он не местный, и сейчас рассматривает вокруг него совершенно незнакомую обстановку. На вид ему было лет сорок. Выйдя из подъезда и осмотревшись вокруг, мужчина направился в сторону Сергея. Подойдя к нему, незнакомец присел на скамейку, улыбнувшись, сказал:

– Добрый день, молодой человек! Сегодня, какой день?

– Здравствуйте… Первое мая, – удивленно посмотрев на мужчину, ответил Сергей.

– А год, какой? – осматриваясь по сторонам, спросил незнакомец.

– Тысяча девятьсот семьдесят девятый, – еще больше удивившись, медленно ответил Сергей.

Мужчина, увидев часы на руке Сергея, добавил:

– А время сколько? Вас как зовут?

– Сергей… А вас как? – спокойно ответил Сергей, показав часы незнакомцу.

– Иннокентий, – внимательно вглядываясь в глаза Сергею, незнакомец продолжал общаться, – вы живете в этом подъезде?

– Да, на пятом этаже.

– Я тоже здесь недавно прописался, можно сказать, выделили мне жилплощадь на время, – немного улыбнувшись, ответил Иннокентий.

– На каком этаже? – Сергей начал перебирать в голове, в какой квартире мог поселиться этот незнакомец.

Вдруг тот, дотронувшись до часов на руке Сергея, сказал:

– Извини, надо идти, тороплюсь. Ну, пока, Сергей, может, еще свидимся. Увидишь наших, передавай привет!

В этот момент Сергей почувствовал небольшой разряд от часов, как это бывает при статическом электричестве. Когда походишь в шерстяных носках по ковровой дорожке, потом дотронешься до металлической поверхности или падающей воды из-под крана, тут же получаешь небольшой разряд электричества.

– А ваши, это кто? Вы, с какого этажа? – вдруг решил спросить Сергей, незнакомца, но, увидев, что мужчина встает и уходит от него, добавил, – До свидания, странный мужичек.

– Привет, Серега, что сидишь, кого ждешь? – вдруг он услышал голос своего друга Павла, что жил в первом подъезде его дома.

– На демонстрацию ходил, посмотрел на Первомайке колонны веселых людей с надувными шарами, флагами и транспарантами. Увидел мужика из твоего подъезда, с третьего этажа, толкал тележку, где на транспаранте написано «МИР. ТРУД. МАЙ» – сидя, ответил Сергей, посмотрев на подошедшего друга, немного хмурясь, так как солнце светило ему в глаза.

– Пошли со мной в булочную, хлеба надо купить.

– Пошли, – нехотя ответил Сергей, вставая со скамейки.

Запах свежего хлеба в безветренную погоду, разносился по округе и чем ближе они подходили к магазину, тем запах был сильнее. Они дошли до «Булочной», которая находилась в соседнем дворе, в доме, по улице Первомайская. Спустились в цокольный этаж, где продавали свежий хлеб. Помещение «Булочной» было небольшое, метров пять в длину и три метра в ширину. Справа стояли пять деревянных стеллажей с наклоненными деревянными полками, светло-коричневого цвета, где лежал разный хлеб, с прикрепленными на веревке, большими вилками для проверки свежести хлебобулочных продуктов. По ходу движения, слева от стеллажей, на расстоянии примерно 80 сантиметров, была установлена металлическая стойка-ограничитель, в виде круглой трубы из нержавейки, закрепленная к полу, длиной она была до края стеллажей с хлебом. Человек, взявший хлеб руками, дойдя до края стойки, разворачивался в обратную сторону и, проходя до кассы с продавцом, рассчитывался с покупкой. Буханка черного хлеба стоила 16 копеек, белого – 20 копеек, батон нарезной – 13 копеек. Павел купил буханку белого хлеба и батон-плетенку с маком. Поднявшись по лестнице и выйдя из магазина, он отломил кусочек буханки, протянул его Сергею:

– Будешь?

– Давай, – взяв хлеб, Сергей принялся жевать хрустящий кусочек свежего хлеба, – сегодня будем играть в американку?

– Не знаю, надо у Витьки спросить, его мяч, – откусывая очередной кусок хлеба от буханки, ответил Павел, – вчера классно мы разделали ребят из шарапинских дворов. Сегодня они, возможно, захотят отыграться.

– Да… Нам повезло, что Лёнька играл за нас, он ведь в футбольной команде стадиона «Строитель» играет. Надо к нему зайти сегодня, позвать, – с удовольствием пережевывая свежий хлеб, добавил Сергей.

– Его не будет сегодня, – вдруг сказал Павел, тщательно пережевывая хлеб, – он сказал, что с родителями куда-то уезжает.

– Жаль, – добавил Сергей, наблюдая, как небольшие красные флажки с серпом и молотом желтого цвета, развиваются по ветру на углу дома, что они проходили. Такие флажки были на каждом доме. Они устанавливались на углах домов, метрах в трех высотой, в специальные закрепленные металлические трубки, на майские, ноябрьские праздники и в день Победы. Усаживаясь на скамейку напротив подъезда Павла, когда они дошли до дома, добавил, – выходи, в парк сходим в настольный теннис сыграем.

– Хорошо, сейчас, – ответил Павел, заходя в подъезд.

Не прошло и минуты, как из подъезда вышел Костя, тоже приятель со двора. Увидев сидевшего на скамейке Сергея, сказал:

– Привет, пошли в магазин сходим.

– Нее… Только что с Пашей пришли из «Булочной», – закинув ногу на ногу ответил Сергей.

– А я тебя соком угощу! – испытующе посмотрел на Сергея, Костя.

Почесав затылок, Сергей нехотя спросил:

– А мороженое купишь?

Костя, посмотрев на Сергея, сказал:

– Перебьешься!

– Ладно, пошли. Все-таки умеешь ты уговаривать. Да, я и не хочу мороженое, просто спросил, – вставая со скамейки, направляясь в сторону магазина, добавил Сергей, – сока в такую погоду как раз не хватает. А мороженое это уже перебор. Вечером в американку пойдешь играть?

– Ты же знаешь, я только на воротах могу постоять, бегать я не любитель, – ответил Костя.

– Нам на ворота и нужен ты, голы мы сами забьем, – Сергей похлопал рукой по плечу своего приятеля, – старший брат письма пишет со службы?

– Да, пишет, – решил рассказать новости Костя, – Вчера письмо прислал. Служит на станции Тюра-там, в Казахстане, где находится Байконур, кстати, его название с казахского переводится как «богатая долина». Возит на КАМАЗе железобетонные плиты для взлетно-посадочной полосы, которая будет в длину больше четырех километров. Лет через пять-шесть там должен будет приземлиться какой-то космический аппарат, который еще не построили. Эту железнодорожную станцию, кстати, они называют Тюрьма-там. Потому что не просто там жить – жара, песок, проблемы с питьевой водой. На конверте, в адресе, Байконур не пишут, обозначают как город Ленинск с номером. Год уже прошел, еще год и домой приедет. Фотки выслал, потом покажу.

Тогда они не могли знать, что 15 ноября 1988 года на летной полосе Байконура приземлится первый космический многоразовый корабль «Буран» в автоматическом режиме. И если бы не развал СССР, то неизвестно, как бы изменился мир на планете. Но, если бы, да кабы, история не принимает.

Через полчаса они втроем играли в настольный теннис в расположенном парке «Победа», что находился рядом с их домами. Нужно было только перейти улицу Александра Невского и зона отдыха, а также другие культурно-массовые мероприятия были готовы принять любого желающего. Выбор был большой, от карусели с движущимися лошадками, проката велосипедов и детских автомобилей с ножным движителем, до настольного тенниса, бильярда и мужском игры «Городок». Также здесь было так называемое гаревое поле, ровная площадка, с темно-серой крошкой, размером с футбольное поле, где находились футбольные ворота с сеткой. Вся площадка была огорожена оградой из металлических столбов с натянутой металлической сеткой. По одной длинной стороне были установлены низкие деревянные скамейки, высотой сантиметров пятьдесят, для зрителей и запасных футболистов. Здесь также играли дворовые футболисты из соседних дворов. И именно здесь вчера дворовая команда, где жил Сергей, выиграла в американку у ребят из шарапинских дворов, что были через улицу Калинина. Раньше жилые кварталы были поделены на «свои пацанские территории». Дворовые команды из разных кварталов часто встречались на этом поле и выясняли, кто сильнее в такую игру, как футбол-американка. Суть ее была в следующем, собирались две равные команды, по жребию выяснялось, кто первым бьет по воротам. Одна команда из пяти-восьми игроков становилась в ворота, другая должна была забить мяч в ворота после удара одного из их команды, с расстояния 12 метров. Удар наносили все игроки из одной команды по очереди. Если мяч ловил в руки игрок обороняющей команды, стоявшие в воротах, то следующий игрок атакующей команды наносил удар по мячу. Если мяч отбивали, то начинался настоящий футбол, и обороняющая команда должна была отпасовать мяч своему вратарю, который оставался в воротах. А нападающая команда должна была забить мяч в ворота. После того, как все игроки нападающей команды пробивали штрафные, команды менялись, нападающие становились в ворота и теперь уже были обороняющей командой. Играли до 10 голов, кто первым забивал столько голов в ворота соперников, становился победителем. Иногда играли на ящик лимонада или два полиэтиленовых мешочка кваса, это примерно 6 литров. 900-литровые бочки с квасом стояли у каждого продовольственного магазина, где можно было купить квас в граненом стакане, по цене 3 копейки, в большой стеклянной кружке – по цене 6 копеек, которые тут же ополаскивались струей воды специальной мойки, с подсоединенным к ней резиновым шлангом, что протягивали из помещения магазина. Так и на разлив наливали квас в полиэтиленовые мешки. Литр кваса стоил 12 копеек. А иногда играли на «горячие задницы», проигравшая команда становилась на ворота и, поворачиваясь спиной к ударяющему футболисту с двенадцати метров, в момент удара, наклоняясь, подставляла свои «мягкие места» для удара мячом. Кому-то и везло. Тем же, в кого мяч попадал, покрикивал и немного ударялся в пляс, потирая место, куда попал мяч. Остальные ребята из двух команд, ухохатывались над кричавшей и пляшущей, только что попавшей мишенью.