Оксана Заугольная – Жених из гроба (страница 6)

Наконец лопата стукнула о крышку. Нет, и эти люди будут учить меня жить! Закопать гроб прямо под клумбой! Додуматься же надо!

— Белочка, не надо это открывать! — раздался рядом отчего-то тонкий голос Бриена. Он переживает за меня или за свой дом? Ладно, неважно. Крышка гроба поддалась и треснула, сдвигаясь в сторону.

Затхлость и сырость пахнула на меня, но это был привычный запах, и я даже не вздрогнула. А вот рука Бриена на моём локте немедленно исчезла. Главное, чтобы женишок не свалился в могилу! Хватит с него на сегодня могил.

Но обернуться я не могла, всё моё внимание занимала узкая щель, в которую с краёв могилы уже ссыпалась рыхлая земля. Оттуда и впрямь раздавалось жалобное мяуканье.

Я протянула руки. Моей совсем слабенькой магии не хватило бы, чтобы поднять даже крысу, увы, Даррен был прав. Но этот кот, он был поднят для меня мёртвой хозяйкой. Так мило! Значит, мне хватит магии, чтобы поддерживать его!

Я пустила тонкий луч магии в щель, и мой будущий питомец наконец показался наружу. Уже светлело, так что я рассмотрела его как следует. Когда-то котик был рыжим и, без сомнений, очень ухоженным. Сейчас у него сохранилась шёрстка и шкурка на половине туловища, а вот вторая половина была беленьким голым скелетом. Я боялась, что мне достанется плешивое умертвие с червями. Нет, я бы справилась и с этим, выводить червей не сложнее, чем блох, особенно для алхимика, но на моего будущего питомца смотреть было куда приятнее. Внутри ещё осталось высохшее, словно финик, тёмное сердечко, которое билось, когда кот смотрел на меня.

В общем, моё собственное сердце немедленно растаяло. Я протянула руки, чтобы помочь коту вылезти. Расслабилась, сама виновата.

Горестный вопль Бриена с края могилы заставил меня дёрнуться, но было уже поздно. Вслед за котом из щели показалась высохшая рука, на которой сохранились лохмотья одежды и кожи. Когтистая ладонь схватила мою.

«Прости, малышка, но моему потомку грозит опасность», — это было последнее, что я услышала, прежде чем меня смело потоком силы.

Однажды я на спор зашла к старшекурсникам с факультета стихийной магии. Без стука во время лабораторной. О чём я только думала, да? На самом деле я прекрасно помнила, о чём я думала. О том, что выигрыш в споре даст мне ещё несколько монет. Я тогда была первокурсницей, все мои деньги, с которыми я приехала в королевство, ушли на оплату первых двух семестров, и я сидела голодом и с одним платьем, которое выглядело как монашеский наряд, и только купленная по дешёвке остроконечная шляпа не давала это понять моим одногруппникам.

Софи, конечно, подкармливала меня всякими сладостями, которые ей присылали из дома огромными коробками, да и в столовой можно было есть в кредит, если берёшь самый простой набор из похлёбки и каши, но через пару месяцев я была готова убить за котлету.

Тут и подвернулся этот спор.

Стихийники учились в другом крыле со светлыми, так что мы с некромантами и травниками почти не пересекались с ними. Всего и надо было пройти в то крыло и резко открыть дверь лабораторной.

Я до сих пор твёрдо была уверена, что эта идея принадлежала Даррену. Он уже тогда был учеником Звояра, но четверокурсником и терпеть не мог шумных первокуров. А меня особенно. Не знаю даже почему!

Впрочем, неважно. Важно то, что за несколько монет я на спор должна была открыть дверь в определённый день и в определённое время. Уже тогда стоило заподозрить ловушку, но я, ослеплённая блеском монет и подгоняемая урчанием желудка, ринулась выполнять задание.

Как я прошла на учебную территорию мажоров — это отдельная история, но вот время то, место то, я открываю дверь и — меня сносит потоком воды, будто я открыла дверь в океан.

В некотором роде так и было. Стихийники в тот день проходили единение со стихией, и мне просто повезло, что это оказался не огонь. Всё из-за Весеня, мага воды, который забыл защитный амулет от огня. Потом я, конечно, была благодарна Весню, но в тот момент, когда струя воды шириной и высотой с дверь и с мощностью водопада ударила по моему тщедушному тельцу и вбило его в стену, я даже подумать не могла, чтобы кого-то благодарить.

Странное ощущение — я вся продрогла от холода, рёбра и позвоночник ныли, а задница буквально горела — и всё из-за тех слов, которыми я поливала несчастных стихийников, их учителя и спорщиков.

Но деньги мне исправно принесли в больничный карцер, это да.

Так к чему я это всё вдруг вспомнила? А к тому, что от прикосновения мертвячки мои ощущения буквально повторились. Меня снесло таким же невероятным потоком, только не воды, а чистой силы. И вот если в воде я не захлебнулась, то сейчас мои шансы были куда хуже.

С этими неоптимистичными мыслями я перестала думать, погребённая огромным потоком.

Глава 4

Подарили — не унесешь

'Маги по своей натуре существа коварные,

и лишь внешне имеют человеческий облик.

По внутренней сути своей они своей ближе к бесам,

так что и относиться к ним следует соответственно их природе'.

Клементий Астаросский.

«Трактат об изучении богопротивных магических существ от феи до человека».

Я очнулась от громких голосов над моей головой и немедленно расслабилась, притворяясь совсем мёртвой. Голоса — это уже неплохо, ведь большая часть нежити не обладала голосовыми связками. Так что самые ужасные события на любом кладбище происходили в тишине, когда жертва бежит, если, конечно, её ещё держат ноги, язык проглотив от страха, а за ней волочётся нечто синее с прозеленью и максимум — шаркает ногами.

Так что тишины я боюсь куда больше, чем голосов.

В следующий момент я решила было, что нахожусь в университете. Голос Даррена, которого ни с кем не спутать, врезался в уши. Гастион спорил с ещё одним парнем, а на заднем плане верещала какая-то тётка. Тут я и поняла, что нахожусь где-то в другом месте. У нас истерить себе никто не позволял. Строго у нас было с этим. Девчонок брали только крепких, а всех слабачек немедленно переводили к светлым. Те найдут, куда пристроить магичку с даром, а у нас даже травница должна быть спокойна, а то её первый цепняк ползучий сожрёт, и она даже от прыщей отвар приготовить не успеет!

— Да заткнитесь, уважаемая тётушка Кристанс! — не выдержал Даррен. — Ваша комната была ближе, поэтому Белка будет пока лежать здесь. И вам бы не вопить как банши, а попросить скорее приготовить апартаменты невесты хозяина!

— Как ты разговариваешь, Даррен! — снова взвизгнула тётка. Похоже, пониманий в том, как выполнять указания, в этом доме было немного.

— Я разговариваю в своём доме с теми, кто остаётся здесь до сих пор по одной-единственной причине: дом не покинет никто, пока мы не вычислим убийц моего брата, — ледяным голосом произнёс Даррен.

И я всё вспомнила! Даже глаза захотелось открыть и спросить, какого беса они тут творят, и когда мой жених успел отбросить тапки, но тут раздался третий голос.

— Технически я жив, — робко произнёс Бриен.

— Только благодаря Белке, — я немедленно передумала подавать признаки жизни. Чтобы Даррен похвалил меня! Да это дорогого стоит! Но Даррен немедленно всё испортил. — Понятное дело, что она просто хотела расковырять свежую могилу, но она всё-таки тебя спасла.

— Ещё и гробокопательница! — совсем тоненько взвизгнула тётка. Наверное, Даррен на неё нехорошо посмотрел, потому что на этом она не остановилась. — Ты вообще больше не хозяин! Это Бриен — хозяин! Но он был похоронен! Так что новый хозяин кто-то из нас!

— Тридцать три дня, — ответил Даррен. Похоже, он был готов к этому, а я чуть не застонала от досады. Точно же! Признанный мёртвым — а похороненный им явно признан, не мог вернуть всё своё имущество и права. За это время можно по кирпичику вынести всё! — Но знаешь что, дорогая Кристанс? Когда вы все съехались сюда словно стая голодных упырей, я потребовал у Бриена написать завещание. Просто на всякий случай!

Последнее он рявкнул так, что я непроизвольно дёрнулась. Кажется, никто не заметил. Вообще, Даррен понравился бы моей семьёй, наверное. Вместо того чтобы обезопасить остолопа, он сделал всё, чтобы отомстить за него.

— Не мог отказать умному старшему брату, да ещё в такой мелочи, — подтвердил Бриен.

— Завещание⁈ — снова взвизгнула тётка и, если судить по хлопнувшей двери, умчалась делиться новостью с другими.

— Точно, теперь всё принадлежит тебе, — голос Бриена, только что потерявшего всё, был на удивление спокоен. Может, я и ошибалась в нём? Я и то тяжелее восприняла необходимость всего добиваться своим трудом.

— На тридцать три дня, — я услышала смешок Даррена. — Бриен, потом обсудим наших родственников. Лучше поясни теперь, когда эта клуша сбежала, зачем ты притащил сюда Белку с её лопатой.

— Ну… ты же сам сказал, — голос Бриена стал заискивающим. — Ближайшая комната…

— Я не про комнату, хотя лопате явно не место в кровати, — прервал его Бриен. — Я про наш дом. Ты же понимал, что тут опасно, раз тебя пытались убить? И вместо того, чтобы обезопасить доверившуюся тебе девушку, да ещё и спасительницу, бросаешь на съедение этим драконам!

Я который раз передумала «приходить в себя» и вообще почувствовала себя почти что принцессой, которая полумёртвой лежит и ждёт, когда её поцелует принц. Я бы не отказалась сейчас от поцелуя, причём неважно кого из них. Потому что, если меня поцелует Даррен, это будет похлеще поцелуя упыря. И примерно так же оценится моими подругами.