Оксана Заугольная – Невеста из гроба (страница 8)
— Королевская тюрьма? — тупо повторила я, хотя совсем недавно не могла пожаловаться на мозги. Я сползла со спины вампира и огляделась. Широкие тоннели, имеющие выходы на поверхность. Я готова была отдать мизинец на отрубание, что мы спокойно покинем этот лабиринт и, рано или поздно, доберемся до леса. А тюрьма… это типа огромного запертого замка. Разве нет? Я поэтому и убралась в тоннели, что не хотела нечаянно выйти к тюрьме и от безнадеги зайти в нее!
— Иссабелия, ты не понимаешь, — не чувствовавший холода вампир дрожал как заяц. — Что ты вертишь головой? Вот эти ящерицы — и есть тюрьма. В них находятся арестанты, соображаешь?
Я не соображала. Вспомнила обездвиженные фигуры в полупрозрачных телах огромных варанов и не соображала. А потом меня затошнило.
— Спокойно! — потряс меня за плечи Чича. — Они там живые. Просто замороженные так, что не могут двигаться, но они живы.
Честно говоря, стало только хуже. Я представила, что в одном из этих варанов мой тиран отец, в другом желавший надругаться надо мной и убить Иней… Но легче почему-то не становилось. Такое я не могла представить даже в страшном сне! Каждый человек, которого отправляли в эту тюрьму… он знал, что его ждет или просто оказывался перед мордой варана, и это было последним, что он видел?
— Это ужасно, — вырвалось из моей груди. — Лучше бы их просто убили.
— Не скажи, — хмыкнул Чича, уже пришедший в себя после первого шока. Его голос снова стал вальяжным и ехидным. — Они там словно спят в хрустальных гробах. Ни голода, ни угрызений совести, ни старения. Если однажды кто-то из них освободится, то для него пройдет лишь несколько минут. Разве не прекрасно?
— Совершенно точно нет, — пробурчала я, но жалость к узникам у меня поуменьшилась, как и желание расколоть всех подряд варанов лопатой. У меня достаточно титулов, не нужно становиться еще и освободительницей преступников! Тем более что я буду делать посреди
— Не думал, что побываю тут, — продолжил Чича. Он уже не дрожал, но оглядывался все равно довольно нервно, хоть и пытался скрыть это от меня. Позер! — Я не очень много знаю про эту тюрьму. Сама понимаешь, на вампиров не тратят такие усилия — голова с плеч и кол в грудину, даже иглы для тонкого тела жалеют!
— Заплачь еще, — снова буркнула я.
От холода и голода настроение мое портилось. А еще я снова подумала про Даррена. Если он спутает меня со мной? Пусть даже не женится, тут я надеялась, что успею вернуться раньше, чем он отыщет свой настоящий браслет, а Астаросская рискнет снова надеть второй браслет поверх жуткого браслета Звояра. Но что, если он полюбит ее? Или поцелует?
Я была в ужасе от своих мыслей. Я ревную его к себе сильнее, чем к Россе! До чего я дошла, я ревную Даррена, который, вообще-то, пообещал любить меня вечно. Что это? Я не верю ему или себе? Той себе, что осталась в королевстве, разумеется.
— Ты явно заплачешь раньше, — Чича шутливо толкнул меня в плечо. — Не раскисай, моя королева! Нет ничего непреодолимого, мы вернемся в королевство, ты и глазом моргнуть не успеешь!
— А что, если Даррен… — я замолчала, не желая нарываться ни на насмешки, ни на утешения. И то и другое от кровососа могло только ухудшить положение.
— Даррен не спутает тебя с этой психопаткой! — уверенно начал Чича и тут же все испортил:
— У нее ни лягушки, ни лопаты нет. И ходит в свадебном платье. Кто хочешь поймет, что она не ты. Я не успел просто.
А я подумала, что мы отличаемся, конечно, с Астаросской. Она не пережила многое из того, что пережила я после ее смерти. Она не возвращала магию на алтарном камне и должна была сейчас слабее магически. Только вот свернуть шею вампиру так, чтобы он не успел среагировать… и росточком она была такая же как я. В общем, я беспокоилась и не знала, за кого больше.
— Она ничего не сделает твоему брату, — продолжал успокаивать меня Чича. — Флин не просто так выжил и сумел свергнуть своего отца, поверь мне, он вовсе не безобидная овечка. Даррен… Даррен на ней не женится, потерял или нет он браслет.
Я вспомнила, что женится Даррен только на той, что выполнит условия поверья семьи Гастионов, и подумала, что надо бы по возвращении спросить Арриену, что это за условие. Вряд ли призрак всерьез предпочтет в невестки Россу или меня вторую с поганым характером!
— Клементина, — со вздохом напомнила я.
Нет, я не прониклась любовью к той, кто заварил эту кашу и убил меня. Но Клементина была дочерью моих родителей, а их мне расстраивать не хотелось совершенно. Да и как Астаросская воспримет это, не как предательство ли? Решит, что наши мама с папой забыли нас, обретя настоящую дочь! Ведь ее не было, когда они рассказывали о нас! А значит, в опасности еще и они!
Я взвыла от злости.
— Ты сама ее прибить хотела? — по-своему понял мой вой Чича и нервно добавил. — Слушай, а давай ты в лесу повоешь? Мне не нравится идея столкнуться снова в этом узком переходе с ящерицей. Я собираюсь вернуть тебя в королевство, и будет лучше, если ты не будешь мне в этом мешать.
Тут я с ним спорить не могла. Столько всего ужасного может случиться, что плакать по чему-то одному не получалось, а устраивать страдания сразу по всем — на это времени не было.
— Если что, мое предложение руки и сердца я не отзываю, — галантно предложил Чича, пытаясь подтолкнуть меня так, чтобы я смогла ухватится за край и выползти на поверхность. — Ну мало ли, Даррен всё-таки падет жертвой убийственного очарования твоей альтер эго, например…
Как обычно и случается, вниз спуститься было проще. Я пыхтела, пытаясь помогать себе лопатой и острыми каблуками вцепляясь в гладкую ледяную горку, по котором следовало подняться к поверхности. Про упирающиеся мне пониже спины ладони кровососа я старалась не думать. Мне бы выбраться, а огреть его лопатой я еще успею. К тому же он не шутил об этом, а просто пытался подтолкнуть меня повыше.
— Не помню, когда ты успел мне сделать предложение, — пробурчала тем не менее я и наконец ухватилась за выступ. Одеяло слетело с меня и накрыло вампира с головой. Тот на удивление спокойно воспринял накрывшее его огромное нечто и даже не отпустил рук.
— А ты просто знай, — глухо ответил он. — Объединить наши государства было бы идеально для всех. Даже Флин бы не стал спорить.
— Эльфы тоже так думают, — буркнула я, подтягиваясь и выбираясь наконец наружу. — Женихов как клещей на ежиках. А мне, может, никого не надо. Буду одинокой дикой ведьмой и жить под деревом.
Чича выбрался следом за мной и уселся рядом.
— Поздно, милая королева, — со вздохом произнес он. — Ведьмой надо было становиться раньше. Теперь уже не получится. Да и видел я ваших ведьм. Неуправляемые и дикие. Нет уж если мечтать быть кем-то другим, не собой, то надо мечтать стать драконом.
— Чтоб у тебя клыки отвалились, — искренне пожелала я. — Ты совсем с ума сошел? Кто может хотеть стать драконом?
— Кто угодно, — Чича не обиделся, только крепче закутал меня в одеяло, которое вытащил. — Ты подумай: летаешь, огнем дышишь, сядешь на кого — в лепешку. Почти бессмертный и практически неубиваемый.
Я подумала. Мне по-прежнему совершенно не нравилось.
— Давай, куда нам идти, чтобы выбраться к эльфам, — поторопила я Чичу и посмотрела на небо. Сейчас призовем еще своими разговорами драконов! И будем тогда разбираться, могут они в лепешку превратить или нет.
Чича поднялся на ноги, покрутился на каблуках на месте и уверенно указал направление. Я испытала настоящее удовлетворение, сообразив, что и сама предполагала идти туда. Говорить об этом вампиру я не стала, чтобы не мешать ему хвалиться своим невероятным чувством пространства.
— Левее море, оттуда тянет соленой водой, — он передернул плечами, и я вспомнила, что вампиры почему-то не любят моря и крупные реки. — Еще левее — Искуэрт, но я так понимаю, ты не хочешь сейчас к вампирам.
Я решила даже не отвечать. Мы с трудом выбрались оттуда с Дарреном, а сейчас я была одна. Что Чича переобуется в прыжке и сдаст меня королю, едва мы ступим под тень скалы Искуэрта, это было понятно даже идиоту. Я же идиоткой себя не считала. Нет уж, к вампирам я не ногой.
— Назад если идти, можно выбраться прямо к королевству, — продолжал Чича, ничуть не смущаясь моим выражением лица. — Но значительно дольше. Ты не выдержишь.
И это я приняла без комментариев. Я выросла не принцессой, а дочкой инквизиторов и знала о себе всё, что мне открыто говорили. Я слабее многих и не только магически. Пока моя магия штормовой ведьмы меня греет. И одеяло. Но через несколько дней этого и орешков перестанет хватать и мое сердце замерзнет. Повезет еще, если меня раньше проглотит варан. Ну и с Чичей мне повезло, конечно. Этот вынесет меня и полумертвую. И, если я не успею отбиться, сделает меня вампиршей, чтобы не позволить погибнуть. Нет уж, лучше выйти к эльфам.
— Эльфы… Они сложные, — мы потопали вперед, когда Чича снова попытался начать разговор. — Мы с ними естественные враги, так что я очень рассчитываю на тебя. Постарайся не упомянуть там, что я вампир.
— Хорошо, — буркнула я и задумалась, как мы дошли до жизни такой, что вокруг все соседи кошмарные. Где вообще другие люди? Помимо инквизиторов, разумеется. — Сколько идти нам, ты не знаешь?
Вампир задумался. Он прищурился и принялся складывать и разводить руки, словно что-то считал. Чудненько, у Клементия Астаросского была очень дорогая и громоздкая счетная машинка, а у меня есть вампир для этого.