Оксана Заугольная – Невеста из гроба (страница 17)

В этот раз я собиралась тщательнее, чем когда-либо ранее. Артефакты в волосы, под юбки, на потертые туфли.

У порога мне пришлось задержаться, и тогда в голове вспыхнули точки на землях королевства. Разглядев ту, что была ближе прочих к границе, я уверенно ткнула пальцем туда и наконец шагнула за порог.

Здесь было куда теплее и совсем не было снега. Деревенька выглядела безжизненной, хотя я точно знала, что люди тут живут. Я вообще знала об этом давно. Ведь это было единственным местом королевства, где я бывала ещё школьницей. От этой деревни до инквизиторского государства было рукой подать. И именно туда я шагала сейчас, загадав, что меня не выкинут отсюда — живой или мертвой, из-за того, что я не являюсь Астаросской.

В отличие от меня вторая Иссабелия не разговаривала тогда с Клементием и Ифигенией, не видела их любящих глаз и вряд ли могла подозревать, что они любят нас по-прежнему. А значит, отправляясь за помощью в инквизиторское государство, я могла оказаться на несколько шагов впереди.

Только вот есть ли у Астаросских трон или хотя бы стул — я понятия не имела. Мама с папой не слишком любили все эти показушные штучки. Однако надеяться мне это не мешало. Я должна была вернуть друзей и жизнь оставленному на попечение Ильинки Даррену во что бы то ни стало! И я сделаю это.

Впереди показались знакомые шпили и мрачные серые стены города, и я зашагала быстрее. Сбегая отсюда, я надеялась никогда не вернуться, а сейчас готова была снова бежать, но уже для того, чтобы оказаться там поскорее.

— Иссабелия! — мне помахали со стены, когда я подошла к воротам. — Наконец-то!

И я почувствовала себя дома.

— Криса! Летка! — я помахала в ответ, чувствуя, как напряжение, которое как сжатая пружина держалось во мне с того момента, как пропал Звояр, отпускает. — Кто сейчас главный?

Ворота со скрипом распахнулись.

Высокие — я им была едва по плечо, сестры-близнецы Кристиана и Летиция спрыгнули со стены. Мы учились вместе в школе и дружили, пока за мной тенью не начал ходить Иней. Как я могла забыть про них и даже не скучать? Сколько общего у нас было, сколько проказ и игр, сколько списанных друг у друга контрольных.

— Вы теперь дозорные? — с завистью спросила я.

Да, у девчонок, похоже, исполнилась мечта. А я… о чем вообще мечтала я? Не становиться инквизитором, да? Надо запомнить. В мечте нет места «не». Иначе она сбудется, а никакого удовольствия при этом не принесет.

— Госпожа Варханке главная, — ответила Криса на первый вопрос.

— И дозорные, и разведчики, — похвасталась Летка. — Мы ждали тебя, но надеялись, что ты вернешься раньше.

— Королева Интийская! — произнесли они вместе и хором расхохотались.

Ну да, а о чем я думала? Что государство живет закрыто, и никто ничего не знает? Даже Бриен умудрился отправить письмо моим родителям, уж они точно писали сюда множество раз, пока я строила из себя непонятно что!

— Я не с официальным визитом, девочки, — я поджала губы, зная, что выгляжу еще смешнее, и подруги будут меня потом долго дразнить. — Проводите меня к госпоже Варханке. Срочно.

— Как скажешь, — Летиция ухмыльнулась. — Думаешь, она уже достаточно остыла после твоего побега и не выдерет тебя розгами?

— Не пугай ее, — вступилась Криса. — Королеву нельзя розгами!

— Хватит болтать, я серьезно, — я нахмурилась.

Девчонки ничуть не изменились, только вытянулись еще сильнее и носили теперь легкий доспех и настоящие мечи. А я… внешне я не изменилась вовсе, но стала королевой, медиумом, королевой мертвецов, штормовой ведьмой и немножечко некроманткой. И со всем этим что-то нужно делать!

— Криса, Лета, ведите меня уже к бабушке!

Клеопатра Варханке, семнадцать раз выходившая замуж, научившая меня, что безвыходных ситуаций не бывает, и грязно ругаться, выжившая в Искуэрте и поубивавшая столько эльфов, что ее имя было запрещено произносить при них, моя бабушка. Ифигения и Клементий не могли оставить лучшего наместника в государстве. Теперь мне стало ясно, почему они не торопились возвращаться!

Стерев улыбки с лица, близняшки потащили меня к центральному замку. Его шпили уходили ввысь, а внешние лестницы опутывали здание как веревки. Здесь я выросла, это и был мой дом, пока я не сбежала навстречу своей настоящей жизни.

— Говорят, ты собралась замуж, — Лета никогда не могла долго молчать, так приятно, что даже в мелочах подруги не менялись. — Но маги носят браслеты, а ты без него.

— Вас не смущает, что я маг? — наконец я вспомнила и настоящую причину, почему сбежала.

Лета пожала плечами.

— У каждого свои недостатки, — просто сказала она.

— И мы знали, — добавила Криса. — Весь наш класс знал. Ты же при нас подняла ту собаку, забыла?

Я забыла. Это и правда случилось в первый год учебы. Собака нашего злого бестиолога утонула. Русалки ли утащили ее, или сама оступилась. Мы впервые видели бестиолога таким… живым и опечаленным. Он ушел за лопатой, а мы сгрудились вокруг пса. В отличие от злющего учителя, его пес всем нравился. Я погладила его и сильно-сильно загадала, чтобы он ожил. Из носа у меня хлынула кровь, и, в общем-то, это увлекло меня больше, чем то, что пес вскочил и бросился бежать.

До вечера, пока пес не вернулся в родную будку, бестиолог стращал весь первый класс ужасными карами за то, что мы припрятали мертвую собаку. Сделать он нам ничего не мог, ведь любопытство и опыты над живым и мертвым были в норме в нашей школе. Но мы были первоклашки и просто испуганно рыдали хором. Меня никто не выдал, а вечером Ром вернулся, и бестиолог оставил нас в покое.

Да уж. Я поняла, что забыла очень и очень многое. Похоже, я совсем не зря вернулась домой.

— Берегись! — Криса вдруг бросилась на меня, отчего инстинктивно я присела. Девушка-воин ее комплекции и в броне могла расплющить меня немногим хуже, чем варан.

Что-то яркое с жужжанием пролетело над нами.

— Феи, — с отвращением произнесла Лета, пытаясь стряхнуть с себя серебристую пыльцу. — Развелось их больше чем надо! Хочу волосы до пояса!

Я не поняла, к чему последняя фраза, как вдруг коротко стриженные волосы Леты с небывалой скоростью полезли во все стороны и окутали ее, останавливаясь, лишь когда кончики коснулись пояса.

— Чего это? — проблеяла я. — Вы тут все обзавелись магией, пока меня не было.

— Да феи же, — пояснила Криса выпрямляясь. — Их наши монахини рожают чаще прочих. А у фей пыльца. Стоит что-то пожелать про себя, как оно получится. Магически.

— Поэтому Криса тебя и спасла от пыльцы, — подтвердила Лета. — Пока мы успели бы тебе объяснить, ты бы уже кого-нибудь послала в задницу или заявила что-то вроде «лопни мои глаза».

— Госпожа Варханке с нас бы тогда шкуру сняла. — Криса вздрогнула. — Постарайся не попадаться феям.

— И гномам. Гномы чокнутые, — добавила Лета.

Ох, еще одна вещь, о которой я забыла. Изменения в родном государстве, где теперь магии стало слишком много. Что же, мне это было только на руку. И я наконец вошла родительский дом.

Бабушка всегда жила в самой высокой башне, и я сомневалась, что она изменила себе, став наместницей родителей.

Так и оказалось. Бабушку я нашла в ее небольшой комнатушке. Она соединяла кольца кольчужной юбки. В отличие от прочих инквизиторов, бабушка мало увлекалась пытками или науками. Ей больше нравились битвы. Ее нынешний муж тоже был воином, и я надеялась, что он какое-то время еще продержится рядом с ней. Бабушке я хотела только счастья.

— Госпожа Варханке, — я вспомнила, что больше не являюсь ее внучкой, и поспешила склонить голову.

— Белка! — то, как просияла бабушка, увидев меня, заставило меня с облегчением выдохнуть. Ее душечка захлопала в маленькие ладошки, так что я знала, что эта радость искренняя. — Что на этот раз?

Словно я и не отсутствовала несколько лет.

— Нужна помощь, — рассказывать сказки про «соскучилась» я не собиралась. Бабушка не любила сопли. — Мне предстоит битва претендентов.

Надо ли говорить, что бабушка сразу поняла, о чем речь? Если есть слова «битва», то значит, бабушка знает, что это!

— Хе-хе, внученька, — рассмеялась она. — А я говорила тебе, что одной лопаты мало. Не удержала власть в ручонках, да? Растащат королевство на части!

— Не растащат, — я нахмурилась. — Ба, ты ведь мне поможешь?

— Зов хочешь первая успеть? — понимающе хмыкнула бабка и отложила свою работу. Она придирчиво оглядела меня, пофыркала от того, как выглядит ожог на моей руке, но ничего не сказала. А душечка только похихикала в кулак. — Ну, давай. Только одно условие.

Я вздохнула. Бабушки у меня были хитроумные обе, но та, что утопла и являлась мне только русалкой, куда сговорчивее.

Что могла захотеть бабушка за помощь, я понятия не имела.

— Ты вызовешь меня на битву, — тянуть бабушка не стала. — Со своей стороны. И самой первой. Я понятия не имею, участвуют ли мои дочь и зять в битве претендентов, но с их стороны махать секирой не хочу.

— Ба, ну какая секира! — я закатила глаза, представляя, как умрут от смеха мои оппоненты. Бабушка была причиной, почему я так долго не подозревала, что приемная, и почему старалась много не есть. Клеопатра Варханке была невысокой и круглой, точно яблоко. Как при этом она умудрялась биться и двигаться достаточно быстро, чтобы ее боялись вампиры и эльфы, я не знала.

— Деточка, в битве претендентов можно использовать любое оружие, — снисходительно ответила бабушка. — Люди помирают не от него, призрачное оружие может причинить тебе вред только в том случае, когда ты сама веришь в это.