Оксана Заугольная – Навьи пляски (страница 3)
Тихий, еле уловимый шорох раздался в сенях. Ветер? И вот опять – слабое шуршание. Там кто-то был. Мальчик не спеша сел на кровати, облизал пересохшие губы. Потянулся рукой к свече, но в этот момент услышал, как открывается дверь в большой комнате. Поток холодного воздуха ворвался в дом, зашелестел занавеской.
От ужаса Глеб не мог пошевелить даже пальцем. Мысли лихорадочно забились в голове. Мать вернулась? И крадётся по дому, чтобы не разбудить его? Окликнуть? Спросить? Язык словно бы прирос к нёбу и отказывался повиноваться. Где же брат, почему его нет? Он напряжённо вслушивался во тьму, но различал только стук своего сердца. Может, вправду почудилось. Примерещилось с перепуга. А дверь ветром открыло. Конечно, так и есть.
Осторожно выдохнув, Глеб спустил на пол босые ноги.
И тут скрипнули в комнате половицы. И ещё раз. И ещё. Скрипели сильно, протяжно, не как под обычным человеком. Кто-то большой и тяжёлый медленно шёл сейчас по ним, стараясь ступать как можно тише. Чтобы не потревожить, не спугнуть раньше времени. Глеб понял, что дрожит. Он изо всех сил сжал зубы, чтобы не стучали. Ни звука. Чёрное зловещее безмолвие. И в самом его центре – ряженый. Прямо здесь, за занавеской. Протяни руку и дотронешься.
Во мраке он не мог видеть, но ясно представил себе его. Громоздкий заиндевевший тулуп мехом наружу, длинные серые пальцы, когти, изогнутые как серпы, нелепая козлиная маска с витыми рогами, под которой ничего нет. Чудовище стояло за занавеской, а на кровати маленький мальчик, по рукам и ногам скованный страхом, не дыша, смотрел в сгустившуюся темноту и ждал, когда оно войдёт.
Он боялся не смерти, не боли и не крови. Совсем другого.
– Я могу надеть любую личину! – сказало оно ему там, во сне, на заснеженной лесной опушке, на извечной границе света и тени.
И сейчас Глеб боялся, что, когда его родители вернутся, они не заметят подмены.
Озерные Святки
Иван прикрепил ещё пару фотографий к черновику поста и задумался, глядя на мигающий курсор. Маска водяного смотрела на него с полки перламутровыми глазами – один мутный, с коричневым фрагментом ракушки, второй с косящим в сторону тёмным зрачком. Ваня усмехнулся творению своих рук и привычным движением запрыгал пальцами по буквам:
«Новая работа готова! Водяной – хозяин водной стихии в славянской мифологии. Для этой маски использовал технику папье-маше с добавлением натуральных материалов: речной ил, водоросли и немного старой рыбацкой сети, которую нашёл на берегу Истры. По легендам, водяной мог принимать разные обличья, но чаще всего представлялся старцем с длинной бородой из водорослей. Что скажете?»
Так, добавим хештеги. Пусть будут – #водяной, #маскиручнойработы, #ряженые, #русскиетрадиции.
Хоть сейчас за окном и стылый, унылый московский декабрь, тема речных духов неизменно вызывала у аудитории живой отклик.
Блогом Иван занялся год назад. Публиковал заметки о русском фольклоре, этнографические материалы, которые находил в редких книгах и архивах. Прочёл множество старинных быличек и поверий. И вот уже несколько месяцев делал маски, фотографировал процесс создания. Фишка Ваниных масок была в апсайклинге[1] – он выискивал для них любопытные вещицы на природе и барахолках.
Его Баба-яга была слеплена из фрагментов старого, цветастого павлопосадского платка. А на бороду и бакенбарды чёрта парень нарезал куски из полинялой волчьей шапки.
Блог вести Ване нравилось. Он бы очень хотел, чтобы на нём можно было зарабатывать, но пока получалось собрать только на пару чашек кофе да материалы для творчества. Особенно преданные фанаты иногда закидывали, кто сколько мог.
Ваня понимал, что лучше всего заходили посты про поездки, реальный фольклор. Когда он выбрался в Суздаль на Масленицу, его рассказ с фотками соломенного чучела и гусиных боёв собрал кучу лайков. Его прорепостили какие-то новостные каналы, и к нему пришла первая тысяча подписчиков.
Правда, год спустя, несмотря на все старания, блог топтался на двух тысячах и не спешил расти. Ваня с тоской смотрел на раскрученные паблики, авторы которых вовсю катались по русской глубинке и выдавали лакомый контент.
Впрочем, пост с маской подписчикам залетел. Было половина восьмого вечера – самое время для активности аудитории. Вот и первые комментарии.
Рыжая Лиса, скорее всего, мелкая девчонка, скрывающаяся под лисьей аниме-аватаркой, прислала стикер с влюблёнными глазами.
Ваня в ответ кинул стикер с кланяющимся джентльменом, держащим розу.
Другой подписчик, Сергей Семёнов, написал, что у маски живые глаза и что они его пугают.
Ваня на такую реакцию, если честно, и надеялся, поэтому тут же ответил заготовленным: «Мы следим за вами!»
И подмигнул водяному. Глаза он ему сделал из перламутровых пуговиц, которые нашёл на блошином рынке. Словно в ответ на его взгляд, мутный левый глаз маски сверкнул в свете настольной лампы. «И вправду, жутеньким ты вышел!» – решил Ваня.
К половине десятого основная волна активности схлынула. Ваня отложил телефон, потянулся и подошёл к окну, отдёрнул занавеску. Там сырая столичная зима хлестала по стеклу мокрым снегом. «Какая же тоска», – думал Ваня, скользя взглядом по уставшим панелькам своего спального района, по мерцающим маленькими точками фонарям и машинам. Где же вы, настоящие народные традиции? Живы ли? Он чувствовал, как вязко тонет в этом городе, будто в мутной воде, как неприятно ему в этой декабрьской серости.
Ваня ещё полистал ленту, проверил комментарии, ответил на парочку и уже собирался закрывать приложение, когда на экране всплыло уведомление:
Аграфена Омуткова написала вам сообщение.
Он не помнил такой подписчицы. Тыкнул на профиль – странный аккаунт, почти пустой. Несколько фотографий природы: большое озеро, густой хвойный лес, деревенское окошко в расписном наличнике. На аватарке – девушка с длинными волосами стоит к зрителю спиной. Кажется, высокая.
Аграфена Омуткова, сегодня в 22:35: Здравствуй, Иван. Смотрю твои посты про старую веру. Интересно пишешь. Особенно понравилась маска водяного.
Иван Петров, сегодня в 22:37: Привет! Спасибо) А ты откуда? Профиль какой-то загадочный)
Аграфена Омуткова, сегодня в 22:38: Из деревни Студёное, Архангельская область. Слышал про такую?
Ваня попробовал вспомнить, было ли что-то о Студёном в сборниках быличек. Но память молчала.
Иван Петров, сегодня в 22:40: Не, никогда не слышал. Там у вас что-то интересное?
Аграфена Омуткова, сегодня в 22:42: Святки у нас особенные. Хочешь приехать? Покажу всамделишную старину.
Ваня взлохматил волосы. Вот это поворот. Именно такой контент ему и нужен – глухая деревня, аутентичные обряды, которых в Москве днём с огнём не сыщешь.
Иван Петров, сегодня в 22:45: Серьёзно? А что именно? Колядки, гадания?
Аграфена Омуткова, сегодня в 22:46: И это тоже бывает. Но главное – ряженые. У нас они по-настоящему. Не театр, понимаешь?
Иван Петров, сегодня в 22:47: Интригующе) А когда это всё происходит? В январе?
Аграфена Омуткова, сегодня в 22:49: Мы живём по древнему календарю. Для чудес нужны самые тёмные дни, когда солнца мало. Три дня гуляем – 20, 21 и 22 декабря. Самый сильный день – 21. Приезжай 20. Устроишься, познакомишься с деревенскими.
Ваня тут же открыл рабочий чат, проверить дедлайны по своим проектам. Так, вот это он успеет доделать. А здесь… М-да, придётся посидеть пару ночей, когда вернётся. Ничего. Справится.
Тем временем от Аграфены пришло ещё сообщение.
Аграфена Омуткова, сегодня в 22:53: Только есть одно условие.
Иван Петров, сегодня в 22:54: Какое?
Аграфена Омуткова, сегодня в 22:57: Жить будешь у моей тётки. Она строгая, старых правил. Пустит только жениха. Нужно будет притвориться, что мы пара.
Ваня хмыкнул. Деревенские заморочки. Ну и ладно, для хорошего контента можно и поиграть в жениха-невесту.
Иван Петров, сегодня в 22:59: Окей, не проблема. Что надо делать-то? Целоваться?)
Аграфена Омуткова, сегодня в 23:02: Главное, чтобы тётка нам поверила. Запиши голосовое сообщение, скажи: «Аграфена-краса, длинная коса, будь моей женой от льда до льда, от воды до воды, от зимы до зимы». Пошли мне, я тётке покажу.
Иван Петров, сегодня в 23:03: Серьёзно? Это какой-то ритуал?
Аграфена Омуткова, сегодня в 23:05: Особые слова. Тётка их знает с детства. Без них ничего не выйдет.
Ваня покачал головой, несколько раз сжал и разжал пальцы. Ну и странности в этих деревнях. Одно дело читать про фольклор в книгах, совсем другое – участвовать в чём-то подобном. Городской парень, выросший на асфальте, он вдруг почувствовал себя маленьким и беззащитным человечком перед ощерившейся мордой хтонического зверя…
Впрочем, ещё он представил, как рассказывает в блоге о сохранившихся традициях. Ведь подписчики это сожрут. Целая этнографическая экспедиция в северную глушь. Всё, как ему и мечталось!
Иван открыл карту и вбил «Студёное, Архангельская область». Крошечный населённый пункт, затерявшийся среди лесов и болот, даже не обозначенный точкой на некоторых картах. Он пошарил в интернете – ни одного упоминания о местных обрядах. Деревня-призрак, как тысячи других, умирающих на русском Севере.
Ближайшая железнодорожная станция – Плесецкая. Дальше, видимо, искать таксиста.
Ваня посмотрел цены на билеты и такси, проверил, сколько денег на карте. Похоже, на поездку уйдёт большая часть сбережений, но он надеялся, что заказчики, с которыми он вёл переписку последние пару недель, таки разродятся и внесут предоплату за его инженерный расчёт.