Оксана Защиринская – Сказкотерапия в работе психолога (страница 2)

Так что же «спрятано» в сказочных сюжетах, почему они – кладезь народной мудрости, к которой мы с таким удовольствием стремимся приобщиться?

1.2. Классификации сказок

Сказки приходится дифференцировать, так как они имеют различные механизмы психологического влияния, воздействия на человека. Эти механизмы не всегда лежат на поверхности, чаще завуалированы, скрыты, не сразу доступны сознанию.

Первый вид сказок – художественные волшебные. Из названия понятно, что в них будет происходить что-то удивительное. Речь идет о различных вариантах превращений, могущественных старцах, ларцах и прочих заманчивых вещах. Сюжет будет очень извилистым, непредсказуемым, но в любой момент появятся помощники. Еще немного мучений и… счастливый конец!

Второй вид сказок – художественные о животных. Главными персонажами здесь являются различные звери, птицы, насекомые. Они живут, думают и действуют, как люди. У них тоже всё по-настоящему.

Третий вид сказок – художественные бытовые. В них действие обычно происходит в домах, подвалах, пещерах. Главные герои очень хозяйственны по своей натуре или, наоборот, разрушают собственный быт. Например:

Бейте тарелки., бейте розетки! Вилки тупите, гните ножи! Об пол бутылки! В печку салфетки! Будет порядок – только скажи! Рвите на части скатерти, гости! Лейте на стулья жир от котлет! Кости и корки под ноги бросьте! Мажьте горчицей ценный паркет! Чашки и рюмки – в чан с кипятком! Ломом железным поворошите, Выньте, откиньте и обсушите — И на помойку все целиком! Кто там без дела? Стыд и позор! Эй, осторожней, хрупкий фарфор!

Такие сюжеты заканчиваются неожиданными вариантами и перспективами, так как многое зависит от деятельных персонажей, хлопочущих по хозяйству на страницах сказки. Если они не поддаются никаким позитивным изменениям, то влачат жалкое существование, их жизнь – безрадостные будни.

Четвертый вид сказок – художественные страшные. На читателя нагоняют страх ведьмы, упыри, лешие, оборотни, вурдалаки и прочая нечисть отвратного вида. Здесь выдержат только крепкие нервы: уж очень злостны и безобразны эти персонажи. Своими действиями они постоянно приковывают внимание, даже не являясь главными действующими лицами. Просто их поступки влекут катастрофические последствия.

Темнеет… Готовятся к чаю… Дремлет Ася под маминой шубой. Я страшную сказку читаю О страшной колдунье беззубой. О старой колдунье и гномах, О принцессе, ушедшей закатом. Как жутко в лесу незнакомом Бродить ей с невидящим братом! Одна у колдуньи забота: Подвести его к пропасти прямо! Темнеет… Сегодня суббота И будет печальная мама. Темнеет… Не помнишь о часе. Из столовой позвали нас к чаю, Клубочком свернувшейся Асе Я страшную сказку читаю.

Пятый вид – психотерапевтические сказки. Здесь рассказывается о различных проблемах человека, и каждый может узнать себя на страницах литературного произведения. Содержание сказки «лечит» нас своей неистребимой верой в добро: если есть яд, то много шансов обнаружить противоядие. Нас призывают не торопиться с выводами, не ждать скорейшего ответа на все вопросы, моментального обновления. Сказка – смена сюжетов, жизнь – долгий процесс, путь, в который каждый однажды пустился и бредет по пустыне и трещинкам сердца. Время врачует раны или стирает нас с лица земли – это в любом случает определенный результат. Надо только двигаться без устали вперед и… кто знает, чем всё кончится.

Шестой вид – дидактические сказки. Содержание сюжета имеет здесь во многом обучающий характер. Это удобные сказки, когда тебе всё рассказали и сделали основные выводы. Хочешь – можешь жить по писаному.

Седьмой вид – психокоррекционные сказки. В данном случае нас пытаются научить уму-разуму. Обычно такие сказки морализируют, заканчиваются нравоучениями: дескать, предупреждали, не послушался, теперь пеняй на себя. И ты, уважаемый читатель, тоже не подарок – иди ума набирайся. Своим содержанием сказка борется за позитивные и скорейшие изменения в поведении, личности человека. Нам советуют быстро взять себя в руки. Кому-то это действительно необходимо. Предусмотрены и более корректные, щадящие варианты воздействия на клиента, когда четко объясняются чужие проблемы, а ты уж думай, решай, как жить самому. Не придумаешь – спроси. Только у кого?

Восьмой вид – сказки для релаксации. Т.Д. Зинкевич-Евстигнеева (1998а) отмечает, что их пишут с целью накопления положительного образного опыта, снятия психоэмоционального напряжения, создания лучших моделей взаимоотношений, развития личностных потенциалов.

Релаксация представляет собой погружение в процесс, направленный на получение эффекта успокоения и расслабления. Когда мы что-то увлеченно делаем (рисуем, сочиняем, играем), это условно можно принять за медитацию.

Существуют общие условия для проведения релаксаций:

• в помещении для занятий должно быть тепло, но не душно;

• освещение должно быть мягким и теплым, не нужно добиваться полной темноты (это многих пугает);

• специально подобранная музыка для релаксации (звуки природы с наложенной мелодией);

• удобная поза (положение «лежа, руки вдоль тела» вовсе не обязательно – клиент располагается так, как ему удобно; если человек не хочет закрывать глаза, не нужно настаивать на этом);

• ритуал «входа» и «выхода» из состояния релаксации предполагает неторопливость и постепенность.

Интересны медитативные сказки на осознание себя в настоящем – «здесь и сейчас». Характер их изложения – путешествие. Принцип построения сюжета максимально прост: «Мы с вами переносимся в удивительно сказочную страну, в самое ее сердце – на Волшебную Поляну. Мы лежим на ней и видим над собой высокое, чистое, голубое небо. Слушаем, как поют птицы и переговариваются деревья, журчит ручей. Чувствуем рядом аромат спелой земляники и свежевыпеченного хлеба – его только что испекла Добрая Волшебница, живущая неподалеку. А если мы протянем руку, то сорвем и положим в рот крупную ароматную ягоду и ощутим сладость спелой земляники. Шелковая молодая трава, устилающая Волшебную Поляну, нежно щекочет наши руки, ноги, лицо…»

Сказки описательного характера, рассказанные под музыку, также развивают воображение и произвольное внимание.

1.3. Психологический анализ сюжета сказки

1. Глубинный смысл сказки и ее мораль не дидактичны

В сказках нет прямых нравоучений. Иначе ребенок будет стремиться делать всё иначе, наперекор здравому смыслу (Зинкевич-Евстигнеева, 1998).

К примеру, вспомним сказку «Три поросенка». Самым привлекательным персонажем является старший Поросенок: умеет веселиться, построить дом, приютить друзей, отстоять свою и чужую жизнь. Он гибко соотносит принцип удовольствия с принципом реальности, представляя своим поведением, мироощущением абсолютно социально адаптированное существо, к тому же с творческим началом.

А теперь возьмем басню И. Крылова «Стрекоза и муравей», которая содержит явное нравоучение. Муравей слишком хорошо знает: «делу время, потехе – час». Муравей крайне положителен, однако дети, как я думаю, любят и стрекозу, сочувствуют ей, когда муравей говорит: «Ты всё пела – это дело, так пойди же попляши!». Дети могут узнать здесь себя: они тоже проказничают, получают выговоры от родителей и переживают по этому поводу.

Сказка позволяет бессознательно идентифицировать себя со многими персонажами. Значит, появляются возможности:

• научиться прогнозировать будущие проблемы;

• вовремя видеть трудности и их устранять;

• гибко совмещать удовольствия с необходимыми делами и т. д.

Сказка не выступает в роли ментора, не «учит жить», а помогает приобретать социальный интеллект, «мягко» намекая на проблемы и перспективы развития.

В волшебном повествовании мы часто встречаем метафоры, всегда проникающие в сферу бессознательного человека. Происходит активизация внутренних потенциальных возможностей. Человек ищет выход из ситуации. Метафора не директивна, она только намекает, направляет, наставляет (Баркер, 1995). Метафора:

• создает вокруг человека ауру психологической защищенности;

• позволяет человеку приподняться над своей проблемой, посмотреть со стороны, что ему мешает.

Психолог получает в процессе оказания помощи клиенту уникальные возможности: