Оксана Волконская – Я тебя проучу (страница 29)

- Идем. Или я сам тебя потащу, - не устроил мой ответ Корсакова. Впрочем, какая разница? Слухом больше, слухом меньше. Еще хорошо, что он очередной веник на репетицию не притащил!

Вздохнув, я проследовала с ним к машине. Ладно, пять минут поездки, и я буду дома. Так даже лучше. Приду домой, переоденусь, возьму Босса и пойду с ним бродить по улицам.

Вот только вместо того, чтобы повернуть на дорогу, ведущую на мою улицу, Андрей повернул совсем в другую сторону.

- Корсаков, это что, похищение?

Но, как я ни старалась, должного возмущения в моем голосе не прозвучало. Зато градус удивления был высок.

- Я просто понял, что пытаться поговорить с тобой в театре бесполезно, - по-мальчишески улыбнулся Андрей. – Ты все время так оглядываешься, словно чего-то опасаешься. Поэтому сейчас мы едем с тобой ужинать. Тебе надо поесть.

- Я не голодная, - упрямо заявила в ответ.

- Когда ты ела последний раз?

Этот вопрос заставил меня задуматься. Потому что я действительно не успела сегодня после универа забежать ни в кофейню, ни домой. Да и во время перерывов до столовой не добежала. Получается, что:

- Утром? – с сомнением ответила я.

- Ты утверждаешь или спрашиваешь? – снова улыбнулся Андрей. – В любом случае, неважно. Мы едем ужинать.

- А не много ли на себя берешь?

- Я всего лишь забочусь о дорогом мне человеке, если он сам не в состоянии о себе позаботиться, - спокойно, как что-то само собой подразумевающееся, сообщил мне Корсаков.

- Не начинай, - попросила я. Сил спорить не было. Бороться с его обаянием тоже.

- Я еще и не заканчивал, - пожал плечами он и остановился возле небольшого ресторанчика итальянской кухни. – Прекрасная леди, составите мне компанию за ужином?

- Ради приличия спрашиваешь? – не удержалась от колкости я, а этому гаду белобрысому хватило наглости кивнуть в ответ! И по-хорошему стоило бы уйти, но вспомнились вчерашние рассуждения Вики, и… Так сложно не поддаться, когда хочется верить в то, что я действительно ему небезразлична!

Тем более, поесть все-таки нужно.

Первое, что бросилось в глаза – огромная печь в римском стиле, декорированная под мраморный бюст. Это…удивило. Стены были окрашены в яркие цвета, столики разделяли белоснежные ограждения. И повсюду были расположены бюсты, подсвеченные огнями нескольких дискошаров. Это… завораживало, удивляло. Так, что я даже замерла на пороге, оглядывая все это великолепие.

Впрочем, нас довольно быстро проводили к небольшому столику, возле окна. Оттуда открывался прекрасный вид на старинную улочку нашего города. Пролистав меню и выбрав блюда, я вновь посмотрела в окно.

- Что тебя беспокоит? – спросил Андрей. – Я же вижу, что ты нервничаешь. И дело не только в моем внимании. Скажи мне, Лиза.

Я невольно усмехнулась, услышав этот вопрос. Как у него все просто. Скажи, что не так, я решу проблему. Вот только я с таким еще не сталкивалась, да и вообще… Я сама привыкла со всем справляться. Хотя, учитывая, что, благодаря ему все эти слухи и возникли, вполне можно и поделиться.

- Ты из-за роли нервничаешь? – продолжал допрашивать тем временем Корсаков. – Зря, ты действительно хорошо справляешь.

- Да ну? – не сдержалась я. – То есть ты считаешь в порядке вещей, что, играя с тобой, я все время психую?

Упс! А вот это вот лишняя информация, озвучивать которую ему явно не стоило. Но слово – не воробей, догнать и добить его точно не получится.

- А ты нервничаешь? – переспросил Андрей, и глаза как-то подозрительно заблестели. Ему явно понравилась та информация, которую он сейчас узнал. Ну еще бы, прямо бальзам на его болезненное самолюбие.

- А ты как думаешь? – вопросом на вопрос ответила я.

- То есть я тебе небезразличен? – поймал меня на слове он. Вот кто о чем!

- Корсаков, ты, видимо, не понимаешь, что это проблема! И большая проблема Мне сложно сосредоточиться на роли и одновременно пытаться избежать твоих поползновений! – взорвалась я. – И если ты сейчас выдашь что-то в стиле «я рад, что ты не можешь передо мной устоять» я тебя стукну и уйду отсюда! Честное слово!

Потому что это неправильно! Невыносимо! Нечестно, когда я вся такая издерганная, замученная, не знающая, как отреагировать, а он довольный и наслаждающийся жизнью! И, судя по всему, этой заразе это в голову даже не приходило.

- Лиза…

- Что Лиза? Ты вот хотя бы на минутку задумался о том, какие слухи расползутся после твоих гордых заявлений о том, что я твоя девушка? – меня уже понесло, и я не могла остановиться. Знаете, так бывает, когда доходишь до критичной точки, и все – терпение истощается. Ты понимаешь, что делаешь, что говоришь, но остановиться не можешь. Возможно, это и называется состоянием аффекта? Не знаю.

- Какие слухи? – нахмурился Андрей.

- Что я себе роль Елены через твою постель заработала! И выступление на премьере тоже!

Я не хотела жаловаться. Просто… накопилось. Это он во всем виноват. И, как бы я к нему не относилась, но если бы не его внимание, таких бы последствий не было. А Андрей.. Услышав мои слова, он словно окаменел, глаза как-то потемнели… Создавалось ощущение, что на еще недавно довольного человека наложили эффект тучи. Наверное, не зря появилось такое сравнение.

- Кто? – мрачно и четко проговорил он. И в его голосе послышалась такая ярость, что я невольно поежилась.

- Что кто? – растерянно переспросила. Состояние аффекта плавно начало сходить на нет, и я искренне начала жалеть, что вывалила на него все это. Потому что… Ну просто это были мои проблемы, с которыми и справиться я должна была самостоятельно. А вместо этого сорвалась.

- Кто эти слухи распускает? – повторил Корсаков, и на его лице появились желваки. Наверное, за все время нашего знакомства, таким злым я видела Андрея впервые. Он вообще всегда казался каким-то спокойным, уравновешенным. Я закрыла лицо руками и простонала. Вот зачем я это сделала? Просто, выговорившись, я почувствовала дикую усталость, опустошение. Толку от этого? Всем сплетникам рты не заткнешь.

- Какая разница, Андрей. Просто давай не будем давать лишний повод? – попросила я. – Все эти твои ухаживания…

- Лиза, я не буду скрывать своего отношения к тебе. Более того, людям, которые хорошо знают и меня, и Егора такое даже в голову не придет, не сомневайся, - тихо проговорил он, взяв меня за руку. От его ладони веяло теплом и ощущением надежности. И мне очень хотелось верить ему, до безумия. Но я знала, что всегда будут те, кто подумает иначе. И, в принципе, мне, наверное, было бы все равно, будь мы с ним вместе. Вот только мы не вместе.

- Андрей… - это было даже не возражение, скорее вздох. Я не знала, что сказать ему на все это. Просто не знала. На мое счастье, разговор был прерван появлением официантки. Расставив блюда, она удалилась.

- Знаешь, - задумчиво заметил Корсаков, глядя на меня в упор жарким взглядом. – Мне хочется защитить тебя от всего мира и растерзать любую сволочь, которая тебя обидит и причинит боль. Притом, что сильнее всех тебя обидел я сам.

Это был нокаут. Полный. Потому что в его голосе слышалась неприкрытая боль, а глазах была искренность.  Потому что в ответ на эти слова мне просто нечего было сказать. Только где-то в душе что-то озарилось ярким, теплым, солнечным светом. И распространялось с огромной скоростью. И, как бы мне не хотелось это признавать, как бы я не упиралась, я начинала снова ему верить. Глупо, да?

И с этим осознанием на губах расцветала пока еще робкая улыбка.

- Давай поедим? – предложила я, желая закрыть эту тему. – И не будем об этом больше? Пожалуйста.

Андрей кивнул, и мы принялись за еду. Наверное, каждый из нас пытался осмыслить только что прозвучавшие слова. Впрочем, долго в тишине сидеть не пришлось.

Андрей сам заговорил о какой-то ерунде, и я с радостью поддержала разговор, чувствуя, как меня постепенно начинает отпускать. Все-таки отчасти я сама себя накрутила по поводу всех этих сплетен и прочего. Вот оно и вылилось во взрыв.

А теперь, разговаривая с ним на совершенно отвлеченные темы, я невольно вспоминала наши свидания. С ним всегда было интересно разговаривать обо всем на свете. Вот только после того, как я все узнала, мы толком и не разговаривали даже. Мы ругались. И от осознания этого стало чуточку грустно – жалко терять такие моменты. Но даже эта мысль мелькнула только мимолетом – Андрей тут же поспешил меня отвлечь.

В итоге из ресторанчика мы вышли только пару часов спустя, успокоившиеся и повеселевшие. Нет, это не было свиданием, во всяком случае я его так не воспринимала, но все равно в душе началось возрождаться тепло, которое я считала точно утерянным.

Корсаков настоял на том, чтобы отвезти меня домой. И уже возле моего подъезда попросил на минутку задержаться.

- Что такое? – удивилась я, подумав про себя, что если он все-таки сейчас полезет целоваться, то все непременно испортил. И, учитывая его настойчивость, такой вариант вполне возможен. Может, оно и к лучшему?

- Это тебе, - Андрей потянулся к заднему сидению и перетащил оттуда шляпную коробку. В таких в последнее время стало можно продавать цветы. А я-то думала, он успокоился по поводу веников! – Открой, - с загадочной улыбкой попросил он.

Я со вздохом подчинилась и, к своему удивлению, увидела не бархатные лепестки, а пушистый мех.