Оксана Волконская – Драконий отбор, или Нежеланная невеста-попаданка (страница 36)

— Он действительно пропал, Стефания, — Матильда на мгновение опустила глаза. — Мне очень жаль, но больше я о нем ничего не слышала. Полагаю, это все и затевалось ради того, чтобы выманить его на открытое пространство и устроить ему ловушку.

— Но зачем? — непонимающе воскликнула я. Опять вспомнились слова его величества о том, что мой отец из очень непростой семьи. Означает ли это, что его устранили как конкурента за какой-нибудь титул? Или что-то еще подобное? Получается, что моего отца нет в живых?

— Не могу знать, — покачала головой Матильда. — Дитрих мне ничего не сказал. Мы старались приглядывать за твоей матерью, особенно, когда Мари призналась мне, что беременна… Но в один день она просто исчезла. И никто не мог отследить, куда. Так, точно ее вообще больше не существовало в этом мире.

Она вновь повторила слова про «этот мир». Я же предпочла сделать вид, будто ничего не услышала. И без того есть, о чем подумать. Получается, мама по каким-то причинам опасалась, что может пострадать она и, соответственно, я. И поэтому не придумала ничего лучше, чем сбежать в другой мир.

— А обвинения с нее были сняты? — уточнила я, пытаясь соединить фрагменты мозаики воедино.

— Нет, — уверенно ответила королева. — На тот момент сочли это нецелесообразным. Тем более, что на широкую публику это не афишировалось.

Вот, значит, чем дядюшка Альбер шантажировал маму. И как только он нас обнаружил-то? И уж не он ли приложил свою противную лапу к подставе? Мне не хотелось верить, чтобы человек, чьей кровью и плотью я являлась, мог пойти на такой подлый поступок и украсть важные документы.

— Послушайте, — вдруг сообразила я. — Но ведь драконы чувствуют ложь. Так почему его величество тогда не разобрался?

Матильда удивленно на меня взглянула: видимо, эта способность драконов не афишировалась. Лично мне об этом никто никогда не рассказывал. Я просто это знала, чисто на уровне интуиции. И объяснить, откуда ко мне пришло это знание, я не могла.

— Ты в курсе? Но откуда?!

— Не знаю, — честно призналась я. — Я просто это чувствую. Сложно объяснить.

На меня посмотрели так, точно жаждали увидеть все мои внутренности до последней косточки. Однако комментировать мои слова королева никак не стала, только сообщила:

— Существуют некоторые зелья, причем длительного воздействия, которые могут обмануть и дракона. Не исключено, что в данном случае было применено одно из них. Так что на свое чутье Дитрих в полной мере полагаться не мог.

— Понимаю, — тихо ответила я. Хотелось поджать под себя ноги, укрыться одеялом и пореветь. Я даже быстро-быстро заморгала, чтобы прогнать непрошенные слезы. Нельзя. Я сейчас не могу себе позволить такие слабости. Пусть я относительно и разобралась в произошедшем, легче от этого мне не становилось. Оказывается, все только начиналось.

— Его тело не нашли, да? — дрогнувшим голосом поинтересовалась я, а королева кивнула. Я опустила глаза и вдруг почувствовала, как меня притянули к себе:

— Поплачь, девочка, — тихо проговорила мать Витольда, погладив меня по спине. — Иногда это необходимо.

Ее слова прозвучали как спусковой крючок, и в следующее мгновение слезы полились градом. Я ничего не произносила, только плакала, тихо всхлипывая. Матильда же гладила меня по волосам и шептала что-то утешительное. Почему-то рядом с королевой сейчас я испытывала очень странные ощущения: спокойствие, умиротворение, возможность поделиться, участие. Как с мамой.

— Спасибо, — поблагодарила я спустя несколько минут, отстраняясь и утирая слезы. Хватит реветь. Мне и без того достаточно проблем.

Королева только кивнула, принимая мою благодарность и возвращаясь к прерванному разговору:

— За несколько дней до исчезновения Мари, она говорила с Альбером. К сожалению, я не знаю, о чем, но…

— Этот подлец явно сказал маме что-то, из-за чего она решила сбежать, — поняла я. Вот теперь пазл действительно складывался. Так мама действительно могла бы оставаться под его контролем, вот только решила все иначе. Возможно, сохранила этим мою жизнь. И сбежала. Дядя, видимо, тоже не мог ее найти, как и королевская чета. А потом… У них одна кровь. Не исключено, что он как-то доработал поисковое заклятье и смог распространить его на другие миры. Либо искал маму все это время, посещая мир за миром. Вариантов много. Факт оставался фактом. Найдя ее, он попытался ее шантажировать. Возможно, какими-то доказательствами ее причастности. Или еще чем-то. Не столь это и важно. Главное, другое. Такого «дядю» я даже родственником своим называть не желаю! Не верю я в его благие намерения. Скользкий червяк!

— Не исключено, — кивнула Матильда, подтверждая мои выводы. — Она сейчас у Альбера? Это ведь он отправил тебя на отбор. И непохоже, чтобы ты так уж рвешься стать королевой, — прозорливо проговорила она.

— Должна быть, — честно призналась я и встревожилась, вспомнив помехи при последнем разговоре. — Рида Матильда, не знаю, как объяснить, но… Мы с мамой общались посредством магической связи. В наш последний разговор я спросила, кто мой отец. И тогда связь прервалась. Больше я с ней связаться не смогла. Боюсь, как бы что ни случилось… По семейной связи, она цела и здорова, но мало ли…

Это сложно объяснить, но эта женщина вызывала у меня какое-то необъяснимое доверие. Возможно, чисто на уровне интуиции, но я знала: она не причинит нам вреда. Не исключено, что частично это связано со словами мамы, не знаю. Однако разум тоже был согласен: с королевской четой лучше дружить. Может, они и помогут мне выпутаться из того переплета, в который я попала.

— Я тебя поняла, девочка, — успокаивающе погладила меня по волосам королева. — Я поговорю с Дитрихом, и мы постараемся придумать, чем помочь и как вызволить Мари от брата. Все будет хорошо!

Она говорила довольно так убедительно, что мне действительно хотелось в это верить! Тем более, поводов убедиться в обратном у меня вроде как не было. Практически с первого дня моего появления здесь, королева вела себя благосклонно по отношению ко мне.

— Послушайте, — нерешительно спросила я. — Если у вашей семьи такое недоверие к Альберу, почему вы меня допустили на отбор? Казалось бы, что проще — не пускать меня, и все.

— С чего ты решила, что у нас есть недоверие? — прищурилась рида, кажется, поймав меня на слове. Я потупилась: выдавать Витольда и его слова не хотелось. Впрочем, предлог нашелся практически сразу:

— Вы сами на это намекнули. И на то, что ему было выгодно оставить маму при дворе. И, видимо, теперь заодно меня.

— Все просто. Я хотела убедиться, что ты действительно дочь Мари.

— Убедились? — вырвался неловкий смешок у меня.

— Достаточно на тебя взглянуть, девочка, — по-доброму улыбнулась Матильда. — Помимо этого, еще характер, магия, также проверка по крови это показала. И не только по крови.

Она не закончила, но я и так догадалась: без феечки тоже не обошлось. Ну я ей задам! Когда-нибудь потом. Сейчас просто сил не было на скандал.

— А риард Витольд? — задала я мучивший меня вопрос. — Он тоже обо всем этом знает?

— Вит? Нет. Впрочем, если учесть то, что рассказал мне вчера муж, у сына могут быть свои причины оставить тебя на отборе.

Намек был таким прозрачным, что я невольно залилась краской. Несмотря на это возразила:

— Не думаю!

И только какой-то слишком понимающий взгляд от матери причины моих метаний был мне ответом. Вот что она хотела этим сказать?

Глава 19

После разговора с королевой изучать книги и газеты уже не хотелось. Голова и так шла кругом. И я решила прогуляться по саду. Тому самому, где я когда-то уже умудрилась познакомиться с Миллисент. Правда, в этот раз я собиралась вести себя куда осмотрительнее и точно не планировала пинать камни. Хватит! Одной феи мне выше крыши хватает!

Избавиться от ощущения, что феечка меня предала, я не могла. И пусть умом понимала ее поведение и мотивы, однако легче от этого не становилось. Она ведь так ничего и не сказала мне про отца! Хотя могла. И все-таки, интересно, прослушками в покоях меня обеспечила королевская чета или еще кто-то? Кто-то, кто, допустим, знал об отношениях мамы и отца. Или я действительно становлюсь излишне подозрительной?

Так, будем рассуждать логически. О моем появлении заранее никто не мог знать. Нет, наверное, здесь тоже есть какие-то провидицы и гадалки, вот только я что-то сильно сомневаюсь в серьезности их восприятия. И ладно, примем как гипотезу, что прослушки установили по распоряжению короля или королевы, чтобы контролировать участниц. И заодно посмотреть на их дальновидность. Насколько я могу судить о местных монархах, второе вполне в их стиле. И да, зная, что я дочь бывшей фрейлины и племянница Альбера, за мной вполне могли установить более внимательное наблюдение.

Однако это никак не проясняло другой момент. Кто тогда копался в моих вещах? Тоже по распоряжению Уилдеров? Или здесь таится что-то еще? Или, может, это Милли полюбопытствовала? Почему-то ранее такой вариант не приходил мне в голову.

Но даже если все действительно так, почему отец Витольда утверждает, что мне может угрожать опасность? Может, просто запугивал меня, чтобы я не рыпалась лишний раз?

Впрочем, долго поразмыслить об этом мне не удалось. Так как прямо на меня вылетела вредная шпионка королевы. И замерла, натолкнувшись на мой взгляд.