Оксана Волконская – Драконий отбор, или Нежеланная невеста-попаданка (страница 15)

Глава 8

От занимательного чтения меня отвлек стук. Я на мгновение вздрогнула и машинально захлопнула книгу, которую уговорила Максимилиана дать мне с собой. Огляделась по сторонам, пытаясь определить источник звука, но вроде бы вокруг было спокойно. Затем стук повторился вновь, и на этот раз я четко поняла, откуда он исходит. Стекло!

Я подскочила к окну и увидела уменьшенную феечку, которая без зазрения совести пинала стекло. А вот и потеряшка явилась! С трудом скрывая улыбку, я распахнула створки, и Миллисент влетела в комнату, увеличилась в размерах и, подбоченившись, укоризненно на меня уставилась.

— Я ей стучу-стучу, а она — ноль внимания, — сердито проговорила феечка, чем развеселила еще больше. Впрочем, смеяться вслух я остереглась — еще обидится, потом расхлебывать придется.

— Прости, — виновато улыбнулась я. — Не ушиблась?

— Нет, — гордо задрала нос Миллисент и огляделась по сторонам. — А ты хорошо устроилась. Уютно у тебя. Чем ты так зачиталась, кстати?

Остановить ее не успела. Фея в два взмаха крыльев оказалась у моей постели и прихватила тяжелый фолиант, который весил, наверное, как четверть ее.

— Ничего себе, кажется, кто-то заинтересовался нашим женихом, — констатировала она.

— Не женихом, а его родом, — деловито поправила я. — После разговора с тобой стало интересно, почему у Уилдеров так давно не было истинных. Должна же у этого быть какая-то причина. И, чтобы понять, я решила немножко покопаться в истоках.

— Обстоятельный подход, — одобрила Миллисент, потом внимательно меня оглядела, точно увидела что-то новое. Облетела со всех сторон, а потом поинтересовалась. — Ну и с кем ты целовалась?

— Я?! — удивленно хлопнула ресницами, пытаясь сообразить, как же феечка могла догадаться. И почувствовала, как краска заливает лицо. Черт! Предательский организм. — Ни с кем я не целовалась!

— Ну да, конечно, — фыркнула Миллисент. — Рида слишком рьяно протестует, не находишь? Ты кого обмануть пытаешься, я же фея любви! Я такие моменты на «раз-два» вижу!

— Компаньонкой работать не пробовала? — огрызнулась я. — Тебя родители с руками оторвут, чтобы ты честь девичью блюла.

— Ага, сейчас, — Миллисент плюхнулась на мою постель и поболтала ножками. — Я — фея любви, а не какая-то злая ведьма. Я соединяю сердца, подталкиваю к романтике. Но никак не разрушаю только зарождающие отношения. Так что… — она многозначительно промолчала, а потом, так и не дождавшись реакции, добавила, — Лучше рассказывай, иначе я сама определю.

— А ты что, и это можешь? — невольно восхитилась я. Магия моей новой знакомой становилась все интереснее. Вот бы допросить и узнать подробности, но вряд ли она мне расскажет добровольно. Мне же здесь все в новинку, столько всего любопытного.

Миллисент в ответ смерила меня пристальным взглядом, потом ахнула:

— Да ладно?! Серьезно?! Ты целовалась с Витом? Это же прекрасно! — и феечка слетела с постели и пролетела несколько кругов по комнате, да еще с такой скоростью, что у меня в глазах замельтешило. Потом приземлилась и начала допрашивать. — Ты же говорила, что он тебе не нравится!

— Он мне и сейчас не нравится, — возразила я. — И я ему — тоже.

— Угу, я заметила, — фыркнула Миллисент. — А целовались вы, наверное, в научных целях?

Я призадумалась. Чисто логически, можно сказать и так. В конце концов, целовались мы именно в библиотеке, чем не научная атмосфера?

— Даже не вздумай заговаривать мне зубы, — сердито топнула ножкой Миллисент.

— Так вышло, — развела я руками. — Не надо думать, что после этого я мгновенно в него влюбилась и захотела за него замуж. Или он на мне жениться. Мы вообще ругались.

— Ругались-ругались и начали целоваться? — хмыкнула феечка и зачем-то потерла ладошки. — Очень интересно.

— Не начинай, — поморщилась я. — Забудь, ничего не происходило.

На меня обиженно воззрились, точно я сказала что-то преступное. А я подумала, что никак не могу определить, сколько же лет феечке. То она кажется куда взрослее меня самой, то я не могу перестать воспринимать ее как ребенка. И ведь прямо не спросишь, обидится еще.

— Ну ладно-ладно, — пробурчала девчушка, заставляя меня заподозрить подвох. Кажется, единственный способ не поругаться с ней — отвлечь прямо сейчас. И я торопливо попросила:

— Лучше расскажи, как твои дела. Я не видела тебя на отборе.

Мои слова вызвали очередной негодующий взгляд.

— Вот еще, буду я перед этим аристократическим сбродом светиться. Тогда каждая первая начнет требовать, чтобы я выдала ее замуж за принца. А Витольд у нас всего один, и гарем ему не нужен, — она гордо выпрямилась. — Ему истинная нужна!

— Вот именно, — подняла палец вверх я. — Поскольку я ею точно не являюсь, то поцелуй ничего не значит. Был и был. Забыли. Чего только в жизни не случается.

Миллисент опять собиралась что-то возразить, но я ее перебила:

— То есть ты на испытаниях не присутствуешь? Или прячешься?

— Я наблюдаю, — гордо сообщила девчушка. — Так что все испытания проходят под моим неусыпным оком.

И почему мне сразу представилась беззастенчиво дрыхнущая фея? Я бы не удивилась, честное слово. Почему-то мне кажется, что это вполне в ее духе.

— И что же твое неусыпное око увидело? — полюбопытствовала я. — Каков вердикт?

— Витольд очень обстоятельно подходит к выбору, — уверенно заявила Миллисент. — Не зря же он настоял на том, чтобы первой выгнали Алиссандру.

— Вот как? — я аж подалась вперед, ошарашенная услышанным. — А я думала, это королева настояла. Такой кокетке не место на троне.

— Ну рида Матильда не возражала, — подтвердила феечка. — Но первым это озвучил сам Витольд. Остальные с ним согласились, разве что Теодор немного шутил на тему, что Алиссандра — отличный вариант королевы, которая не будет путаться под ногами. На что-то грандиозное у нее мозгов не хватит. Но Витольд его оборвал, и тот перестал говорить ерунду.

— Тебе не нравится Тео? — удивилась я ее тону. Неодобрительный. На меня-то Тео произвел очень хорошее впечатление. Миллисент же в ответ слегка передернула плечиком:

— Не то чтобы не нравится. Просто он тот еще разгильдяй. Его очень сложно заставить в кого-то влюбиться, — и она обиженно поджала губки. — Впрочем, Витольд не намного лучше. Не такой бабник, но влюбляться категорически отказывается. Да и ты, — она уперла в меня негодующий взгляд.

— Что я? — удивилась я, не представляя, куда в этот раз занесет фантазия неугомонную феечку.

— Ты вон тоже влюбляться не желаешь! И такого хорошего кандидата даже рассматривать не собираешься. А он ведь всем хорош. Красив, молод, умен, интересен, характер…

— Отвратительный, — перебила Миллисент я, вспомнив про наши стычки.

— Ну знаешь ли! — взвилась феечка. — Ты тоже не цветочек оранжерейный, так что найдешь управу.

Невольно вспомнилось, как я сегодня отчитала дракона, и он в итоге еще извинился. М-да, доля правоты в словах девчушки все-таки есть. Однако это еще ничего не значит.

— Даже не собираюсь искать, — уверенно заявила я. — Так что подбери своему подопечному более подходящую кандидатуру. Мне, кстати, эта понравилась… как ее… А, точно, Кассандра.

— Это которая? — прищурилась феечка.

— Артефактор, — тут уж я ответила куда увереннее. — Ему явно пришлись по вкусу преподнесенные часы.

— Ему не с часами в постель ложиться, — сердито топнула ножкой феечка и возвела очи к потолку. — Бездна! Какие ж мне все-таки бестолковые крестники достались!

В своем праведном гневе малышка была до ужаса забавна, особенно если учесть, что некоторые ее крестники выглядели старше ее самой. Я не выдержала и улыбнулась, а потом, торопливо состроила серьезную физиономию. Неправильную реакцию нужно спрятать, пока моя собеседница не увидела и не обиделась. После чего осторожно так поинтересовалась:

— А что, Тео — тоже твой крестник?

— И Тео, и Витольд, и ты, — перечислила Миллисент и скривилась, точно ей подсунули кислый лимон. После чего удивленно посмотрела на меня, точно это я что-то напутала. — А что, я разве не говорила?

— Нет, — я отрицательно покачала головой, а феечка печально так вздохнула и укоризненно произнесла:

— Ну вот, это все ты виновата! Отвлекла меня своими поцелуями!

Я от удивления даже онемела на какую-то секунду: это я-то отвлекла ее поцелуями? А кто в меня буквально вцепился, требуя подробностей? Впрочем, что-то мне подсказывало — попробуй я сейчас отстоять справедливость, Миллисент мне просто не поверит, настолько уверена в своей правоте. Так что осталось только виновато пожать плечами и подождать разъяснений. Иногда это сделать куда легче, чем выяснять отношения. Мама всегда говорит мне: «Будь умнее, Стеф». Вот я сейчас и пользуюсь этой чудесной мудростью.

— В общем, я побывала в нашем дворце, в канцелярии… А что ты так удивленно рот открыла?

— Да нет, ничего, — отмахнулась я. — Продолжай.

Не выяснять же про королевство фей и их канцелярию. В моем воображении вся эта бюрократия должна оказаться как можно дальше от фей. А тут сплошные чудеса родного мира — реестры, канцелярии и прочее… Одно разочарование!

— Так вот, я устроила им самый настоящий разнос! Вот как можно умудриться потерять информацию о наследнице одного из древнейших родов? Тем более, у нас все завязано на магии. И представляешь, они сказали, что во всем этом не виноваты. Что это сбой. Какой сбой может быть у магии? — от возмущения феечка даже подпрыгнула на месте и взмахнула волшебной палочкой, осыпав нас волной искорок. Они слегка переливались на ткани платья, но хотя бы не напоминали конфетти. Представляю, как бы меня возлюбили слуги, если бы при следующей уборке обнаружили конфетти на коврах. Мало мне предвзятого отношения со стороны принца, приставленной шпионки, еще бы и горничные ненавидели.