Оксана Усова – Легенды города 2000 (страница 33)

Пока Полуночница осматривала квартиру, я заглянул в шкафы и холодильник. Квартира действительно не производила впечатление жилой: в холодильнике не было ничего, кроме льда в морозильной камере, а в углу навесного шкафчика над раковиной я обнаружил пакет с заплесневелым хлебом для тостов. Коробки с пиццей и пастой стояли на кухонном столе практически нетронутыми, но стулу недоставало одной ножки, а на полу возле выбитого окна было множество маленьких лужиц крови. В мусорном ведре не было ничего интересного, кроме средств личной гигиены и обрывков цветной бумаги.

– Ничего? – спросил я, когда Полуночница закончила с квартирой и позвала меня в коридор.

– Ничего, – покачала головой она. – Посмотрим, что скажут люди.

– Погоди-ка, – я присел на корточки и взял с полки для обуви одиноко стоявшую туфлю. Туфля была примечательной: красная лакированная подошва, высоченная платформа, очень острый серебристый каблук и множество тонких черных ремешочков. – А как насчет вот этого?

– Наверное, это туфля кого-то из девушек, – без энтузиазма ответила Полуночница. Видно было, что ей очень хотелось подловить криминалистов и найти в квартире что-то, что те проглядели.

– Я видел, как выводили их всех, – покачал головой я. – И все были обуты. Да ты погляди, туфля странная, как будто детского размера.

– Спрячь под куртку, – велела она, и мы вышли из квартиры.

Всю дорогу я чувствовал, как каблук впивается мне в живот, и был очень рад, когда в машине мы убрали его в пакет и бросили на заднее сиденье. Во двор, не заглушая пронзительно орущих музыкальных колонок, въехала машина, и из одного из окон мгновенно высунулся мужик, покрывший веселую компанию матом. И тут меня осенило.

– Полуночница, я понял, что было не так с квартирой, – я даже улыбнулся, ощутив всплеск адреналина. – Там не было бутылок.

– И что? – не поняла она.

– Газали сказала, что они все были угашенные, алкоголь и наркотики, – напомнил я. – Компания была тринадцать человек, там должна была остаться масса бутылок. Хотя бы из-под той же кока-колы.

– Допустим. К чему ты ведешь?

Я выложил свой главный козырь:

– У одной из девчонок на руке был бумажный браслет, такие в клубах обычно надевают. И в мусорном ведре я нашел целую кучу бело-красных обрывков. Они приехали на эту квартиру из клуба.

– Возможно, они подцепили дилера именно там, – догадалась Полуночница. – Ты прав. Нужно проверить этот клуб.

– Да, вот только в любом клубе может быть такой браслет. Я посмотрел, на нем нет названия, печати, хотя бы чего-нибудь.

– Я знаю только один клуб в городе, в котором на входе надевают бело-красные браслеты, – Полуночница вытащила телефон и зажала сенсорную кнопку в мессенджере, записывая голосовое сообщение. – Емар, котик, я знаю, ты еще спишь. Как проснешься, скажи, ты сможешь достать бронь столика в «Катакомбы» на сегодняшний вечер?..

Ехать спать было уже поздно, так что мы предпочли поехать поесть. По пути Полуночница почему-то включила радио, а не музыку. По радио шла историческая передача, которую, как я сильно подозревал, не услышишь из человеческого приемника.

– С вами «Жаркое радио», – щебетала ведущая. – Во Владивостоке уже пять часов утра, и сейчас вы услышите передачу из цикла «К трехсотлетию заключения мирного договора при Идзумо»…

– Во-во, – рыжая сделала погромче. – Может, перестанешь доставать меня вопросами.

…В мирном договоре, заключенном без малого триста лет назад, четко говорится: жары, люди и потомки нерушимого Дракона должны и могут жить в мире, помогая друг другу, неукоснительно соблюдая ряд условий.

Первое условие – запрет на беззаконное убийство друг друга – так жарам поручили охоту за теми существами, которые не признают правил договора, а людям запрещается трогать тех, кто приносит пользу союзу и не нарушает его устоев.

Второе условие – запрет религиозной пропаганды среди людей: и жарам, и потомкам Нерушимого нельзя подвергать людские религии сомнению или поруганию. Попытка изменить существующий мировой порядок и восстановить старый, при котором жары правили планетой, карается преследованием и смертью.

Жары объединились в группы, окрепли и потребовали право вернуться к себе домой. Так в мире появилось пять волшебных столиц: Солсбери в Англии, Камакура в Японии, Бангор в Северной Америке, Лима в Южной Америке и Владивосток в России. Только в этих пяти городах, где когда-то, много тысяч лет назад, жили и властвовали короли и королевы жаров, нам теперь разрешено селиться. Это единственные города, где должность мэра имеют право занимать не только люди, но и любые существа, которые могли честным путем победить на выборах, но президентом или министром ни жар, ни потомок Нерушимого Дракона стать не может – как и человек не может стать во главе волшебных сообществ…

– Впрочем, нечеловек ни разу не становился мэром, – фыркнула Полуночница.

Экскурс в прошлое моего нового мира закончился через пятнадцать минут, на парковке автокафе, которое располагалось все на той же злополучной улице Калинина. Когда мы проезжали мимо здания больницы, над которым клубилась пыльная дымка, а ветер трепал желто-черную заградительную ленту, которой зачем-то замотали даже одиноко стоявшее деревце, меня передернуло.

Автокафе находилось в удачном месте: прямо на вершине склона, откуда открывался вид на портовые склады и краны у его подножия и Набережную Цесаревича на противоположном берегу бухты Золотой Рог.

Мы подъехали к окошку, из которого приветливо высунулась девчонка в черной форменной кепке, и Полуночница натянула на нос темные очки:

– Что ты будешь?

– Капучино с корицей и завертон с креветкой, – попросил я. В большом меню на стене было множество незнакомых названий, но я решил, что сочетание лаваша, креветки и творожного сыра сложно испортить.

– Нам два капучино, один с корицей, другой без, завертон с креветкой и сэндвич с неркой, – скороговоркой продиктовала Полуночница и коснулась картой платежного терминала.

– Вы можете отъехать, когда заказ будет готов, вам его вынесут, – преувеличенно бодро отрапортовала девчонка, вручая чек.

Мы отъехали, заняв одно из самых лучших мест у невысокого дощатого парапета. Я молча понаблюдал, как небольшое, но тяжело груженое суденышко рассекает волны, торопясь к причалу, а потом перевел взгляд на кран, перекладывавший кусок за куском большую груду металла. Серо-зеленый туман метр за метром крался в бухту со стороны моста и открытого моря, как бы предупреждая, что сегодня рассвет пройдет скрытым за завистливыми ладонями облаков.

– Город так изменился за то время, что я был в больнице. Я видел все это на фотографиях, но уже перестал мечтать, что когда-нибудь вот так буду снова сидеть в машине, смотреть на море и пить кофе.

– А вот и кофе, – Полуночница нажала на кнопку, опуская стекло, и приняла бумажный пакет. – Спасибо. Кстати, на стаканчиках здесь пишут предсказания. Что тебе досталось?

Я взял картонный стаканчик с белой маркерной пометкой «К» на черной крышке, и прочел витиеватую надпись:

– «Если увидишь лестницу – прыгай, если найдешь рычаг – тяни». Как-то излишне загадочно для маркетинговой акции, не находишь?

– Как знать, – Полуночница пожала плечами и подняла стакан повыше, чтобы прочесть свое предсказание. – «Не бойся восставать из пепла».

– Как жизнерадостно, – я захрустел оберткой и с наслаждением впился зубами в зажаристый ролл. – М-м-м, сыр…

После пробуждения способностей у меня пробудился и адский жор. Еда горела во мне, как в топке, и если я не ел очень и очень много, то начинал стремительно худеть и терять в массе.

Дожевав, я спросил:

– Как все-таки получилось, что вы заняли подчиненное положение? Это сейчас у людей есть ядерное оружие, ракеты и танки. Раньше ведь ничего этого не было.

Полуночница откинулась на сиденье:

– Жары в той войне окончательно потеряли надежду. Борьба и болезни унесли множество наших жизней, и многие начали думать, что это конец, эволюция планеты сделала выбор в пользу человеческой расы. Так что договор по-своему был спасением. Поскольку на момент заключения мирного договора антимагов не рождалось уже лет восемьсот, естественно, ни в войне, ни в заключении мира при Идзумо они не участвовали. Но рождение антимагов – не самая лучшая примета. Обычно вы рождаетесь во время самых поворотных моментов истории. Может, на Землю летит метеорит, который может нас всех уничтожить, а может, – Полуночница со вздохом покрутила опустевший стаканчик в руках, – еще чего похуже. Не знаю, как долго мы сможем скрывать твою природу.

– Ты реально думаешь, что я как-то воскресил того парня? – у меня все еще в голове не укладывалось, что регенерация произошла на самом деле.

– Честно? Не знаю. На минуту подумала… Не знаю. Самый известный антимаг в истории, Янтарина Цорнская, действительно иногда воскрешала людей, – Полуночница смяла опустевший стаканчик, и несколько капелек кофе попали ей на кожу. – Вот я и подумала, может, ты тоже так можешь.

На приборной панели машины загорелась желтая лампочка, и на маленьком экране магнитолы появилась карта Владивостока. Карта крутанулась и увеличилась, и на здании краевой больницы замигала красная точка.

– Внимание всем постам, – проскрипел механический голос. – Внимание всем постам. Совершено нападение на карету скорой помощи, в которой был пострадавший с Енисейской, 7. Машину расстреляли, оба медика, водитель и пациент скончались на месте.