Оксана Токарева – Призраки Эхо (страница 96)

Среди рудокопов нормальную броню имели только единицы. Поэтому приходилось тратить драгоценные аккумуляторы на поддержание силового поля. Или укрываться за наспех собранными изо всякого хлама баррикадами, не выдерживавшими сравнение не только с земляными валами и стенами сольсуранских городов, но и с укреплениями кочевий варраров.

Впрочем, Синеглазу, пока шла перестрелка, выбирать не приходилось. Шварценберг мог сколько угодно зубоскалить по поводу хвоста и ушей, а от брони княжич сейчас бы не оказался. Тем более Эркюль рассказывал, что на планетах Альянса концерны по производству андроидов в пику корпорации «Панна Моти» с ее бесчеловечной программой «Универсальный солдат» пытались создать разумных химер, у которых искусственный интеллект помещали в тела тигроидов или других созданных людьми хищников. Проект, впрочем, не нашел одобрения, но экзоскелеты для мартышек Эркюль сумел в одной из лабораторий добыть.

При мысли об Обезьяньем боге и его товарищах у Синеглаза предательски сжалось сердце: если медузы доберутся до них раньше Брендана, смогут ли они выстоять? Впрочем, на бесполезные переживания времени не хватало. Для того, чтобы кого-то вывести с рудника, требовалось сначала отвоевать подъемник, а это представлялось задачей почти невыполнимой.

— Пока у них работает генератор защитного поля, нам не пройти, — объяснял ситуацию один из вожаков, участник боевых действий на Ванкувере.

— Нам бы сюда хорошего оператора хотя бы одного, — с тоской протянул Йохан Дален, видимо, вспоминая годы на борту патрульного корабля, когда от искусства мастера кодировки и взлома зависела жизнь экипажа и безопасность полета. — Или хотя бы эту горячую штучку, которая убежала к принцессе.

— На взлом системы даже с предварительной подготовкой требуется не менее суток, — вздохнул Шаман. — И по межсети с борта «Эсперансы» она не управляется.

— Можно попробовать пробраться на позицию охотников и вручную вывести генератор из строя, — предложил Ндиди.

На него глянули как на сумасшедшего.

— Вот сразу видно, парень, что ты мало того что штатский, так еще и пороху не нюхал, — снисходительно глянул на него боец с Ванкувера. — Это же система «Барракуда», которая превращает в гриль каждого, кто попробует приблизиться.

— И поэтому мы должны сразу сдаться, даже не предприняв попытки загнать эту хищницу в сеть? — обиделся Ндиди. — У нас нет времени на позиционную войну!

Синеглаз, который за последние недели успел неплохо изучить характер избранника принцессы, мог лишь поражаться происходящей с ним перемене. Во время поединков на арене, которые княжич видел не только глазами Савитри, но и несколько раз наблюдал по портативному головизору у одноклассников в лицее, Ндиди вел себя как опытный, но сломленный жизнью боец. Хотя княжич прекрасно понимал, что за этой покорностью стоит немалое мужество. Ндиди ежедневно поддавался, позволяя превратить свое тело в боксерскую грушу, лишь ради того, чтобы племянника не забрали органы опеки, а сестру не продали в бордель. Не просто так его имя переводилось как Терпение.

Сейчас же он словно сбросил невидимые оковы, пытаясь отомстить охотникам за все годы унижений и сражаясь с таким упорством, будто каждая пядь, отвоеванная на пути к злополучному подъемнику, приближала его к принцессе Савитри. И если во время перестрелок он еще хоть как-то, кажется, чисто инстинктивно, использовал укрытия, то, как только дело доходило до рукопашной, превращался в настоящего безумца, подобно воинам травяных лесов, одержимым одним из духов-прародителей. В сравнении с его напором меркла даже звериная ярость роу-су.

— Да что же он делает! — только стонала бедная Савитри, которая из своей золотой клетки наблюдала за возлюбленным. — Напомни ему, что у него нет в запасе девяти жизней. Да и у тебя тоже.

Синеглаз только усами повел. Напомни ему. Интересно — как? Начертить когтем на обшивке? И вообще, кому тут за кем поручили присматривать? Бедная Эйо, которая не только все видела, но и могла из убежища выйти на связь, даже не пыталась урезонить брата и лишь молча монтировала голограммы, переживая еще и за Брендана, который как раз добрался до нижнего рудника.

Княжич понимал тревогу Рукодельницы и махарани и разделял опасения боевых товарищей. Разумнее всего было бы дождаться Пабло Гарсиа или хотя бы Пэгги, которая благополучно обменялась информацией с принцессой и, проведя разведку, собиралась возвращаться. Однако горняки, заблокированные в шахте, ждать не могли. Да и протестующие прекрасно понимали: если охотники получат подкрепление, их выступление просто бесславно закончится, захлебнувшись в крови.

Рудокопы, конечно, отбили атаку, не позволив еще одной группировке прорваться на комбинат. А мародеров Хайнца, намеревавшихся пощипать честных торговцев и пожамкать горняцких женок, и вовсе рассеяли и частично разоружили. Но все понимали, что это временный перевес. Служба безопасности по-настоящему еще не разворачивала боевых действий, а только проводила разведку боем, поэтому именно сейчас требовалось воспользоваться временным перевесом и попробовать прорваться на комбинат.

— Ндиди прав, — поддержал молодого бойца Маркус Левенталь. — Если хотите добиться успеха, надо максимально использовать преимущество внезапности, которое у вас пока есть, и задействовать скрытые и неожиданные резервы.

— Но как обойти генераторы? — не сдавался ветеран Ванкувера.

Синеглаз понял намек и негромко зарычал, пытаясь обратить на себя внимание. Он, конечно, не знал, какая система охраняла покои царицы Серебряной. Но энергетические щиты изолятора и приюта он как-то обманул. Об этой способности гардемарина вовремя вспомнил Таран, который и подал идею конструктору.

— Использовать кошака? — не поверил ветеран Ванкувера, услышав озвученный Маркусом Левенталем совет. — Да вы сдурели!

— Сдурели, не сдурели, а его отец к власти и пришел, именно просочившись в облике тотемного предка через защитное поле, — подтвердил здравость безумной мысли Таран.

И вот уже Синеглаз, Ндиди и недоверчивый ветеран Ванкувера, которого звали Кевином, пробирались по грязным полутемным коридорам уровня мутантов, откуда тоже был выход к позициям охотников. Чтобы не очень светиться, Ндиди и Кевин поверх экзоскелетов накинули какое-то пестрое тряпье, позаимствованное в разгромленном заведении Хайнца, а Синеглаз старательно топорщил уши, неуклюже закидывал лапы и вообще всеми силами старался сойти в полутьме за крупную собаку, которые на этом уровне гуляли без присмотра, точно домашние мурлакотамы и козерги в его родном Царском граде.

Хотя возле выхода к руднику охотники поставили блокпост, охраняли его вполглаза. В основном следили, чтобы кто-то из подгулявших или обкуренных обитателей уровня невзначай не поджарился, со всей дури влетев в защитное поле. Атаки рудокопов с этой стороны точно не ждали.

Труся иноходью между Кевином и Ндиди, перебираясь из полутьмы в тень, Синеглаз невольно поражался, как беспечно и даже расслабленно ведут себя обитатели этого уровня. Несмотря на поздний час, многие продолжали сидеть в забегаловках. Тянули местную вонючую брагу, лапали девок, кидали кости, перетирали о том, что выступление апсарской танцовщицы влетело Хайнцу в копеечку, и поминутно делали ставки, насколько быстро охотникам на этот раз удастся скрутить в бараний рог «зарвавшихся уродов». О приказе профессора Нарайана отключить генераторы защитного поля и пустить в город медуз никто тут слыхом не слыхивал.

— Эй, мужики, прикурить не найдется? — вразвалочку приблизился к ближайшему из часовых Кевин, выставив вперед курительную палочку и спрятав под полой парализатор.

Трудно сказать, в каких войсках он прежде служил, но часового он обезвредил достаточно быстро. Ндиди удушающим приемом справился со вторым.

— Ну, давай, кошак, покажи, каким таким шаманством ты владеешь. Только шкуру не подпали.

Синеглаз не заставил себя долго упрашивать. Хотя система «Барракуда» и выглядела устрашающе, для древней сущности асура она на стала преградой. Интересно, а профессор Нарайан тоже может проходить сквозь защитные поля? Впрочем, асуры Альянса, заключая династические браки с людьми, в большинстве своем утратили способность принимать облик тотема.

Хотя проверять систему второй раз Синеглазу не очень хотелось, следовало как-то провести через нее Ндиди и Кевина, без помощи которых он сейчас все равно не смог бы справиться с генератором. Ндиди спокойно взял княжича за загривок и бестрепетно шагнул сквозь огненное кольцо, а Кевин, конечно, нервничал, причем настолько сильно, что сущности роу-су очень хотелось его укусить.

— Проходческий бур мне в задницу! — выплеснул накопившееся напряжение Кевин. — Как ты это, хвостатый, делаешь?

Синеглаз неопределенно кивнул. Даже если бы он мог сейчас изъясняться с помощью человеческой речи, все равно ничего не сумел бы растолковать. Природу их взаимодействия с изобретениями вестников не понимал даже отец. Что, впрочем, не помешало ему использовать древний дар для своих целей.

— Нет времени на рассуждения, — торопил Ндиди, осторожно оглядывая полутемный и обманчиво пустой коридор.

Конечно, специалисты, отвечавшие за работу генератора, не могли засечь их проникновение, да и камеры на этом участке находились под контролем операторов «Эсперансы», заблаговременно заменивших картинку зеркалом. Но Ндиди и Кевин не имели идентификационных номеров системы опознания, да и отсутствие связи с блокпостом не могло не насторожить. К счастью, охотники сейчас были слишком заняты, отражая очередную атаку рудокопов, ободренных новостями о том, что диверсионная группа первую часть своей миссии выполнила. Синеглаз слышал звуки выстрелов, боевые возгласы, стоны раненых. В затхлый, провонявший прогорклым маслом, пищевыми добавками, лекарствами и дурью коридор уровня мутантов медленно просачивался ядовитый дым. Ноздри роу-су будоражили запах крови и тяжелый дух человеческих нечистот.