Оксана Токарева – Молнии Великого Се (страница 74)

— Все как всегда! — скривился Иитиро. — Бюрократия погубит этот мир!

— Даже если эскадра Альянса по примеру Лики не воспользовалась коридором подпространства, на расстояние удара они выйдут уже через двенадцать часов, — мрачно констатировал Синдбад. — Так что наши имеют шанс застать, как и на Ванкувере, сплошные руины.

Птица почувствовала, что у нее темнеет в глазах и подкашиваются ноги. Она знала, что дела их плохи, но не представляла, что до такой степени. А она еще наивно полагала, что, добыв амриту, сумеет поторговаться с Альянсом. Возможно, золотую ветвь Прозерпины и разыскивал исчерпавший всю магию асуров и страшившийся настигшего его род проклятья князь Ниак. Змееносцы хотели получить или уничтожить Молнии. Похоже корабль, доступ к которому Олег и его товарищи никак не могли получить, стал для Сольсурана единственным шансом.

Из оцепенения ее вывел Вадик: потянул к себе, так что Птица едва не упала. Пока она пыталась докричаться до Олега, поклонник асуров производил какие-то не совсем понятные манипуляции с приборной панелью. Хотя Вадик, как все в экспедиции, проходил начальную программу пилотирования и изучения материальной части, от техники он был обычно весьма далек, и его нынешний интерес к оборудованию «бункера» выглядел чем-то из ряда вон выходящим.

— Я тут подумал, а что, если ангар открывается не снаружи, а изнутри? — помогая Птице удержать равновесие, почти виновато предположил он. — И все эти приборы, — Вадик выразительно взмахнул руками, — это пункт управления.

Птица рассеянно кивнула, борясь с искушением в порыве благодарности броситься коллеге на шею. Как она сразу не догадалась? Иначе к чему этот «бункер», скрытый в чреве Горного Кота.

Хватаясь за эту соломинку, Птица обратилась к меню сенсора. Конечно, во время подготовки к экспедиции она тоже проходила курсы и на экзамене рассказывала об устройстве разных типов кораблей. Но одно дело вытягивать билет или выбирать варианты для вопросов теста, а совсем другое найти нужную программу на компьютере, который простоял в травяном лесу две тысячи лет! А что, если строители храма как-то повредили подъемный механизм? Ведь во Дворце Владык знак Поднятой руки Олега узнал.

— Я п-ашел з-а д-ынамитам! — решительно направился в сторону вертолета Синдбад. — Даже предварительные замеры указывают на существование внизу пустот и весьма значительных!

Убоялась ли система угрозы подрыва или наконец поняла, чего от нее хотят два непроходимых гуманитария, но именно в этот момент она отыскала нужный файл. Плита, ведущая в подземелье заброшенного храма, ушла из-под ног искателей так неожиданно, что даже Олег с его феноменальной пилотской реакцией не сумел удержать равновесие и вместе с остальными кубарем покатился вниз по оканчивающейся, кажется, уже в ином мире крутой лестнице.

Включившиеся вместе с освещением камеры наблюдения показали несколько сотен каменных ступеней, разделенных небольшими площадками, на верхнюю из которых приземлились Олег с товарищами, и свод гигантской пещеры, превращенной когда-то в ангар. В глубине, загадочно поблескивая свернутыми зеркалами отражателей, похожий на древнего дракона, стоял надежно сокрытый от посторонних глаз, готовый к вылету корабль.

— Великий Се! — только и сумел вымолвить потрясенный Смерч, озираясь и потирая ушибы.

— Мама, д-арагая! Да тут н-э тольк к-арабль, арбитальную станцию спрятать можн! Это ж н-ас-таяший дв-арец! — по обыкновению бурно выразил свои чувства Синдбад, не замечая, что совсем расплющил своей тяжестью Иитиро.

— Встань с меня! — с убийственной вежливостью попросил тот.

Олег поднялся на ноги молча и, кажется, уже не замечая новых ссадин и синяков, продолжил спуск. Сначала он почти бежал, ближе к концу лестницы перешел на шаг. Последние несколько метров, отделявших его от корабля, он преодолел с таким трудом, словно все тяготы и мытарства последних дней разом навалились на него, навесив на ноги кандальные цепи. В когда-то таких лучистых, шальных зеленых глазах застыла одержимость, напополам со страхом. Бестрепетно вставший в одиночку против четырех дюжин наемников, сегодня он боялся, что корабль не захочет его признать. Тем более, Синдбад и другие, подоспевшие раньше, уже попробовали, и у них, как и следовало ожидать, ничего не получилось.

— Что с тобой, братишка? — участливо глянул на Олега Смерч.

— А-бэзболивающее еще вколоть? — нахмурился Синдбад.

Иитиро, который раньше других догадался, какие чувства обуревают наследника рода царей, сделал товарищам знак помолчать.

— Давай, Олежка! — изнывала у пульта управления Птица, готовая хоть на зенебоке, хоть бегом через травяной лес преодолеть эти два десятка километров, которые отделяли ее от любимого, ободрить, утешить, вселить уверенность.

И словно услышав ее, Олег расправил плечи, весь подобрался, точно витязь, готовый к схватке с неведомым стоглавым чудовищем, и шагнул вперед.

— Есть!

Когда мембрана входа при первом же прикосновении с легким щелчком прогнулась и лопнула, эмоции не сумел сдержать даже внешне невозмутимый Тигр.

— Не понимаю, каким образом у него это получилось? — шумно втянув в себя воздух, взъерошил шевелюру Вадик.

— Это корабль его отца! — вытирая слезы, пояснила Птица.

Олег поднялся на борт, чтобы еще раз получить от систем корабля допуск к работе и ввести данные друзей.

— Это что-то невероятное! — восторженно рокотал Синдбад, осматривая находившееся на борту вооружение. — Тут ударная мощь такой силы, что хватит не только на эскадру, на целую флотилию. Никогда ничего подобного не видел!

— Никто не видел, кроме моих родителей! — устало улыбнулся Олег. — И ракет ровно двенадцать штук, — добавил он. — Точно, как в Предании.

— Не пришлось бы одну из них использовать, чтобы выбраться отсюда! — проворчал Иитиро, осматривая свод.

— Может, попросить тех, кто нам вход открыл? — даже не представляя, как он близок к истине, предложил Смерч.

Птица и Вадик поняли его буквально. Похоже, за шлюзы пусковой шахты и в самом деле «отвечал» Горный кот. На этот раз они справились с поставленной задачей лихо, точно заправские диспетчеры международного космопорта.

— Начинаю отсчет! — занимая место первого пилота, ровным голосом скомандовал Олег.

— С кораблем совладаешь? — с тревогой глянул на него Синдбад.

— Одной левой! — убирая с панели отекшую, желтую от старых гематом, едва сросшуюся десницу, нашел в себе силы пошутить Олег. — Только бы Молнии себя оправдали.

— Куда они денутся! — хмыкнул Иитиро. — Главное, чтоб не накрыло откатом! Я, конечно, уважаю историю, но доживать свой век в эпоху самураев как-то не хотелось бы!

— Если Глеб, пока мы тут бились головой о камень, встретился со змееносцами и передал им сестер, я до него даже из каменного века дотянусь! — пообещал Олег, не подозревая, что его царевна и жена находится всего в четверти часа лета.

Птица уже даже не пыталась докричаться, все равно рев двигателей перекрыл все звуки, а экран наблюдения озарился ярчайшей вспышкой.

«В добрый путь, любимый! Да будут силы, созидающие миры, благосклонны к тебе. Сокруши беззаконных врагов, защити мир, который стал тебе дважды родным, и постарайся вернуться! Я буду ждать, в какие бы бездны пространства и времени ни закинули тебя Молнии Великого Се».

— Думаю, нам пора! — тронул ее за плечо Вадик, когда корабль сделался сияющей звездой на солнечном небосклоне. — Солнце уже в зените, а до Гарайи еще полсотни километров. Мы можем не успеть.

— Воспользуемся вертолетом, — указывая на голограмму оставленной возле входа в храм машины, предложила Птица.

Она и сама понимала, что корабль Олега уже слишком далеко, и чем скорее они с Вадиком доберутся до Гарайи, тем выше вероятность найти загадочный дар Сема-ии-Ргла. Даже в случае, если любимому с помощью Молний удастся в одиночку одолеть целую эскадру, вряд ли Альянс оставит планету в покое. К тому же помимо надежды исправить долю Олега, которую ему уготовили змееносцы и вмешавшиеся в естественный ход времени и последовательности событий Сема-ии-Ргла, обладание загадочной амритой давало ей шансы на еще один торг.

Она, конечно, хотела верить, что Лика, как и Олег, уцелеют в предстоящем жутком сражении, что любимому удастся освободить ее сестру и что Синеглаз не выкинет какой-нибудь мерзопакостный фокус. Но все-таки в предстоящей игре не стоило сбрасывать со счетов сокрытый где-то в заброшенных пещерах бесценный дар.

По поводу освобождения Лики у нее имелась, правда, еще одна надежда. Вместе с «царевнами» и Глебом из Гнезда Ветров пропал и Камень. Тигр печалился, что Могучий Утес мог просто погибнуть, оказавшись поблизости от корабля во время взлета. Однако Олег не исключал возможности того, что воин царя Афру последовал за «своей прекрасной госпожой» и проник на корабль. Конечно, возникший в воображении образ вояки в травяной рубахе, с видом знатока наводящего корабельное орудие, вызывал когнитивный диссонанс, но в последнее время слишком многое из происходящего на планете раздвигало привычные рамки и повергало в прах все теории. Камень во всех недавних событиях показал себя настоящим героем, во время сражения в Пустыне Гнева с ходу разобрался с пулеметом. Да и Синеглаз после своего неожиданного появления на площади Земляного Града в образе Роу-Су, еще ни разу их не подвел.