Оксана Токарева – Молнии Великого Се (страница 15)
По еще не остывшему пепелищу неприкаянно бродил одинокий погорелец. Если бы Камень не видел лицо Дикого Кота в постоянной копоти кузнечного горна, он бы нынче вряд ли признал его. Растрепанные волосы кузнеца были покрыты сажей, одежда кое-где прожжена, кожа на лице и руках взбугрилась от многочисленных ожогов.
Судя по выражению отчаяния на лице кузнеца и по уверенности, с которой он передвигался по пожарищу, отыскивая места, в которых в момент катастрофы могли находиться люди, Град вестников был для него чем-то большим, нежели жилище божественных посланцев. Могучему Утесу стало понятно, почему оружие, сработанное Диким Котом, не уступало клинкам, выкованным в надзвездном краю.
Похоже, кузнец, прибывший на пожарище раньше, пытался отыскать под обломками обрушенного купола обитателей Града или хотя бы то, что от них осталось. Частично его поиски увенчались успехом. Только радость подобные находки могли принести разве что князю Ниаку и его приспешникам: на земле среди хаоса искореженных конструкций лежали два обгоревших трупа.
Ветерок соскочил с зенебока, и они с Диким Котом обняли друг друга, как два близких человека, объединенных общим горем. Затем Ветерок обратил свое внимание к погибшим.
— Это чужаки, — успокоил его, если тут уместно было говорить о спокойствии, Дикий Кот.
Камень тоже пригляделся повнимательнее и узнал одного из наемников, уцелевших во время схватки в травяном лесу. Похоже, гнев Великого Се все-таки настиг его. К удивлению Могучего Утеса, солдат князя Ниака и его товарищ были одеты в травяные рубахи — неужто решили вспомнить былое родство. Правда, определить, к какому народу принадлежали погибшие, не представлялось возможным — огонь сожрал краски травяного узора, оставив только черный цвет, да и какой у бродяг наемников может быть род. Разве что пряжки поясов и форма обуви напоминали те, которые были в ходу у народов Земли и Урагана. С другой стороны, пояс, чай, не травяная рубаха, его можно и купить.
Могучий Утес хотел поделиться наблюдениями с Ветерком, но вовремя сообразил, что тому не до досужих домыслов, не обращая внимания на жар, он вместе с Диким Котом остервенело разгребал обгорелые обломки.
— Сколько человек было на станции? — спросил он, не отрываясь от работы.
— Семь, — отозвался Дикий Кот. — Анжела, как ты, наверное, знаешь, отправилась на внешнюю орбиту системы проверить, как работают спутники и не было ли за последнее время несанкционированного проникновения на планету, да Вадик куда-то завеялся со своими идеями. Зато Палий при мне вернулся с гнилых болот для очередного доклада.
— Еще и Палий! — хмуро проговорил Ураган. — Теперь варрары точно начнут нашествие! Только его авторитета хватало их сдерживать! Хорошо хоть, Лика с Вадиком уцелели!
— Лика звала Птицу и мальчика с собой…
Ветерок резко обернулся. В глазах его сверкнула безумная надежда.
Дикий Кот лишь покачал головой:
— Она ведь ждала твоего приезда… — стараясь не смотреть на него, вздохнул кузнец. — Мальчик тоже решил остаться с ней.
— Синеглаз ответит за все сполна! — устремив взгляд к горизонту, поклялся Ветерок.
Пытаясь дать хоть какой-то выход душившему его отчаянию и гневу, он вывернул из земли мешавшую продолжению поисков обугленную опору, над которой долго безуспешно трудился низкорослый кузнец, и отшвырнул далеко в травяной лес.
— Не в Синеглазе сейчас дело, — скорбно заметил Дикий Кот. — Совершенно непонятно, как они преодолели защиту станции! Даже Вим, при всей его безалаберности, не впустил бы княжича внутрь! Да это и невозможно было сделать вручную, не взломав сложнейшую систему кодировки!
— Ты хочешь сказать, что в распоряжении Альянса есть оборудование, позволяющее пробить защиту силового поля? И они в обход всех соглашений перебросили его на планету? — безо всякого интереса спросил Ветерок.
Дикий Кот покачал головой:
— Я хочу сказать, что на станцию вошел кто-то, кого считали своим!
— Или кто выглядел как свой и имел соответственные биометрические параметры?
— Боюсь, что так.
— Кто на станции контролировал биометрию?
— Анжела. Только она имела пароли к кодам доступа.
— Бред какой-то. — Ветерок энергично встряхнул головой. — Лика — агент Альянса? Придумай что-нибудь поинтереснее!
— Глеб говорил, что ей нравится Синеглаз, — с виноватым видом сказал Дикий Кот.
— И ты в это веришь? Да после того, как Лика его отвергла, Глеб готов приписать ей связь хоть с самим князем Ниаком!
— Она бывала во дворце вместе с царевной, княжич их хорошо принимал, устраивал в их честь всякие праздники и состязания, участвовал в них сам. Я понимаю, старался-то он ради Птицы, но кто знает, Анжела ведь тоже не обделена красотой, да и княжич, когда он в хорошем настроении, далеко не такой зануда, как Глеб, а тут еще это романтическое приключение на охоте!
Ветерок с безнадежным видом провел рукой по лицу, размазывая копоть и пыль:
— Какая теперь разница. Птицу и ребят все равно уже не воскресить!
— Они могут быть живы! — неожиданно сообщил Камень, во время разговора успевший бегло осмотреть окрестности и кое-что обнаружить. — То есть я хочу сказать, что наемники взяли пленных.
Он указал на то место, где во время побоища стояли зенебоки княжьих людей. Хотя наемники славились своей кровожадностью, они, оказывается, пришли в Град не затем, чтобы убивать. Несколько человек им удалось захватить живьем. Солдаты вязали посланцев крепкими веревками, точно голоштанных варраров или беглых рабов, и швыряли как попало на землю, чтобы потом навьючить на зенебоков и увезти в сторону Царского Града.
Ветерок решительным шагом направился к белому зенебоку.
— Они еще не успели достичь Града. У нас есть шанс их догнать!
Камень и Дикий Кот едва не силой его удержали:
— Мы не сумеем их отбить! — попытался урезонить товарища кузнец. — Здесь применяли лучевое оружие. Станция погибла не просто от огня.
— Это не имеет значения!
— Не имеет значения?! — Дикий Кот едва не взорвался. — Хочешь, чтобы они убили пленников? Их жизни и так висят на волоске!
— Птицу там ждет участь хуже, чем смерть!
— Царевны у наемников нет!
Могучий Утес почти по-настоящему на себя разозлился. Как он сразу не определил! На земле лежали шестеро мужчин. Даже если предположить, что девушку унесли на руках, на это остались бы какие-нибудь указания.
Ветерок обессилено опустился на землю и спрятал в колени лицо. Дикий Кот молча вернулся к поискам среди руин. Ветерок с безучастным видом стал ему помогать. Камень хотел к ним присоединиться, но молодой Ураган, глядя на него умоляющими глазами, попросил его еще раз осмотреть окрестности, и старый следопыт продолжил поиски.
Работа эта оказалась трудной и кропотливой: свора кавуков князя Ниака так основательно прошлась по гибнущему граду своими сапожищами, что только такой упрямец как Могучий Утес мог надеяться что-нибудь отыскать.
Окончательную путаницу в картину происшедшего вносило то, что к человеческим следам кое-где примешивались звериные, предположительно, горного кота роу-су. Этот-то, спрашивается, что здесь забыл? Впрочем, как позже пояснил Ветерок, охочие до любых знаний, вестники изучали и повадки диких животных. На станции имелся зверинец, в котором некоторое время содержался горный кот. В суматохе разгрома зверю удалось не только выбраться, но и отомстить пленившим его людям: оба наемника пали, похоже, жертвой именно его гнева.
Увлекшись на какое-то время кровавой драмой, Камень едва не упустил то, ради чего он собственно и предпринял поиски. Дикий Кот и Ветерок уже заканчивали свой скорбный труд, когда усталые, слезящиеся от напряжения глаза Могучего Утеса отыскали едва заметный след.
Он начинался совсем недалеко от того места, где хищник напал на солдат. Две пары босых ног стремительно бежали к реке, а за ними по пятам, грузно топая подбитыми гвоздями сапогами, то и дело сплевывая на землю жвачку, неслись стражники. Около реки следы беглецов обрывались. Судя по всему, они рискнули доверить свои жизни Фиолетовой. Стражники собирались последовать за ними, но, по-видимому, холодное купание показалось им будущим более страшным, чем не сулившая ничего хорошего встреча с князем Ниаком. Впрочем, как Камень помнил по прежним временам, большинство наемников, выходцев из глубины континента, не умели плавать.
Они какое-то время стояли над обрывом, лениво постреливая из луков и питая надежду, что беглецы выскочат на берег сами, затем, похоже, потеряв их из виду, вернулись к своим товарищам.
Прежде чем сообщить о своей находке Ветерку, Камень решил еще раз повнимательнее осмотреть следы беглецов. Один след, оставленный небольшой мозолистой ногой, привыкшей передвигаться босиком и в своей жизни еще не видавшей обуви, Могучий Утес сразу признал, вернее сказать, не успел забыть. Со времени удивительной находки в горах прошло всего две недели. Хорошо же починили парнишку добрые вестники, коли по прошествии такого короткого времени он уже показывает подобную прыть!
Что же касалось второго следа, то его и рассматривать не стоило. Вряд ли еще кто-нибудь кроме царевны имел такую маленькую и изящную ножку. Даже сейчас, как ему показалось, земля, где она пробежала, источала легкий и очень нежный аромат.
— Если они благополучно выбрались на тот берег, на что мне бы очень хотелось надеяться, — подытожил свои наблюдения Камень, — у нас есть шанс их отыскать.