Оксана Сибирь – Под стук колёс. Рассказы (страница 1)
Оксана Сибирь
Под стук колёс. Рассказы
Сердце.ру
Георгий Иванович охранял пустой пляж уже двенадцать лет. Посёлок Витязево под Анапой летом набит отдыхающими, а зимой вымирает — остаются только пенсионеры и он. Его пост — бетонная будка на дюне, откуда видно Чёрное море до горизонта. Работа простая: следить, чтобы никто не воровал лежаки и не разводил костры на запрещённых участках.
В апреле, когда море ещё холодное, а солнце уже жжёт, он получил первое сообщение на сайте «Сердце.ру».
«Здравствуйте. Меня зовут Тамара. Мне 48. Я живу во Владивостоке. Если вам скучно — не пишите. Если одиноки и не боитесь расстояний — давайте знакомиться».
Георгий усмехнулся. Владивосток — это другой часовой пояс, другой океан (море, поправил он себя), другая жизнь. Но в его профиле было фото у будки с жезлом, и она всё равно написала.
Он ответил: «Здравствуйте, Тамара. Мне 54. Я охраняю море. Живу в бытовке. Строю дом на берегу. Одиночества не боюсь — двенадцать лет практики. Георгий».
Она ответила через час: «Какое море вы охраняете?»
«Чёрное. У нас оно ласковое, даже когда злое».
«А у нас Японское. Суровое. Льды до мая. Наверное, мы с вами живём на разных морях, как на разных планетах».
Так началась переписка. Сначала короткая — погода, дела, самочувствие. Потом длинная — по вечерам, когда в посёлке гас свет и Георгий сидел в бытовке при керосиновой лампе (электричество часто отключали). Он писал ей о доме, который строил на скале — маленьком, из камня и коряг, с окном во всю стену, чтобы смотреть на закаты. Она писала о дочери, которая уехала в Китай, о муже, который умер семь лет назад от рака, и о том, как она боится снега, хотя живёт на Дальнем Востоке всю жизнь.
«Знаете, Георгий, — написала она однажды ночью, — я никогда не была на Чёрном море. Только на Балтике в молодости. Там вода была цвета стали. Говорят, Чёрное — тёплое и синее. Как небо после грозы. Это правда?»
Он не стал отвечать сразу. Вместо этого набрал в ведро морской воды, поднёс к лампе и сфотографировал на кнопочный телефон. Фото получилось мутным, размытым, но сквозь дрожащий кадр была видна синева — глубокая, почти чёрная у краёв.
«Смотрите, Тамара. Вот оно какое. Приезжайте — сами увидите».
Она прислала смайлик. И больше ничего.
Прошло три месяца. Они обменялись сотнями писем. Георгий рассказал ей, как зимой море выбрасывает на берег старые якоря, как он спас тонущего мальчика два года назад и как похоронил свою жену — тоже от рака, как и её муж, только десять лет назад. Тамара прислала ему аудиосообщение — первый раз он услышал её голос: низкий, чуть с хрипотцой, как если бы она курила, хотя говорила, что бросила.
«Георгий, — сказала она в конце записи. — А давайте встретимся?»
Он сидел на крыльце бытовки, смотрел на луну, которая отражалась в море, и чувствовал, как сердце стучит где-то в горле.
«Давайте. Только я не могу приехать. Сезон начинается, охрана нужна. Вы приезжайте сюда».
Долгое молчание. Два дня тишины. Георгий уже решил, что спугнул, что расстояние слишком велико даже для их писем. Но на третий день пришло сообщение:
«Я приеду. Но не сейчас. В августе, когда дочь вернётся. Я купила билеты. Анапа — Владивосток. Три перелёта, девять часов разницы. Георгий, я очень боюсь».
«Чего?» — спросил он.
«Что вы не такой, как в письмах».
«Я хуже, — написал он честно. — Я курю, иногда матерюсь, сплю в свитере и не люблю готовить. Но я построил для нас дом. Ну, почти построил. Стены есть, крыши нет. Крышу я закончу к вашему прилёту».
«Дурак», — написала она. И потом ещё одно сообщение: «Ждите».
Август на Чёрном море — это ад из людей, пробок и закатов, которые пахнут йодом и жареным миндалём. Георгий получил расчёт и уволился с охраны — впервые за двенадцать лет. Новый охранник, молодой парень из станицы, спросил: «Чё делать-то, дядь Гришь?». Георгий ответил: «Сиди и смотри на море. Оно само тебе всё расскажет».
Дом он достроил. Крышу накрыл шифером, вставил окно — то самое, во всю стену. Внутри поставил кровать, стол, две табуретки. На стене повесил её фото, которое она прислала: Тамара у моря, волосы развеваются, лицо смеётся. Фото было старое, с 2008 года, но Георгий смотрел на него каждый вечер и каждый раз улыбался.
В день её прилёта он начистил ботинки, побрился (впервые без станка — купил нормальную бритву) и поехал в аэропорт Анапы на попутке. В руках держал букет полевых цветов — других в Витязево не было.
Рейс задерживался на три часа. Он сидел в зоне прилёта, сжимал букет так, что стебли хрустели. В голове крутились все её письма, все фразы, все «Георгий, вы спите?» в два часа ночи.
И вот — объявили посадку. Поток людей. Он вглядывался в каждое лицо: женщины с детьми, бизнесмены с кейсами, студенты с рюкзаками.
Она вышла последней. Усталая, с огромной сумкой через плечо, в растянутом свитере и джинсах. Волосы — седые, не как на фото, а по-настоящему седые, но живые. Лицо — то самое, с мелкими морщинками у глаз.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.