Ушла искать тех лебедей лисица.
Нашла в лесу, в дупле сосны.
Задала трепку им, они взмолились
«Не убивай нас только —
За море полетишь?» – и в небо взмылись…
Ума нисколько
У той лисы, что, закусивши палку,
Меж птицами летела над водой.
И за морем на берегу зеваки
Вопросом задались между собой.
«Что надо ей, что это за игрушки
Понадобились? Вот ведь взяли моду!»
«Да двадцать семь всего лишь погремушек»,
– Открыла рот лиса и улетела в воду.
Как выбралась на берег и не помнит,
Но взглядом провожая лебедей,
Науку эту навсегда запомнит!
Назад уж не вернуться ей…
Камень за пазухой…
Улетают птицы из гнезда,
Эта истина общеизвестна.
Только не забудут никогда,
ДОма, что уже для них стал тесным.
Мать сорока, вырастив птенцов,
Обратилась со словами к ним однажды:
– Вот настала вам пора из сорванцов,
становиться взрослыми отважно.
И оставив сердцу милое гнездо,
Мать птенцов свела в другую рощу.
Показала как искать еду с водой,
но малые не хотят и ропщут:
– Как же хорошо было с тобой,
Ты нам червяков, мошку носила,
Никаких хлопот, пихала в рот…
– «Не ропщите, я же вас просила»
– Нас тут могут подстрелить из лука,
Может камень кинуть человек…
– Мне ведь тоже нелегка разлука,
Да и вы успеете набрать разбег.
– Ну а если камень, и за пазухой?
Как же увернуться нам тогда?
– Кто своим умом дошел до сказанного,
Спастись от смерти сможет он всегда!
Не держите вы камней за пазухой,
Ведь не в каждой птице разум есть,
Реагировать на вашу показуху,
И не всем дана «наука» – месть!»
Два барана и лиса
Повздорили однажды два барана
И не на шутку разошлись в честном бою.
Увидела лиса их утром рано,
Остановилась на беду свою.
Расправы жаждала барана над бараном,
Присела хитрая желая съесть мясца.
Но вот из них уж кровь полилась краном,
Не дождалась лисица славного конца.
Решила кровушки испить плутовка,
Что из бараньих рог закапала рекой,
И тут в бою произошла перестановка,
Лиса словчила раз, потом другой.
Не суждено ей было в третий раз напиться.
О жадности лишь знает человек!
Промеж баранами ей было раздавиться,
Так вот бесславно и окончила свой век.
Прикупив обновы, разодевшись чудно
