Оксана Шапеева – Легенды о фениксах (страница 15)

— Зачем тебе это? — почти безэмоционально пролепетала Ривенс.

— Что?

Даргайл нахмурился.

— Зачем тебе помогать? Мы тебе никто! Ещё и люди… Из другого мира… Какой смысл помогать нам?

Феникс прошёл к распахнутому окну и не отрываясь от полосы горизонта, произнёс:

— Гайра.

Его голос словно надломился пополам, и Авину накрыл мелкий озноб.

— Это…

— Моя сестра…

Ривенс будто с головой окунуло в чужую разбитую боль. Она никогда прежде не испытывала эмпатии такой силы к другим людям. Он молчал, но и без того было ясно, девочки нет в живых.

— Они с Лорой примерно одного возраста и очень похожи.

Феникс выдавал по фразе, а Авина боялась малейшим неверным движением нарушить порыв откровения. Казалось перед ней стоит совсем другой Даргайл, тот чья душа разбита и потеряна.

— Год назад её нашли запертую во второй ипостаси в бессознательном состоянии. Сначала она пыталась нападать, а потом просто упала замертво. Наша мать тогда совсем обезумела от горя. Всё говорила, что живьём сожжëт ублюдков, экспериментирующих на фениксах и требовала мести. А потом просто пропала.

Услышав это, Авине нестерпимо захотелось поддержать Даргайла. Через неё будто гигантскими насосами прокачали всю чужую горечь. И стало невыносимо тяжело и за Лору, и за Гайру, и за неизвестную ей фениксицу. Она сделала несколько робких шагов и прижалась к его горячей спине, не решаясь расспросить о матери.

Ещё с минуту они стояли неподвижно, а затем Даргайл резко развернулся и обвив руками девушку, с силой прижал к себе.

— Её звали Дармиса. — выдохнул он прямо в густые волосы Авины.

— Неужели любопытство написано у меня на лбу? — поинтересовалась Ривенс запрокидывая голову, чтобы вглядеться в зелень глаз.

— Нет, ачай. Просто я слышу твои мысли и считываю эмоции. — произнёс он с хрипотцой, подцепив рукой заострённый подбородок девушки.

И в этот миг её вновь окутали чужие сложные чувства: горечи потери, тягот долга по праву статуса, тревоги и непонимания, гнева на себя, решительности и… желания…

Глава 16. 2

И чем больше они стояли рядом, тем больше последнего становилось, вытесняя прочее.

— Что? — тихо выдохнула она, ощутив как стремительно теряет связь с реальностью в нахлынувших эмоциях. — Подобное у вас в порядке вещей?

Авина предприняла слабую попытку выпутаться из кокона рук, когда волна жара окатила с головы до ног.

— Нет, Хранительница. Так быть не должно. — произнёс Даргайл вдыхая запах волос у виска, а затем провёл носом по коже до ключицы, запустив руку в ворот жакета.

Последняя здравая мысль трепыхнулась и погасла в тот момент, когда Феникс очертил большим пальцем контур губ Авины, а затем грубо смял их своими, выбивая из лёгких самообладание. Вся копившаяся ранее боль в каждом из них в один момент переплавилась в нечто неизведанное и непонятное. Она вырвалась наружу выжигая сладкое томление внизу живота и ощущение нереальности происходящего. Ривенс тихо всхлипнула прямо в губы. А затем по лицу ударила прохлада, заставляя открыть глаза.

Даргайл стоял на расстоянии вытянутой руки и на золотой радужке его глаз плясало красное пламя. Он прикрыл глаза и запрокинул голову. Не сумев совладать с огнём, он скривился, и Авине тотчас же захотелось спрятаться, сбежать в никуда. Лишь бы не находиться в одном помещении, где её глупый разум отказывается работать.

«Какая же я дура!» — пронеслось в мыслях хранительницы.

Наследник обогнул её по дуге и в два шага оказался у выхода. Запоздало она вспомнила, что надо бы узнать о сестре и растеряно крикнула:

— Даргайл, а как же Лора?

— Она в магическом анабиозе и пока стабильна. За Хоршелем я послал. — сухо произнёс он не оборачиваясь.

Удар двери сбросил остатки тумана, открывая глубокую пустоту внутри. Ривенс обхватила себя руками и стояла так до тех пор, пока не почувствовала жжение в глазах и покалывание подушечек пальцев. Встряхнула волосами и на деревянных ногах побрела в покои сестры. Боковым зрением уловила в зеркале покрасневшие щëки и остановилась разглядеть весь внешний вид. Припухшие губы, расстëгнатый наполовину жакет и растрёпанные волосы может быть и вызвали бы новую искру самобичевания, если бы не глаза. Ривенс даже зажмурилась от неожиданности. Но потом всё же решилась поближе рассмотреть.

«Может привиделось?» — подумала она, распахивая ресницы.

Она подошла в плотную к зеркалу и вгляделась. Родной карий цвет сменился на тëмно-синий с сияющей окантовкой. Глаза снова защипало и пришлось бежать к умывальнику. Но оказавшись в ванной комнате Хранительница ощутила нестерпимое желание принять душ и успокоиться под струями воды.

Вода действительно успокоила не только глаза, но и всё тело. И в это раз зеркало показало только кареглазую брюнетку с мокрыми волосами и уставшим лицом. Зайдя к сестре и не увидев никаких изменений, Авина легла рядом едва касаясь её плеча.

Глава 17

Эту ночь старшая Ривенс спала беспокойно. Авине снилось пламя стекающее с её рук и охватывающее весь пол. Казалось вот-вот и оно доберётся до сестёр, но потом девушка вскакивала и приходила в себя. И так по кругу до тех пор, пока верхушки гор не облизнуло солнце.

Всё утро она не находила себе места. А Хоршель так и не приходил, как, собственно и Даргайл. Но если первого она ждала с нетерпением, надеясь, что он снова поможет, то вот со вторым оказалось сложнее. Авина никак не могла понять желает ли новой встречи с ним или наоборот сбежать в родную Таркалию и никогда больше не встречаться.

«И когда только я докатилась до этого? До этой беспомощности? Когда это такое случалось, чтобы Авина Ривенс зависила от других людей, не имея при этом и малейшего представления о выходе из сложной ситуации? Да, никогда! Что за рахт со мной происходит?» — подумала Хранительница, собираясь с силами, чтобы повернуть уду висевшую на стене. Но не успела она и пальцем пошевелить, как дверь разпахнулась, являя Правителя и Наследника во всём их величии.

— Ривенс, — пробасил Кориан. — Всё на много сложнее, чем мы думали.

— Что с Лорой? — неожиданно для себя Авина ощутила прилив энергии.

— Разве ты не объяснил…

— Объяснил, Отец! — чуть вспылив перебил Правителя сын.

— Ашмир, — старшая Ривенс склонила голову. — Мне обещали целителя. Но Хоршель так и не появился.

— Авина, — начал Даргайл. — Архимаг оказался предателем. Похоже, что он не пытался помочь, а сделал только хуже. А потом скрылся. Фоисы его ищут. И поверь, отец его накажет за злодеяния перед Марадеей.

— Хоршель, что? — опешила Хранительница. — Я же вам доверилась! И моя сестра она, что же теперь… — Авина плюхнулась на колени, обессилив. — И чем мы помешали? Ни богатства, ни власти… Ни чего…

— Ачай, — обратился Кориан. — Ты теперь Хранительница и, я полагаю, дело может быть в этом.

— Вы! — неожиданно вскочила Ривенс. — Вы ещё вчера пугали меня в причастности к тому, о чем я вообще представления не имею! Вы безосновательно приставили к нам с сестрой двух амбалов, боялись, что мы сбежим! А сейчас, как ни в чём не бывало заявляете, что один ваш архимаг захотел укокошить мою Лору и сбежал! У вас есть совесть, господин Кориан?

— Что он хотел… — протянул Правитель.

— Ашмир Кориан, — поправил Даргайл.

— Да, плевать я хотела, как у вас правильно! Моя малышка лежит полу куклой, а вы и представления не имеете, что с этим делать.

— Почему же не имеем? Есть один вариант. — произнёс старший феникс спокойным басом и бросил взгляд на сына.

И только сейчас Авина вспомнила о книге.

— А где этот ваш артефакт? — она бегло оглянула комнату. — Он что, её спёр? — она сделала шаг навстречу фениксам. — Он что, спёр любимую книгу моей сестры?

— Авина успокойся. — Даргайл подошёл протягивая руки и почти положив их на плечи, резко одёрнул. — Я перенёс её в наше хранилище, сразу по прибытию.

Глава 17. 2

— Я не хочу иметь ничего общего с вашими артефактами, фениксами, сходящими с ума и, тем более, быть под прицелом! — выпалила Ривенс и с этими словами прошествовала в общую гостиную, едва не задев плечами Правителя и Наследника.

Она прислонилась лбом к стеклу и прикрыла глаза, отдалённо отмечая, что сын и отец прошли за ней.

— Полагаю, ты до сих пор не понимаешь всей серьезности, ачай! — произнёс Кориан, опускаясь в кресло. — Признаюсь, после некоторых печальных событий я стал излишне резок и подозрителен. Но есть одна вещь, на которую мне стоило обратить внимание сразу.

Авина приоткрыла глаза, вслушиваясь в каждое слово.

— Присядь, девочка, я поведаю тебе о том, чем же является этот талмуд. — пробасил Правитель, указывая на место рядом с Даргайлом. — Так вот, — продолжил он, когда Ривенс наконец отлепилась от окна и выполнила просьбу. — Этот артефакт был создан известным мастером Анотармисом Гобши около девяноста лет назад. К сожалению, почти сразу после этого он скончался, и многое из того, что знал, унёс с собой. В частности то, кто же автор этих народных легенд, собранных столь внимательно под одну обложку. Его экспериментаторская деятельность до сих пор вызывает множество споров. Но сейчас не об этом. Этот талмуд он наделил возможностью вмещать в себя немыслимое количество магической энергии, концентрируя и запечатывая её внутри. Но это только на первый взгляд обычный мощный накопитель. На деле же вместе с остальными четырьмя артефактами он способен стереть с лица земли весь Пларион и даже Марадею, при желании.