— Спасибо. Как ты…
— Это логичный вопрос. Вам коня скоро мыть. Воды нет. — с ноткой раздражения отвечает парень, возвращаясь к своему коню.
Мне совершенно не нравится его грубый тон, но я предпочитаю промолчать и вернуться к работе. У парня явно день не задался.
Я заканчиваю с чисткой, начинаю намыливать коня и все чаще замечать косые взгляды Борво.
— В чем дело? Спрашивай, если хочешь что-то спросить, но не надо так на меня смотреть.
— Вы же близки с хозяином. — задает свой вопрос прямо в лоб.
Не ожидая такого вопроса, затягиваю с ответом.
— С чего ты взял? Нет конечно.
— Это был не вопрос. Вы простите меня за мою прямоту, но не умею я ходить вокруг да около. Я хочу попасть к Властителю на службу, но я не проходил обучение в боевой школе. У меня нет основ. Я лишь со стороны подглядывал за тренировками рябят.
— А чего ты хочешь от меня?
— Поговорите с хозяином! Я очень хочу ему служить!
От переполняющих парня эмоций он слегка даже повышает голос, и его конь начинает беспокойно топтаться на месте. Борво, замечая это, нервно оглядывается на ворота конюшни, ожидая, что оттуда сейчас выбежит конюх и снова начнет прочищать ему голову.
— А почему ты хочешь ему служить? Может он пошлет тебя на границу…
— Да хоть на край света! Он хорошо относится к своим людям, лучше, чем отец к сыну.
— Конюх твой отец? Кстати, как его зовут, а то он даже не представился.
— Агро Бир. Да, он мой отец. Так Вы поговорите с хозяином?
Мой взгляд скользит по юноше, пытаясь уловить хоть маленькое сходства отца с сыном. Юноша на голову выше отца и в два раза шире в плечах, но вот взгляд такой же упрямый, и это единственное, что похоже у этих двоих.
— Я не могу тебе что-либо обещать. Ты заблуждаешься по поводу моего положения в поместье, как и все остальные. Для начала расскажи мне, как вообще устроен отбор?
— Сначала боевая школа, в которой ты получаешь начальное образование и обучаешься боевым искусствам. Потом отбор в группу новобранцев и обучение три месяца. Затем распределяют. Ты служишь в поместье, патрулируешь города, села или тебя отправляют на границу. Но если очень повезет, войдешь в состав наемников Властителя.
***
Ближе к вечеру, закончив отмывать несколько десятков лошадей, прохожу мимо одного из закрытых стойл и слышу взволнованный храп коня. Слышу, как он пытается вырваться, ударяя денник копытами. Стоит мне подойти ближе, как меня отгоняет сын конюха.
— Конь буйный. — Борво справился со своими лошадьми раньше меня и теперь заканчивает подметать пол. — Новенький. Говорят, хозяин нашел его в океане. Он много врачей собрал, чтобы его поднять на ноги. Я видел его мельком, красивый.
— Как он выглядит?
Задаю вопрос и резко отдергиваю себя, понимая, насколько мои надежды глупы и нелепы.
— Вороной, крупный. Явно не восточная порода. Возможно, западная, но я не уверен, так как знаю о них лишь по рассказам отца.
Я лишь киваю в ответ, отдаю Борво инвентарь и возвращаюсь к себе, борясь с огромным соблазном вернуться и немедленно заглянуть в закрытое стойло.
***
— Просыпайся! — гнусавый голос стражника и ведро ледяной воды приводят меня в чувство, сковывая ледяными щупальцами и выдергивая из спасительного бессознания.
Я прикована цепями к стенам темной камеры. Мои руки болят от врезающихся в кожу кандалов. Пытаюсь подняться, но ноги обессиленно подкашиваются, колени больно бьются о каменный пол, руки и спину простреливает резкая боль.
— Говори, где остальные стихийники? — тот же самый стражник с гнусавым голосом задирает мне голову, хватая за волосы.
Из его рта ужасно смердит. Мне с трудом удается заглушить чувство тошноты.
— Не знаю…
Стражник отпускает волосы, и моя голова резко опускается вниз и бьется подбородком о грудь. Я чудом не прикусываю свой язык.
Звон хлыста. Спина начинает гореть огнем.
— Говори! — орет второй стражник, ударивший меня хлыстом сзади.
Продолжается это до тех пор, пока я не теряю сознание, и крики стражи, удары хлыста, холодная вода не перестают приводить меня в чувство.
Часть 3. Эйрин
— Наставница…
Странно слышать это обращение здесь. Может, все это сон? Нет. Точно не сон. Боль в спине и окружающая обстановка не дают забыть об этом. Если бы не знакомый голос, я бы не пыталась открыть глаза, предпочитая оставаться глухой и слепой ко всему происходящему вокруг.
Передо мной стоит парень. Довольно знакомые, резкие черты лица.
— Дей?
Я удивлена и очень рада встретить в этом темном прогнившем месте своего бывшего ученика. Хотя мне нелегко осознать, что он тоже находится в таком месте, как и я. Пусть даже и немного в другой роли. Он был в группе, которую не успел выпустить один из наставников, так как ушел на покой по причине плохого здоровья, и поэтому группу передали мне.
— Да, наставница. Это я. Как же так? Как Вы попались? — в его голосе я не слышу ни злобы, ни пренебрежения.
— Ты не в гневе зная, что я стихийница?
Я сама удивляюсь, услышав в своем голосе нотки иронии.
— Я знаю Вас как человека и не желаю Вам вреда.
Дей достает ключ и начинает снимать кандалы. Придерживает меня, помогая подняться и твердо стоять на ногах.
— Мои люди сегодня дежурят. Вы можете уйти. Никто не помешает Вам. Лошадь ждет.
— Тебя накажут. Может даже…
Я даже боюсь представить, что будет, если его отец узнает о том, что он помог стихийнице. На мои попытки напомнить Дею о нем, он лишь ускоряет шаг.
— Не думайте об этом. Меня не тронут. Я не последний человек в Западной Долине.
Родители Дея — крестные родители старшего сына Властителя Западной Долины. Сам Дей, как я слышала, стал командиром стражи Властителя Западной Долины. Но по его форме этого сейчас не скажешь. Она ничем не отличается от формы обычных стражников. Серая, неприметная, со вставками изумрудного цвета.
— Завтра приезжает младший сын Властителя. Вы бы погибли, не узнай я, что Вы здесь.
— Но стихийников сажаю в тюрьму… — едва слышно выдавливаю из себя, стараясь не отставать от Дея.
— Кто Вам это сказал? — с нескрываемым смехом в голосе говорит Дей. — Вне стен поместий Властителей Долин так все и думают. Правда верите, что Вас, наделенных такой мощью, оставляют в живых еще и собирают вместе? Пусть вам и блокируют силы, но это все равно опасно и глупо. Да и слишком затратно.
В его словах есть смысл…
Дей накидывает мне на плечи черный плащ, открывает неприметную дверь. И вот я уже вне стен тюрьмы, вдыхаю прохладный ночной воздух.
— Дальше Вы сами. Не волнуйтесь, мой конь не подведет и Вас не бросит. Уходите!
Юноша помогает мне забраться на вороного коня, бьет его по боку, заставляя его быстрее уносить меня прочь от этого места. Все происходит так стремительно, что я даже не успеваю поблагодарить Дея. Периодически я теряю сознание. Конь все скачет дальше от Горна — столицы Западной Долины. Сквозь сознание я слышу лай собак. Конь ускоряется. Мою пропажу обнаружили намного быстрее, чем я думала. Пару минут и я уже слышу крик стражи вперемешку с собачьим лаем. Нас догоняют.
Первые лучи солнца появляются на горизонте, а вокруг меня лишь небольшой лес и обрыв. Понимая, что мне не скрыться в лесу, полном редких деревьев, я резко тяну поводья в сторону обрыва и как только мы приближаемся, начинаю останавливать коня, но он меня не слушает. Миг и мы летим прямо в океан. Вместе.
***
Резко просыпаюсь посреди ночи в холодном поту. Тело пробивает мелкая дрожь и я плотнее укутываюсь в одеяло, стараясь согреться. В душе становится тошно от того, что мои кошмары снова возвращаются ко мне.
Видимо, мое подсознание намеренно напомнить мне все и не позволить расслабиться, пока не уничтожит все нервные клетки, сведя с ума.
— Лучше бы помогло мне вспомнить прошлое до появления в школе, а не все это. — высказываю свое негодование вслух, стараюсь отогнать подальше лезущие в голову мысли о прошлом и снова уснуть.
***
