Оксана Самсонова – Лезвие на воде (страница 3)

Пусть Хозяин Востока холоден и непонятно, что у него в голове, но я хоть немного чувствую себя в безопасности.

— Можно вопрос? — получив одобрительный кивок мужчины, продолжаю. — Сколько я была без сознания?

— Неделю. Доедайте и отправляйтесь в западное крыло поместья. На первом этаже расположена кухня.

Властитель Восточной Долины бросает белоснежную салфетку на стол, поднимается, заставляя ножки стула неприятно скрипеть, елозя по мрамору, и покидает террасу, так и не допив свой чай. Я остаюсь одна.

С окна я видела лишь малую часть сада, но отсюда открывается вид на большую часть территории поместья. Большую часть занимает сад с самой разнообразной растительностью: хвойные, кустарники, среди которых уже во всю цветет сирень, кусты с еще не распустившимися розами, пионами и множество других растений, названия которых я, к своему стыду, не знаю. По всему саду выложены дорожки из темно-серого кирпича, которые сопровождают лабиринты из живой изгороди. В разных частях сада установлены скамейки и беседки, увитые плющом и буквально сливающиеся с садом.

Поодаль расположены еще пара зданий, похожие на казармы. Всю территорию поместья окружает каменная стена, на которой безустанно дежурит стража.

От созерцания поместья меня отвлекает маленькая птичка с ярко красным оперением, опустившаяся на перила террасы. Маленькими скачками она приближается ближе ко мне и с интересом рассматривает содержимое столика. Отломив небольшой кусочек хлеба, я осторожно подхожу к перилам, не приближаясь близко к птице, чтобы не спугнуть. Но та, увидев угощение, быстро приближается и принимает его без страха из моих рук, словно домашний питомец из рук хозяина.

Смотря на то, как маленькая беспомощная птичка спокойно поедает неспеша хлеб, меня не покидает надежда на то, что и мне удастся также спокойно провести здесь какое-то время.

Могу ли я думать, что мне наконец-то повезло?

Если бы только не те убийцы, что напали на нашу школу, мне бы не пришлось использовать технику Аима. Но выбора у меня не было. В противном случае погибли бы мои ученики.

Теперь мои силы заблокированы. Как освободиться, я даже не представляю, зато точно знаю, что ничем хорошим для меня это не кончится. Сила будет скапливаться, и тогда она просто уничтожит меня изнутри. Разорвет на мелкие кусочки.

Успокаиваю себя мыслями о том, что меня здесь никто не знает и никто не пытается мне навредить раньше, чем это сделаю я сама. На территории Восточной Долины меня не тронут люди Южной. Тем более, если я буду среди людей Властителя Восточной Долины. Главное, чтобы теперь здесь никто не узнал, что я стихийница. Хотя благодаря Бренне об этом точно никто не узнает.

Я доедаю свой завтрак, чуть-ли не плачу от удовольствия, чувствуя, что не ела целую вечность, и отправляюсь на кухню.

Начинаем все заново…

***

Аромат свежего хлеба и жареного мяса не дает мне заблудиться в поместье, и я быстро нахожу просторную и светлую кухню. В центре стоит длинный стол, заставленный различными овощами и кастрюлями. Манящие меня ароматы исходят из множество печей и котелков, расположенных вдоль стен.

На кухне усердно работают три очень приветливые женщины средних лет: Линда, Мира и Дана. Невысокие, с мягкими чертами лица, очень похожие друг на друга. Позднее из разговоров я понимаю, что они родные сестры.

Мне поручают чистить очень много картошки, моркови и лука. В процессе готовки кухарки часто напевают веселые песни, напоминая о моей любви к музыке и заставляя тихо им подпевать.

Мы быстро находим общий язык: на их вопросы я отвечаю кратко, но зато прекрасно играю роль слушателя, которого так не хватало кухаркам, продолжающим щебетать без остановки. Женщины сочувственно качают головой на мои слова о том, что семьи у меня нет и что я росла в приюте. Теряют дар речи, когда я рассказываю о нападении разбойников. Но как только речь заходит о том, что меня спас хозяин поместья, кухарки расцветают на глазах.

— Он такой у нас душка. Просто словами не передать. — восторженно вздыхая, произносит Дана, продолжая замешивать тесто для будущих пирогов.

— А какой он мужчина: красавец, сильный. — с придыханием добавляет Линда, помешивая ароматный куриный суп.

Я лишь улыбаюсь в ответ на их слова. Об их хозяине у меня сложилось впечатление, что он хваткий, сильный, не буду скрывать, очень привлекательный мужчина. Но вот сказать, что он душка — не рискну.

— Только бы он почаще спал по ночам. В последнее время я все чаще вижу его прогуливающимся по саду поздней ночью. — печальным голосом произносит Мира, доставая горячие пироги с печи.

— А что с ним?

Неизвестно, сколько мне еще находиться здесь, пока я не найду способ избавиться от артефакта или пока сила меня не добьет. Нужно узнать побольше.

— Причины не знаем. Знаем только, что не спит. Уже что только ему не таскали, какое только снотворное не добавляли в еду. Все без толку. — с досадой отвечает Дана.

— Возможно, у него такой режим. Может, ему не нравится много спать? — сдержанно высказываю свое предположение.

— Нет, это не нормально. — глаза Миры сердито сверкают. — Нужно отдыхать, а не бродить ночами по саду.

Через пару дней моего дежурства на кухне женщины затрагивают тему захвата Данте Тиге власти в Восточной Долине, что и так было мне известно, но я услышала и кое-что новое. Властитель Тиге — троюродный племянник бывшего Властителя Восточной Долины Вогана Догерти. По слухам Данте и вся его семья таинственно исчезли. На самом деле они были убиты, а нынешнему Властителю чудом удалось выжить. Он вернулся и отомстил дяде, отобрав у него все.

От ужаса этой части истории тело пробирает мелкая дрожь. Мне страшно представить, что чувствовал Данте, через что ему пришлось пройти. Наверняка боль прошлого так и не отпустила. Несмотря на все пережитое, он дарит заботу и любовь своему народу. Ведь не зря кухарки с таким восхищением и трепетом говорят о своем хозяине.

Так же я узнаю, что у Властителя Тиге есть правая рука.

— Оберон очень приветливый юноша, но все равно какой-то странный. Сразу, как появился в поместье, стал правой рукой хозяина и руководить всей стражей в городах и селах, воинами на границе и даже наемниками для личной охраны и поручений хозяина. — обеспокоенно произносит Дана, заканчивая отмывать кастрюли.

Узнаю от кухарок, что Хозяин Восточной Долины прекрасно играет на скрипке, только делает это крайне редко.

Часть 2. Эйрин

— Наставница, я не могу! Мне не хватает сил в руках. Я стараюсь! — обессиленно произносит одна из учениц моей новой группы, бросая палку на землю.

— Сможешь, Айрис, пусть и не сразу. Не опускай руки. Подними палку и бей манекен дальше! — отвечаю строго.

Айрис лишь тоскливо стонет в ответ, но палку поднимает и продолжает тренировку. Остальные десять учеников усердно бьют палками манекен, набитый песком. Я медленно расхаживаю рядом с ними, время от времени комментируя и корректируя действия того или иного ученика. Тренировка проходит на заднем дворе школы, и я не сразу слышу шум, исходящий со стороны центральных ворот.

— Нападение! — в ужасе вскрикивает Иделла, со всех ног несясь к нам.

Она спотыкается и летит лицом вниз. Я еле успеваю ее подхватить. Все ее тело дрожит, одежда заляпана кровью. Я с облегчением выдыхаю понимая, что кровь не ее.

Нас окружают люди в черном. Лица их закрыты. Кровавые мечи обнажены.

— Всем встать на колени! Живо! — орет один из убийц.

— Медленно садитесь на землю… Не дергайтесь. — приказываю ученикам, стараюсь, чтобы мой голос звучал максимально спокойно, чтобы не пугать их еще больше.

— Наставница…они убили стражу… — робко шепчет Айрис, тихо плача, стоя на коленях позади меня, вместе с остальными.

Несколько человек забегают в здания школы. Слышится грохот мебели.

— Эй ты! На колени! — один из убийц обращается ко мне.

Я не реагирую на его слова. Наблюдаю за тем, как люди в черном, перевернувшие вверх дном наши классы и спальни, возвращаются и в отрицании качают головой. Встречаюсь с глазами полными жестокости и злобы.

Они не нашли то, что искали и готовы выместить всю злобу на нас.

Я медленно закрываю глаза и пытаюсь сосредоточиться. Глубокий вдох — выдох. Чувствую каждую капельку воды вокруг меня и кровь, текущую по венам людей в черном. Цепляюсь за нее и больно сжимаю кулаки, чувствуя резкий тошнотворный запах прогнившей крови.

Открываю глаза и вижу, как меч одного из убийц зависает в сантиметре от моей шеи. Вижу неподдельный ужас в его глазах, как и в глазах остальных убийц, что стоят передо мной и видят, как изменяется цвет моих глаз.

Незваные гости начинают кряхтеть, задыхаться, хвататься за горло. Их тела начинают выворачиваться в неестественные позы. В воздухе раздается хруст костей. Наконец убийцы падают и затихают.

Ученики в ужасе вздрагивают.

— Что это было?

— Они не поднимутся?

— Что произошло?

Гам среди учеников не утихает.

— Не поднимутся. Не бойтесь. Не знаю, что произошло, но старшие вернутся и во всем разберутся. — успокаиваю учеников и увожу их в разгромленные комнаты, подальше от тел.

С трудом сдерживаю волнение и страх, готовые накрыть меня с головой. Тело бьет мелкая дрожь. В голове ощущение пустоты и тумана. Боль в мышцах тянется по всему телу. Дышу глубоко и медленно, чтобы хоть немного прийти в себя, успокоиться.