Я собираю остатки энергии, приказываю льву остановиться и теряю сознание.
***
С самого утра мой день не задался. Сначала я проспала и, чтобы быстрее добраться до академии, решила срезать через полупустующие узкие улочки города. Результат моей спешки и беспечности — встреча с воришкой. Мальчишка налетел на меня из-за угла так стремительно, что я не успела увернуться. Мой мешочек с деньгами и воришка растворились в воздухе. Уверена, не без помощи стихии. Разумеется, я понимала, что в таких местах сложно не наткнуться на воров, но то, что я могла опоздать на экзамен, пугало меня куда больше, и само собой, я не стала тратить время на поимку мальчишки.
Я не опоздала и явилась на экзамен вовремя. Но едва мы начинаем, как нас прерывает заместитель директора и велит немедленно собраться всем в общем зале. Помимо моей группы в общем зале собираются все работники академии, ученики и даже их родители.
Среди толпы обеспокоенных лиц я встречаюсь с глазами мамы, полными тревоги и одновременно стального спокойствия. Она лишь слабо улыбается и, не отрывая от меня глаз, словно боится потерять в толпе, продолжает вслушиваться в разговоры окружающих. Мама отрывает от меня свой взгляд, лишь когда в зал входит директор академии в своей четырехцветной мантии. Насыщенно синий — океана, оранжево-желтый — пламя, светло-бежевый — воздух, нежно зеленый — растения и животные. Каждый этот цвет символизирует принадлежность к определенному дому стихии. Форма учеников также отличается по цвету. Я и мои соученики относимся к стихии воды, и наша форма — свободная рубашка, брюки и удлиненный камзол насыщенного синего цвета, но вот пояса у каждого из учеников академии одинаковые и состоят из тканей четырех цветов, как одежда директора, чтобы мы не забывали, что пусть мы и отличается друг от друга силами, мы все стихийники. Одна большая семья.
Среди учеников не утихает нервирующий шепот. Кто-то даже пытается разузнать у меня, знаю ли что-то о том, почему нас здесь собрали. Но все мое внимание обращено на директора, который проходит сквозь ряды и касается головы каждого ученика, и тех, на кого он указывает, уводят прочь. Доходят до Хиларии, стоящей среди учеников стихии земли. Директор касается белоснежной макушки подруги, спустя пару секунд кивает своему заместителю, и ее уводят.
Я ловлю задумчивый взгляд матери в надежде получить хоть какое-нибудь объяснение происходящему. Внутри нарастает чувство страха, что все это не к добру. Доходит очередь и до меня. От прикосновения директора меня передергивает, по коже пробегает стая мурашек. Чувствую чужое прикосновение к моим венам, моей крови. От пугающей догадки я резко открываю глаза. Только что директор использовал технику, что находится под строжайшим запретом. На мое удивление никто не обращает внимания. Директор снова кивает заместителю, и меня уводят прочь. Мне становится страшно. Я оборачиваюсь и вижу, что мама следует следом за мной.
Что же могло заставить директора использовать запрещенные знания и поставить свою репутацию под такой удар?
Лишь когда мы выходим к западным воротам, где уже ждет повозка, сопровождающие меня стражники отходят, позволяя маме подойти ко мне.
— Эйрин, девочка моя, ты только не бойся. — мама крепко сжимает меня в объятиях, а затем резко отстраняется, и я вижу в ее глазах с трудом скрываемый страх и застывшие слезы. — Слушай внимательно. Твоего дяди Властителя Стихий больше нет. Дело рук Агирика. Теперь те, кто могут бежать, бегут через барьер прочь отсюда. Но это могут не все. Ты можешь. Беги. Никому не говори о своей силе. Забудь о ней, и тогда будешь в безопасности!
Не успеваю я сказать маме и слова, как меня вырывают из ее рук и запихивают в повозку.
— Мне страшно. Куда нас везут? — Хилария испуганно прижимается ко мне, крепко сжимая мою руку.
Я не знаю, что ей ответить.
Все происходящее не укладывается у меня в голове. Только что я сдавала экзамен, а теперь меня и остальных посадили в повозку и везут прочь из родного дома. Слова мамы о дяде. Как такое возможно? В голове рой мыслей не затихает, и пока я пытаюсь совладать с ними, мы приближаемся к барьеру. Слышим топот копыт лошадей, догоняющих нас наемников. Мне удается рассмотреть зеленую форму. У одного из них в руках развивается флаг: дерево на сером фоне — символ Дома Земли. Символ Агирика.
«Переворот. Беги отсюда».
Люди Агирика начинают догонять нас. Резко дорога под нами начинает распадаться, лишая повозку колес, а затем нас окружают стены из плюща и земли. Аника разбивает стены, а Диктон берет на себя разбушевавшихся лошадей и останавливает повозку. Все ученики в панике разбегаются в разные стороны. Кто-то пытается сопротивляться и бороться. Мы с Хиларией бежим к барьеру.
***
На этот раз я просыпаюсь не в своей спальне. Комната просторнее и не в голубом оттенке, как моя, а в темно-синем и черном. Большие окна завешаны тяжелыми шторами. Вокруг царит полумрак.
Голова раскалывается. Перед глазами проносятся картинки последней ночи. То, как на нас бежит разъяренный зверь. Мой зверь.
— Нет… нет, нет, нет.
Я быстро вскакиваю с кровати, от чего голова идет кругом, но, пересилив боль, выбегаю в коридор.
— Данте! Данте!
Я продолжаю кричать и бежать по коридору, держась за стены. Перед глазами вспыхивают кровавые картины как зверь разделывается с ним. От слез я уже не вижу куда бегу.
Неужели я все-таки навредила ему?
— Властитель Восточной Долины! Хозяин Востока!! Данте Тиге!!!
Голос срывается. Слабость накатывает с новой силой. Осознание того, что мои страхи стали реальностью, выбивают из меня весь воздух. Я оступаюсь, но сильные руки не дают мне упасть.
— Как официально… — тихо произносит Данте с легкой улыбкой.
— Живой… живой. — произношу еле слышно, уткнувшись в его волосы.
— Конечно, живой. Куда я денусь. — спокойно отвечает Данте, глядя меня по голове, а затем поднимает на руки.
Я слышу, как сильно бьется его сердце. Чувствую сквозь тонкую ночную рубашку его сильные и горячие руки. Я ловлю взгляд черных глаз Данте, скольжу взглядом по его лицу, иссиня-черным волосам и понимаю, почему он так смотрел на меня все это время… Выжидающе.
— Данте?
— Прошу, только не говори, что у тебя снова проблемы с памятью. Я не выдержу…
— Нет…
Я не могу поверить. Но как…
— Эйрин, — Данте останавливается посреди коридора и смотрит на меня напряженным немигающим взглядом, затаив дыхание, — с какого момента ты помнишь меня?
Часть 10. Эйрин
С самого детства мне нравится гулять за барьером. Я не настолько глупа, чтобы кому-либо рассказывать об этом. Ведь это очень опасно. Если бы родители узнали о моих приключениях, то заперли бы в комнате.
Сегодняшний вечер не исключение.
Я направляюсь к своему излюбленному месту — небольшому водопаду в самой гуще леса. Но чем ближе я подхожу к водопаду, тем более отчетливее слышу чарующие звуки скрипки. А подойдя ближе, вижу и исполнителя. В свете яркой луны и звезд у воды стоит юноша. Смычком он слегка касается струн, и скрипка звучит легко и беззаботно. Когда мелодия заканчивается, юноша опускает скрипку и, постояв пару минут у водопада, разворачивается, чтобы уйти, но замечает меня в тени деревьев.
— Кто здесь? — произносит незнакомец со скользящей в голосе сталью.
— Я мелодию услышала. Решила задержаться и послушать подольше. Прости, если напугала.
— Не страшно. Так и будешь в тени деревьев стоять?
Я мешкаю. Сколько лет я прогуливаюсь здесь, но никогда не сталкивалась с людьми. Парень, не дожидаясь моего ответа, сам подходит и раздвигает ветки деревьев.
— Ну и чего прячешься? Я не кусаюсь. — отблески стали в его голосе исчезают, сменяясь дружественной улыбкой. — Меня зовут Данте. — представляется парень, приглашая жестом выйти из тени на ночной свет.
— Меня Эйрин.
— Откуда ты? Живешь неподалеку? — парень продолжает задавать свои вопросы, усевшись на один из валунов.
— Можно и так сказать. А ты? — отвечаю расплывчато, продолжая настороженно рассматривать нового знакомого.
— С родителями приехал в гости к старым друзьям.
— А откуда приехал?
— С Восточной Долины.
Мы болтаем всю ночь у водопада. Когда Данте узнает, что я не выезжала за пределы Западной Долины, то начинает рассказывать все, что видел сам, и в основном о Восточной Долине.
Данте интересуется, учусь ли я, но, боясь ляпнуть что-то не то и запутаться в собственном вранье, говорю, что не учусь. Живу с родителями, помогаю по хозяйству. Отец — фермер. Стандартная человеческая семья.
Парень рассказывает, что сейчас учится в Восточной Академии, а ранее закончил Школу Боевых Искусств Востока. Делится множеством смешных историй за школьные годы и приключениями в академии. Наш звонкий смех будит спящих птиц.
Время пролетает незаметно. Первые лучи солнца показываются на горизонте.
— Мне пора домой. — расстроившись, что время так беспощадно пролетело, я нехотя поднимаюсь.
— Да, мне тоже. — тяжело вздыхая произносит Данте, поднимаясь следом. — Сегодня возвращаемся домой.
Я медленно киваю головой. Мне жаль, что больше с ним у меня не получится встретиться. Хотя в глубине души я понимаю, что лучше так. Нехорошо стихийнице общаться с обычными человеком. К добру не приведет.
— Надеюсь, мы еще встретимся. Я приеду и найду тебя. Расскажу еще много интересного и даже привезу что-нибудь. — воодушевленным голосом обещает парень.
