Оксана Пелевина – Божество в камне (страница 43)

Восхищённая содержимым дома, Мадлен едва не забыла о цели своего визита. «Я пришла сюда, чтобы отыскать мешочек с песком. Но он может быть спрятан где угодно. С чего же мне начать?»

Взгляд девушки тут же упал на длинные книжные полки. Подойдя к ним, Мадлен принялась за поиски. Поднимая каждую из книг, девушка заглядывала в углубление за ней, а после возвращала книгу на место. Провозившись с полками около часа, Мадлен так и не обнаружила заветного мешочка. Зато ей на глаза попался медицинский трактат по борьбе с гангреной. Не удержавшись, девушка пробежала по нему глазами и даже успела запомнить основные методы лечения, описанные неизвестным автором.

На полках мешочка с песком не нашлось, и девушка вскоре переместила своё внимание на письменный стол.

Перед тем как изучить его содержимое, Мадлен обошла стол, с удовольствием касаясь ладонью деревянной поверхности. «Здесь дедушка наверняка проводил много времени. Сидел, склонившись над бумагами, и писал… Здесь и был написан его дневник. Я столько раз видела это место в своих видениях, что мне начинает казаться, будто сегодняшний день нереален. И я не нахожусь в доме Нострадамуса, а вновь вижу его в своей голове». Отбросив в сторону нелепые мысли, девушка всё-таки принялась за поиски песка. Она осмотрела все ящики, но так ничего и не обнаружила.

Тогда Мадлен заглянула в камин. Боясь перепачкаться в старой золе, фрейлина нагнулась и заглянула в дымоход. «Я знала людей, что хранили ценные вещи в каминах. Вдруг дедушка был из их числа?»

Но, как бы ни старалась Мадлен, как бы тщательно ни осматривала каждый камень внутри камина, ей так и не удалось обнаружить то, что она искала.

На то, чтобы обыскать дом предсказателя, ушло несколько часов. Завершив поиски, разочарованная и уставшая, Мадлен опустилась в кресло Нострадамуса. «Я потратила время впустую. Песка здесь нет, и, где его искать, я не знаю». Чтобы сосредоточиться и собраться с мыслями, девушка закрыла глаза и прикрыла лицо ладонями. Темнота ненадолго позволила расслабиться. Мадлен мысленно задавала себе вопросы и, рассуждая, старалась дать на них ответы.

Этот метод часто помогал ей найти решение сложных проблем.

Часто, но не сейчас. Вдруг Мадлен пришлось прислушаться. Не открывая глаз, девушка услышала тихие, почти невесомые шаги.

На мгновение ей показалось, что рядом с ней кто-то прошёл, заставив всколыхнуться рукав её платья. Распахнув глаза, Мадлен вскочила на ноги. между книжных полок мелькнула чья-то тень.

«Может быть, вернулся дядя Сезар? – с нарастающим в груди страхом подумала Мадлен, но тотчас отбросила эту мысль. – Он бы не был столь осторожным. А вдруг меня выследили гвардейцы Анри? Но тогда они ворвались бы сюда гурьбой и схватили меня…»

За полками раздался тихий старческий кашель. Чувствуя, как холодеют пальцы её рук, Мадлен медленно направилась вперёд. Обогнув один из шкафов, полностью заставленный книгами, она аккуратно заглянула за него. Где-то рядом вновь послышались шаги.

Мадлен обернулась, и… сердце её словно остановилось.

Человека, стоявшего перед ней, не должно было быть здесь. В нескольких шагах от неё прогуливался по своему кабинету Мишель Нострадамус. Вначале Мадлен подумала, что во всём виноват амулет: он вновь притянул к ней мертвеца. Но Мишель совсем не был похож на покойников, что приходили к девушке раньше. Он казался живым.

– Дедушка… – Голос Мадлен дрожал, но молчать она больше не могла. Услышав девушку, Нострадамус обернулся. Удивление отразилось на его лице.

– Я знаю тебя, дитя… – прошептал он. – Но как ты здесь оказалась… это невозможно… ты ещё не родилась…

Теперь пришло время удивляться Мадлен.

– Я родилась много лет назад, дедушка, тогда, когда тебя уже не стало. Сейчас 1889 год.

– Не может быть… – удивлённо прокашлял Мишель. – С другой стороны… отчего же. Два человека, ломающих границы времени, стоят в одной и той же комнате. И всё, что их разделяет, это пара десятков лет.

– Получается, мы просто раздвинули границы времени, соединив прошлое и будущее, – предположила фрейлина.

– Полагаю, что так.

– Невероятно… – трепетала Мадлен. – Я так часто видела тебя в своих видениях, но сейчас всё совсем по-другому. Это ты, правда ты.

– Скажи, дитя, ты прочла мой дневник?

– Да.

– Значит, Абраксас не отступил от своих планов, – грустно заметил Нострадамус.

– Он близок к тому, чтобы начать ритуал. А я не знаю, что мне делать. Ты видел так много, прошу, подскажи мне верный путь, – молила Мадлен.

Потупив взор, Мишель лишь покачал головой.

– Дитя, в своих записях я сказал тебе всё, что мог. Если я и нашёл способ победить Абраксаса, в моём времени этого ещё не произошло. Пока твоя дальнейшая судьба для меня туманна. Всё зависит от тебя.

– Зачем ты украл песок из часов Абраксаса?

– Песок – часть ритуала. Я полагал, что без него древний бог не сможет переступить порог нашего мира.

– Где ты спрятал его?

– Он всегда при мне. – Нострадамус похлопал себя по груди, там, где был спрятан в тайном кармане мешочек с песком.

– Но тебя уже давно нет в живых…

– Тогда, вероятно, я унёс его с собой в могилу.

Мадлен вздрогнула, понимая, что так просто ей не добраться до того, что она искала.

– Для чего тебе песок, дитя? – поинтересовался старик.

– Я… я хотела вернуть его Абраксасу в обмен на расторжение сделки.

– Хм… значит так ты решила…

– Если ты скажешь, что это неверное решение, я не стану этого делать.

– Я не могу сказать этого, дитя. Ты сама должна принять решение.

– Это сложно. Мне кажется, я иду в тумане.

– Все мы живём в тумане. Не забывай, люди по природе своей не должны знать своего будущего. Мы с тобой – исключения. Но это не значит, что нам проще. Видения лишь усиливают сомнения, путают и всё усложняют. Иногда стоит забыть об их существовании и поступать так, будто не имеешь ни малейшего представления о будущем.

– Дедушка… – Мадлен протянула руку, чтобы коснуться Мишеля, ей хотелось так многое у него спросить.

Но вдруг она вздрогнула, распахнула глаза и поняла, что всё ещё сидит возле камина.

– Что это было? Сон? – не понимала она. – Неужели я просто задремала… Но дедушка казался таким реальным… И наш разговор – он важен для меня.

Поднявшись на ноги, Мадлен в последний раз окинула взглядом дом Нострадамуса.

– Как бы я ни хотела остаться здесь, мне пора собираться в обратный путь. Если песок Абраксаса действительно хранится в могиле Нострадамуса, я не стану доставать его. Тревожить кости родного человека для меня неприемлемо.

Уже выходя из дома, Мадлен решила, что не может покинуть Салон, напоследок вновь не заглянув в склеп Нострадамуса.

Уже подходя к могиле предсказателя, девушка почувствовала, что что-то не так.

«У входа чьи-то следы, – с тревогой заметила фрейлина. – Когда я уходила отсюда, их не было. Кто мог прийти сюда, кроме меня?»

Войдя в склеп, Мадлен застыла на месте. Сердце девушки рухнуло в пятки, когда она увидела, что стряслось. В каменной стене, что ещё несколько часов назад была целой, зияла дыра. Вглядываясь в темноту, можно было различить белые кости предсказателя. Руками зажав себе рот, чтобы сдержать крик, Мадлен в ужасе оглядывалась по сторонам.

– Кто мог такое сотворить? Это неправильно, это преступно! – закричала Мадлен. «Кто-то вломился сюда сразу после меня. Но кому пришло в голову осквернять могилу Нострадамуса?! А главное, зачем? Ведь там не было ни золота, ни драгоценностей, лишь…»

Мадлен осеклась, только сейчас осознав, что на самом деле произошло. «…Там был лишь мешочек с песком… кто-то узнал о нём раньше меня».

Сделав пару шагов в сторону отверстия в стене, Мадлен услышала у входа в склеп топот тяжёлых шагов. Обернувшись, она увидела на пороге гвардейцев Анри.

– Вам пора возвращаться в Лувр, мадемуазель, – произнёс страж.

– Это сделали вы? Как вы посмели? Неужели для вас нет ничего святого? Вы потревожили мертвеца!

– Мы забрали то, что вор унёс с собой. Мёртвым всё равно ничего не нужно. Поторапливайтесь, мадемуазель, король уже ждёт вас.

Не сильно церемонясь, один из гвардейцев грубо схватил девушку за локоть и потащил к карете. Уходя, Мадлен оглядывалась на разрушенную могилу. «Ты этого не заслужил… как они могли… как посмели».

На её глазах заблестели слёзы, но парой взмахов ресниц она стёрла их, чтобы не расплакаться прямо в карете.

Дорога до Парижа показалась девушке вечностью. Меньше всего на свете ей сейчас хотелось вновь входить в стены королевского дворца.

Но вот карета подъехала к крыльцу Лувра. Гвардейцы распахнули перед девушкой двери и помогли выбраться наружу. Опустив голову, Мадлен поднялась по ступеням, желая скорее спрятаться за дверями своих покоев. Но дорогу ей преградил Пьетро.

– Его Величество приказал доставить тебя к нему, как только ты появишься в замке.

Понимая, что не может отказаться, девушка обречённо последовала за Пьетро.

Войдя в тронный зал, Мадлен увидела Анри. Подле него уже стояли гвардейцы, что сопровождали девушку в её путешествии. Один из них, вынув из-за пазухи холщовый мешочек, поклонившись, протянул его королю.

– Благодарю вас за службу. – Подкинув мешочек в руке, Наваррский довольно улыбнулся.