Оксана Панкеева – Шепот Темного Прошлого (страница 3)

Нет, положительно не складывается сегодня гадание! Что бы могла означать Паутина? Блокирует насмерть любое летающее создание. Толкований может быть около десятка. Начиная с того, что встрече что-то будет препятствовать, и заканчивая возможным заговором, причем в любом варианте, подходящем под определение…

– Мэтр! Где вы? Они уже прибыли! – В коридоре послышались размашистые торопливые шаги короля, и придворный маг понял, что закончить гадание сегодня не удастся. Его величество не соизволит ждать знакомства с драконом лишних пять минут. Да и стоило ли вообще раскладывать карты, если они все равно ничего не прояснили, а только добавили сомнений?

Может быть, этой колодой и вовсе не стоит гадать? Ведь никто не гарантирует, что великовозрастные ученики не нашарили ее как-нибудь в столе у наставника и не сыграли партию-другую в «Битву магов»…

Глава 1

Ибо на нас, чародеях, лежит ответственность за судьбы мира!

Лондра всегда славилась мерзким климатом, и зарубежные гости этого славного королевства часто и дружно кляли «паскудную лондрийскую погоду» в целом и все ее проявления по отдельности. Даже сейчас, в начале лета, там было холодно и, как обычно, сыро. Более того, шел дождь. Стекла, мерно звеневшие под ровной дробью ливня, гулко вздрагивали при каждом раскате грома, и даже сквозь тяжелые шторы было видно, как вспыхивают в темном небе молнии. Словом, стояла обычная «паскудная лондрийская погода», и в сравнении с обстановкой снаружи комната, в которой горел камин и мягко светились магические шары, казалась особенно уютной. Вероятно, именно поэтому все собравшиеся дружно молчали, словно боясь своими разговорами спугнуть это тихое ощущение тепла и уюта.

Хозяйка, изящная молодая женщина с идеально, волосок к волоску, уложенной прической и в строгом черном платье, на котором отсутствовало даже такое скромное украшение, как белый воротничок, взглянула на часы и все-таки нарушила тишину.

– Это просто неприлично. Господа, как долго мы еще должны ждать?

– Ну да, – весело хмыкнул разбитной четверть-эльф весьма легкомысленного вида и цапнул со стола тарелку с печеньем. – Даже я уже пришел, а их все нет! Приятно сознавать, что я не самый безалаберный в этой компании, как вы все пытаетесь меня уверить.

– Я уже смирилась с тем, что Силантий никогда не приходит вовремя, – продолжала дама, не обращая на него внимания. – Он вообще немного не от мира сего. Но за Истраном такого до сих пор не водилось.

– Вот именно, – низким, чуть глуховатым голосом отозвался могучий седой кентавр. – Перестань, Морриган. Ты же знаешь, Истран человек обязательный, и, если он опаздывает, наверняка у него есть на то очень уважительная причина.

– А может, он и вовсе не придет? – коварно предположил четверть-эльф, между делом принимаясь жонглировать тремя печеньями. – Вдруг там и в самом деле что-то нечисто и он… скажем так, побоится разборок?

– Думай, что говоришь, Ален! – возмущенно тряхнул гривой кентавр. – Как ты мог предположить, что Истран на такое способен? Да он порядочней тебя в дюжину раз!

– И прекрати играть с едой, – добавила Морриган флегматичным тоном старой прожженной училки, которая перевидала на своем веку всякого и которую не удивишь никакой детской шалостью.

– Всякое бывает, – ничуть не смутился Ален, однако печенье подбрасывать перестал и принялся его просто грызть. – Ты же знаешь, как он всегда трясется над своими воспитанниками, а тут такое горе… Мог и умом тронуться. А безумный маг, сами знаете… Ему законы не писаны, ни человеческие, ни высшие. И чем вам не причина? А, Джоана? Ты чего молчишь?

Уже знакомая нам мэтресса Джоана отставила бокал и пожала плечами:

– Спор беспредметный и бесцельный. Толку от твоих предположений? Придет коллега Истран, сами у него и спросите и посмотрите заодно, в своем ли он уме и правду ли он говорит. А строить гипотезы, не имея никаких фактов, глупое занятие. К тому же я не настолько хорошо его знаю. А с его королем вообще ни разу не общалась лично, только издали видела. Вот Хирон знает лучше, почему бы ему пока не поделиться с нами впечатлениями, тем более что он виделся с его величеством на днях?

– Да, – согласился кентавр. – И могу вас заверить, что упомянутый король совершенно доподлинно жив.

– Ты это на глаз определил? – уточнила Морриган.

– Обижаешь. Я его как следует прощупал. Или ты думаешь, что раз я не балуюсь потихоньку некромантией, пользуясь своим служебным положением, как это делаешь ты, то я уже не в состоянии отличить живого человека от зомби?

– Перестань так шутить, – не моргнув глазом холодно ответила красавица. – А то молодежь может принять это за правду. А как насчет возможной подмены?

– Не берусь утверждать точно, но мне кажется, тоже полная чушь. Я, конечно, не настолько хорошо знаю Шеллара Третьего, чтобы сразу определить, но сомневаюсь, что такого уникального господина вообще возможно кем-либо подменить. А что говорит по этому поводу твой король, Морриган? Они ведь знают друг друга с детства, и, если бы что-то было не так, Элвис бы сразу заметил.

– Элвис тоже утверждает, что все слухи – полная чушь. Однако причину своих умозаключений прячет за вежливой улыбкой и не говорит даже мне. Джоана, и думать забудь.

– А что я такого подумала?

– На твоей хищной физиономии ясно написано, что ты подумала. «Вот бы кого пошмонать!» Так вот, и не мечтай. Сканировать королей тебе никто не позволит.

– На свою физиономию посмотри, – не осталась в долгу Джоана. – Добродетельная ты наша.

Морриган демонстративно достала зеркальце, полюбовалась на себя и сообщила:

– Мне нравится то, что я вижу. А тебе, детка, зеркало доставляет массу разочарования, потому ты и ехидничаешь. Тебе просто завидно, что ты впятеро моложе меня, а выглядишь как сорокалетняя тетка.

– Дамы, дамы! – рассмеялся Ален. – Вы равно прекрасны, и незачем ссориться из-за ерунды. Может, пока коллеги опаздывают, мы на полчасика уединимся? А Хирон пока покараулит…

– Охальник! – возмущенно топнула туфелькой Джоана. А Морриган, поджав губы, изрекла:

– Чем за юбками бегать, лучше бы за своим королем присматривал. Вырастил позорище…

– Ну вот… – недовольно поморщился охальник. – Как только у вас кончаются аргументы, меня тут же начинают тыкать носом в моего короля. Разве я виноват, что он такой получился? У всех бывают ошибки, и у всех бывают неудачные воспитанники. Вы Кендара вспомните, агрессора неугомонного, которого даже Истран не всегда мог удержать. И, между прочим, если бы моего короля не долбали так за его нестандартную сексуальную ориентацию, он, может, и пил бы меньше.

– А если бы он вел себя подобающе и хотя бы соблюдал видимость приличия, никто и не высказывал бы ему упреков столь открыто. За подобное, с позволения сказать, воспитание, вернее, отсутствие такового тебя вообще следовало бы выгнать с треском, как Павлину.

– Да прям уж, – обиделся Ален. – Так уж и с треском. Никто бы и Павлину не выгнал, если бы она не полезла в бутылку и не затеяла драку. Вздрючили бы как следует и оставили, хотя и стервозная она была баба.

– Это потому, что тебе не давала? – съязвила Джоана. – И что, когда ее поменяли на Силантия, дела пошли лучше?

– Лучше, – серьезно сказал Хирон. – Павлина была никудышным воспитателем. Хотя как маг она была специалистом высочайшей квалификации, доверять детей капризной женщине с неуравновешенным характером нельзя, я это говорил и раньше. Она и ста лет не провела при дворе Поморья, а взгляните на результаты. Своевольный, вздорный Зиновий, сварливая и злобная Лисавета, безмолвный затворник Пафнутий, который прячется от жизни среди своих кошек…

– Да перестань, – беззаботно махнул рукой Ален. – Павлина, конечно, была еще та стерва, но не так уж все трагично, как ты говоришь. Зиновий хотя и вспыльчивый, но не злой, а если бы его батюшка не женился на мистралийке, то, может, он и поспокойнее был бы. А Пафнутий очень даже славный парень, не особо разговорчивый, но добрый и мудрый. Ну о Лисавете я молчу, таких вообще надо либо топить в младенчестве, либо выдавать замуж в двенадцать, и желательно за варвара…

– Ты хочешь сказать, что я неправ?

– Нет, ты прав, только немного преувеличиваешь. У всех есть недостатки. У Павлины были свои, у Силантия свои, и к ним надо просто относиться терпимее.

– Извини, но в таком деле, как воспитание правителей, некоторые «недостатки» воспитателя могут вылиться в катастрофу глобального масштаба. А Силантий… Хотя он и забывает обо всем на свете, когда речь идет о драконах, и имеет свойство в таких случаях пренебрегать своими обязанностями, он все же несравненно порядочней, чем покойная Павлина. И мальчики у него воспитываются как подобает, в отличие от некоторых.

– Я и вижу, – усмехнулся Ален. – Принц Василий уже тоже слегка свихнулся на драконах, подобно своему наставнику.

– Зато он не таскает в постель мальчишек и не пьет, как матрос, – оборвала его Морриган.

– Господа, – устало попросил Хирон, – давайте лучше помолчим.

– А вот и опоздавшие! – обрадовался Ален, указывая на телепорт. – Как думаете кто? Спорим, Силантий?

– Проспорил, – недовольно бросил мэтр Истран, окидывая взором собравшихся. – Этой своей манерой спорить о чем попало ты напоминаешь мне нашего шута. И разгильдяй такой же. Прошу прощения, господа, я опоздал. Силантий задержится еще минут на десять.