Оксана Окуловская – Проводник. Тень и туман (страница 17)

– Да-да, если хочешь, пойдём сегодня.

– А как твоя рана? Не беспокоит тебя?

– Какая рана? Я уже забыл про неё.

– Давай, посмотрю.

– Нет-нет, не надо. Там всё хорошо, – отстранившись, выпалил он, вспомнив прошлую перевязку.

– Как хочешь.

Солнце сегодня не щадило никого, даже устойчивая к подобным погодным явлениям шелковица опустила свои подвявшие листочки. Поэтому отправиться к старой мельнице получилось только ближе к пяти вечера. Раненную собаку путешественникам пришлось оставить дома. Путь пролегал вдоль железнодорожного переезда, через пшеничное поле, в центре которого лежало небольшое озеро с огромной и старой плакучей ивой. Перейдя оживлённую трассу, они были почти на месте. Вся дорога заняла не более получаса. В подлеске, рядом с большим дубом, стояла покосившаяся деревянная мельница. Двери были наглухо заколочены, а одно крыло явно отреставрировано – косо и негармонично, но обновлено. Дорога к мельнице была расчищена, а это означало, что место пользуется спросом.

– И ты не знала о существовании этого сооружения? – спросил Лизу Женя, стоя напротив деревянной высотки.

– Я слышала, но так и не добралась. Здесь проходит трасса, поэтому никто не пускал меня сюда.

– Я помню, мы ходили на озеро пешком, которое в пятнадцати километрах от нас, шли как раз по трассе; было жарко, долго, но оно того стоило.

– Серьёзно? И родители отпускали?

– Они, думаешь, знали?

– А, хорошо, что с вами ничего не случилось.

– Об этом никто не думал. Пойдём туда, там должен быть пруд.

Они прошли дальше в лес по тропе, где стоял водоём с небольшим пирсом, окружённый длинными камышами. Они сели на пирс и опустили ноги в воду. Под действием прохлады жар начал постепенно спадать, и наконец пришло расслабление.

– Тут тоже неплохо, – произнесла девушка.

– Раньше было лучше и больше.

– Да? Это он так высох?

– Скорее всего. А говорят, что ничего не меняется. Меняется, только либо в хорошую сторону, либо наоборот, – уныло сказал он.

– Можно спросить? – робко спросила она.

– Можно.

– Я всё хотела узнать, чем ты занимаешься, но как-то не было случая.

– Ааа, это…

– Знаю только, что ты рисуешь.

– Ну да, можно и так сказать. Сначала занимался живописью, создавал инсталляции, а потом открыл галерею с другом. Вот теперь я работаю тем, кто продаёт чужие работы.

– А что случилось?

– Мне надоело, я понял, что хочу заниматься чем-то другим, – с завидным спокойствием ответил он.

– Поняла… – тихо ответила Лиза. – А где сама галерея? В каком городе?

– Нижний Новгород.

– Почему там?

– А почему нет? Не всегда творческие пространства – города-столицы. Есть даже куча деревень, которые творчески развиты.

– Наша деревня творчески развита? – улыбаясь, спросила она.

– Хех, смотря как на это посмотреть, – ответил он.

– Тогда буду думать, что когда я выхожу с огорода, с ног до головы покрыта плотным слоем творчества, – рассмеялась девушка.

– Ну ты и придумала, – улыбнулся он.

– Ладно-ладно, я просто пошутила.

Они сидели молча, вглядываясь в глубь воды. Веяло спасительной прохладой и беззаботностью.

– Я, кстати, была в Нижнем весной, – вдруг произнесла Лиза.

– Правда?

– Ага. Я хотела пройтись по Чкаловской лестнице и увидеть Кремль, но всю неделю лил дождь, и мы с подругой увидели только башенку с часами и весёлую козу, и то только потому, что шли в кафе.

– О, не повезло.

– Это да, так ещё в одной из кафешек стукнулась лбом об одного дурака, синяк потом неделю сходил.

– А где ты умудрилась врезаться в дурака, говоришь? – уточнял он.

– В кафе.

– В каком? В центре?

– Ну да, там на стенах висели картины с какими-то символами, а официант, когда рассчитывал, принёс стакан с рунами. Этот стакан нужно было потрясти и кинуть на стол руны. Если бы попались какие-то определённые, то мы бы оплатили пятьдесят процентов от чека.

– И как? Получилось?

– Неа. Да и вывеска тоже с каким-то символом была. Ещё так странно мигала.

Женя сидел смирно, пытаясь проанализировать, что сейчас рассказала ему Лиза. А после недолгих логических операций, пришёл к тому, что имя этого дурака, о котором говорила Лиза, – Евгений. Он пытался подавить смех, но тот неистово накатывал.

– Ты чего? Подавился?

– Похоже на то. Так, ладно, мы засиделись, пора домой, – выплеснул Женя, отворачиваясь от девушки.

Домой они вернулись, когда появились первые светлячки, а на столбах уже мелькал свет.

– Надеюсь, в следующий раз ты расскажешь о себе, – улыбаясь, сказал Женя.

– Возможно, – с ухмылкой ответила Лиза.

– До скорой встречи.

– До скорой, – сказала Лиза и, отвернувшись, двинулась в направлении к дому.

А Женя всё думал о том случае в кафе, где из всех гостей того заведения, ему пришлось встретиться лбом именно с Лизой.

– Невероятно! – воскликнул он и закрыл калитку.

Из входной двери уже торчала морда собаки. Женя подошёл к псу и потрепал его за уши, а он ответил ему тихим скулением.

Глава 14. Семейный раритет.

На следующий день Жене позвонил Миша и попросил помочь с заливкой фундамента для беседки. Он не мог отказать в просьбе друга, поэтому быстро собрался и поехал, прихватив с собой собачонку. Почти весь день они с Мишей и Сергеичем занимались беседкой, иногда подкармливая игривого щенка, который постоянно вился вокруг их ног. А вечером Маша накрыла на стол и позвала всех помощников трапезничать. Стол ломился от угощений: там была и жареная рыба, и курица в кляре, и котлеты с рагу, и овощи, и фрукты – всё как на большой праздник.

– Вот это ты наготовила, Маня! – подметил хозяйственность Сергеич.

– Для дорогих гостей ничего не жалко, – ответила она.

Вся компания села отмечать конец рабочего дня, когда вдруг появился ещё один гость. Пришла Аня в обтягивающем синем платье, которое явно надевалось по особому случаю. Женя поперхнулся котлетой, увидев её праздничный образ.

– Всем привет! Маша, у вас тут гулянка? – спросила она.