Оксана Октябрьская – Объект: попаданка. Поцеловать, присвоить, жениться (страница 16)

Трясущимися руками я достала плащ и кожаный кошель, набитый монетами. Мне совсем не понравилась такая предосторожность. Если Двэйн, несмотря на обычную уверенность в себе, отдаёт такие распоряжения, то дело плохо.

— Господин Готфри, — мой голос дрогнул, — насколько всё плохо?

— Плохо, — коротко ответил призрак таким тоном, что у меня волосы на голове зашевелились. — Граф отличный фехтовальщик, лучший на острове, и, как мне показалось, он сильно не в себе, а безумие придаёт сил, но надо верить в лучшее, госпожа. Поторопимся.

Я бежала по коридорам вслед за секретарём, по пути застёгивая плащ мага, который был мне велик и тащился по полу тяжёлым, коротким шлейфом. Сердце гулко стучало в такт шагам по каменным плитам.

На улице давно стемнело, а серп луны почти не давал света, потому что холодный ветер, дувший с моря, гнал по небу густые облака.

— Там! — Готфри указал на небольшой пятачок на берегу, освещённый факелами, воткнутыми в землю.

Я разглядела две фигуры. Высокого и мощного виконта и тощего, сутулого, лысого, претендента на моё бренное тело. Ну уж нет! Лучше Туманный лес с монстрами!

Маги стояли друг напротив друга, все звуки заглушал рокот моря и шелест ветра, и казалось, я смотрю немое кино.

— Почему Двэйн со шпагой? Где его магический хлыст? — я поняла, что именно было не так.

— На Сокории принято проводить поединки чести, не прибегая к магии, госпожа.

Нам остаётся надеяться, что отцовские уроки хозяин не забыл...

У меня сердце трепыхнулось, замерло и куда-то провалилось, дышать стало нечем, а соперники скрестили клинки.

Битва была яростной. Граф теснил виконта, но тот был шустрее и сильнее физически, он уворачивался, изматывал противника, делал резкие выпады, неожиданно атаковал, и всё же, невозможно было предугадать, кто победит. Любое неверное движение могло стоить жизни.

Я до боли вцепилась в каменную стену, неотрывно следя за схваткой. Маги кружили, их движения становились всё яростнее, и казалось, этому танцу смерти не будет конца.

Вдруг мелькнула красноватая вспышка! Виконт вздрогнул, резко отвернувшись, а граф сделал молниеносный выпад. Двэйн схватился за бок!

— Ублюдок ослепил Форли! — взревел секретарь. — Использование магии запрещено!

Несколько слуг, стоявших на стене с нами, согласно загудели, но меня волновало только одно — виконт ранен! Сейтон покачивался, двигался медленнее, и я понимала, что дело плохо.

— Надо что-то сделать! Если он нарушил правила, то… — Нельзя вмешиваться в поединок чести, — мрачно ответил Готфри. — Только смерть или признание поражения могут его остановить.

Граф снова атаковал, Двэйн увернулся, но пошатнулся и упал на колено, новая атака свалила его на землю, но виконт яростно отбивался, а у меня всё заледенело внутри.

И тут из моря выскочил сияющий снаряд!

— Морт! — заорала я во всё горло! А осьминог врезался прямо в лицо графа, облепив голову щупальцами. — Вот тебе, подонок! — снова завопила я, надежда ожила, и не напрасно.

Виконт рывком поднялся и несколькими выпадами ранил графа, барахтающегося в объятиях нашего болтливого мини-кракена. Я была уверена, что Мортик с ним ещё и общается, а это испытание не для слабонервных!

Наконец, граф оторвал от лица осьминога, но Двэйн сшиб врага на землю подсечкой, и приставил шпагу к горлу, откинув подальше оружие, которое соперник обронил.

Я кинулась вниз, крикнув слугам, чтобы бежали за мной. Виконт ранен, ему будет нужна помощь.

Мы успели вовремя.

— Будь ты проклят, щенок! — прорычал столичный фехтовальщик. — Признаю поражение. Но я всем расскажу о твоей твари из моря. Все узнают, что ты не знаешь чести.

— А как насчёт магической вспышки, которой вы ослепили виконта, а? — вперёд вышел Спенс. - Мы все это видели. И слуги, и призраки, и невеста нашего господина.

— И след вашей магии есть на моей одежде и волосах. Я сейчас же закупорю сюртук в магический сосуд, чтобы сохранить след вашей «чести», — процедил Двэйн. — Никто не смеет очернять мой род и имя. Дерзнёте сделать это, и я камня на камне не оставлю от вашей репутации. А проклятьем меня не напугать. Я уже проклят, как и вы, Ваше сиятельство.

Соперники долго испепеляли друг друга взглядами, но граф всё же сжал медальон на груди и ушёл порталом. Наши люди закричали, поздравляя хозяина с победой, но Двэйн вдруг стал оседать, и я увидела, как с пальцев мага капает кровь.

Ночь была бессонной! Сначала слуги, кто хоть что-то понимал во врачевании, занимались обработкой раны, потом из города пришёл лекарь-маг, а я слонялась по спальне, совершенно бесполезная. Во-первых, мне становилось дурно от вида крови, во-вторых, я понятия не имела, что делать с такой раной.

Двэйн выглядел осунувшимся и бледным, лоб покрывала испарина, и у меня сердце замирало от страха.

— Госпожа, ваш жених поправится, не переживайте так, — лекарь подошёл, когда я стояла у окна, глядя в одну точку. — Рана не смертельная, и слуги хорошо её обработали.

Вот тут я бросила благодарный взгляд на Спенса, который оказался ярым дуэлянтом и отлично знал, как быть при таком ранении. Морт и повар, хоть и ненавидели друг друга, сработали вместе отлично! Без них я уже стала бы добычей выродка-графа, а Двэйн бы погиб.

— Спасибо, что пришли так быстро, — я сжала руку старика. — Как скоро виконт будет в порядке?

И что мне делать? Давать какие-то лекарства? А перевязки?

— Вам нужно в первую очередь успокоиться, госпожа. На вас лица нет от тревоги. Я уже рассказал повару, какие отвары делать, как давать их раненому. И сам буду приходить ежедневно, так что о перевязках не волнуйтесь. Вы можете разве что морально поддержать жениха. Не стоит недооценивать силу женской ласки, заботы и любви. Думаю, виконту Форли это поможет гораздо больше моих мазей, —улыбнулся маг. — Вот, выпейте этот настой, и ложитесь спать. Наш раненый тоже проспит до утра, призрачный секретарь побудет у его постели, а вам необходим отдых. Быть рядом с больным человеком трудно, это отнимает много сил. А зная, какими невыносимыми больными бывают деятельные люди, у которых есть цель и дело незавершённое, могу вам только пожелать терпения, — старик с осуждением поджал губы, глянув на спящего Двэйна. — Не позволяйте ему вставать минимум дней шесть! Не будет слушаться, зовите меня.

Мы простились, лекарь ушёл, и слуги отправились спать, а я, поцеловав виконта в щёку, погладила кудрявые волосы.

— Поправляйся скорее, — прошептала ему в ухо и ненадолго прижалась лбом к виску. — Спасибо, что не отдал меня...

На глаза навернулись слёзы, и я ушла, оставив Готфри нести вахту. Лекарь был прав, силы мне понадобятся, а их не осталось. На кухне Спенс ещё гремел кастрюлями. Я поймала его за руку и заглянула в лицо:

— Спасибо! Вы спасли моего... жениха. Если бы не вы с Мортом... — тут уже выдержка мне изменила, я расплакалась, а повар, раскрыв медвежьи объятья, обнял меня, и утешал, покачивая, как ребёнка.

— Полно, госпожа. Всё будет хорошо. Ну, подрались мужики, бывает. Как без драк-то? Я по молодости через день в поединках участвовал, горяч был бычок, это сейчас размяк. А сражения закаляют дух. Не плачьте... Поправится хозяин, поборется ещё со своим кораблём... — он усадил меня на табурет и налил воды. —Вот, пейте, что вам там лекарь дал, и идите отдыхать. Утром приготовлю вам что-нибудь вкусненькое...

— Спенс, — перебила я, — а можно мне самой виконту завтрак сделать? Просто хочу...

— Позаботиться, — сентиментально протянул гигант и расплылся в грустной, щербатой улыбке. — Конечно, госпожа! И господину будет приятно. Эх, романтика...

— повар выглядел растроганным, но вдруг спохватился: — А что готовить хотите?

Надо же продукты проверить. Всё ли есть у нас?

— Блинчики сделаю с зеленью и сыром.

— Говорите, что нужно. А потом рецепт запишу. Можно? - я кивнула, и Спенс, этот фанат кулинарного искусства, счастливо улыбнулся.

На блинчики нашлось всё, правда, из зелени был только лук, но это не страшно. Я решила ещё ветчинки тонкой соломкой порезать и добавить в тесто, это будет вкусно. Пирату должно понравиться.

Уже засыпая, я отчётливо поняла, что иллюзии испарились. Домой путь закрыт, а значит, Двэйн — лучшее, что могло со мной случиться в этом чёртовом мире. Да, любви между нами нет, но тянуть с браком, который всё равно неизбежен, когда вокруг шастают всякие лысые графья и прочие агрессивные шизики, было глупо.

Только опасности подвергаю и себя, и Двэйна своим упрямством. В голове всё разложилось по полочкам, и только сердце ныло, не желая соглашаться на брак без любви. Не о таком рассудочном замужестве я мечтала...

— Завтрак изумительный! — блаженно закатил глаза Двэйн, дожёвывая последний блинчик. — Ты только зашла, я сразу понял, съем всё! Запах сказочный был.

— Рада, что тебе понравилось, — я сидела на краю кровати и наблюдала за ним с улыбкой.

Выглядел маг уже гораздо лучше, хотя голос ещё был слабоват.

— Испугалась вчера? — он отдал мне тарелку и откинулся на подушки, скривившись от боли.

— А сам как думаешь? Мало было этого лысого претендента, так ещё ты дыркой в боку обзавёлся!

А если бы не Морт, так и погиб бы! Видала я в гробу такую вашу честь, знаешь ли! Какой дурак такую дикость придумал? - во мне снова закипело возмущение.

— Мужчина не может отказаться от вызова, иначе это уже не мужчина.