Оксана Недельская – История моего попаданства (страница 9)

– Брайд выставил двух часовых, – проинформировала нас поуспокоившаяся Сали, – но они уже уснули.

И мы стали тихонько выбираться с разбойничьей стоянки. Я шла впереди и уже добралась до края поляны, когда послышался громкий шорох. Обернувшись увидела, что Миру схватил Луан, а Сали – Вихо. Девочки молча отбивались, ибо поднимать крик было не в наших интересах.

– Попались, шлюхи? – прорычал Вихо, – я не бессловесная овца, чтобы сожрать такое оскорбление. Отдерём вас обеих и грохнем, а тебя, тварь, живьём закопаем, – обратился он ко мне, – Его я тоже когда-нибудь похороню, никто не может безнаказанно оскорблять Вихо, – добавил лысый боров, явно имея в виду Брайда.

Я не успела среагировать и только тихо ахнула, когда сзади на головы праздновавших победу разбойников по очереди опустилась тяжёлая дубина. Оба рухнули, как подкошенные. Мира и Сали расступились, и вперёд вышел мужчина лет тридцати пяти, одетый в охотничий костюм. Он не принадлежал к разбойничьей шайке – за сутки совместного путешествия я выучила всех в лицо.

Серьёзный, почти угрюмый, небритый, с блестящими карими глазами, всклокоченными волосами невнятного тёмного цвета и единственной, но глубокой морщиной между бровей. Он смотрел только на меня, и от этого прямого взгляда внутри всё буквально перевернулось. Появилось ощущение, будто мы давным-давно знакомы.

– Ну здравствуй, Вита-Страшила, – тихо произнёс он. Мне показалось, что этот глубокий голос я тоже когда-то слышала, – давай знакомиться. Я тот, кого ты знаешь под именем Пират.

Девочки, будто сговорившись, всплеснули руками, а я впала в ступор.

– Тот самый Пират? Ты оборотень? Но… как? Куда ты пропал? Как освободился? Кто снял с тебя цепь? Почему решил вернуться? – вопросы посыпались, словно мелкий сухой горох, – И вообще, сначала докажи, что ты Пират.

– Нужно скорее уходить. Эти двое уже не очнутся, но могут проснуться другие, – заметил мужчина, подавая руку.

Но я не двинулась с места.

Незнакомец покачал головой и вдруг улыбнулся, широкая улыбка преобразила его лицо до неузнаваемости – теперь он казался симпатичным и производил очень приятное впечатление.

– Ты ела завтраки из моей миски. Я защищал тебя от пьяного Валтасара. При мне даже Гран остерегалась махать поварёшкой.

Неужели и впрямь Пират?

– Надо идти, потом всё объясню, – мужчина подал руку второй раз, и я приняла её.

Мы уже углубились в лес, когда я что-то почувствовала и обернулась – возле трупов Вихо и Луана стоял Брайд и смотрел на меня. Значит, эльф всё видел! Почему же не остановил нас?

***

От стоянки разбойников удалялись с приличной скоростью – Пират шёл впереди, показывая дорогу, мы следом за ним. Лишь один раз я спросила, куда он нас ведёт.

– В безопасное место, – был короткий ответ.

Нэди уже села, и воцарилась предутренняя темнота, но мужчина не сбавлял темп. Иногда он оборачивался, и его глаза ярко вспыхивали в лесной тьме удивительным потусторонним светом.

– У оборотней глаза светятся? – шёпотом спросила Миру.

– Они неплохо видят в темноте, но о светящихся глазах никогда не слышала, – так же тихо ответила девушка.

Так оборотень он или нет? Лучше бы нет – больше шансов, что новоявленный спутник не окажется извращенцем или садистом. Жестокий обман мальчика сильно пошатнул во мне доверие к людям и нелюдям. К тому же, этот человек вполне мог узнать информацию обо мне у Дыма или у кого-нибудь ещё из семейки Гран. Сомнения вновь расцвели пышным цветом…

Природа лишь способствовала подобному настроению, потому что сошёл предутренний туман, и в его дымке лес походил на антураж для леденящего душу триллера.

Уже вовсю светило солнце, когда Пират, наконец, привёл нас к уютной пещере. За несколько часов мы отмахали больше пятнадцати километров и уже едва держались на ногах, потому что ходьба по лесу – это совсем не то, что по тротуару в городе, где такие расстояния я проходила легко и с радостью.

Никто из нас не увидел вход в пещеру, можно было сто раз пройти мимо и не догадаться, что здесь спряталось уютное жилище. Внутри было сухо и тепло. Пират зажёг факел, который тускло осветил небольшое пространство: очаг для костра да ворох пожухлых листев и еловых лап у левой стены.

– Что это? – поинтересовалась Мира.

– Перевалочный пункт. Отдохнёте, и пойдём дальше.

– Как тебя зовут, спаситель? – улыбаясь, спросила Сали.

Похоже, она вполне отошла от несостоявшейся любви с Брайдом и была готова к новым подвигам.

– Фаррел, – ответил мужчина и тут же добавил, – поспите, а потом поговорим. Ложитесь здесь, я покараулю.

И, не дожидаясь ответа, вышел.

Девочки тут же завернулись в украденные у разбойников плащи и отключились, а я, несмотря на дикую усталость, никак не могла заснуть. Лежала, лежала, а потом всё же встала и тихонько вышла из пещеры. У входа обнаружился Фаррел.

– Я ждал тебя, – тут же поднялся он, – нам лучше поговорить наедине. Прогуляемся?

Будто мало гуляли…

– Хорошо.

Мы дошли до истока ручейка, который с жизнерадостным журчаньем спешил сквозь лесные дебри по своим важным делам. Фаррел снял куртку и, уложив её на живописный валун, предложил присесть. Такое внимание умилило чуть ли не до слёз.

– Спасибо, – поблагодарила с чувством, – обо мне очень давно никто не заботился. Скажи правду, ты оборотень или нет? Если нет, то как стал собакой? Что вообще с тобой произошло? Знаешь, а ведь я тебе не верю, – честно призналась, беззастенчиво рассматривая бывшего Пирата.

Фаррел улыбнулся.

– Немудрено. Нет, я не оборотень. Я маг.

– Что же тогда дубиной-то треснул Вихо и Луана? – усмехнулась я.

– Резервы не успели наполниться, слишком много времени провёл в блокираторе. Я попал в плен по глупости и неосторожности, ошейник был не только блокиратором, он удерживал меня в состоянии животного. Но подобные ошейники требуют регулярной силовой подзарядки, а рассчитать, на сколько хватит его воздействия, довольно-таки сложно. В моём случае он работал в двойном режиме, к тому же, чем больше резерв мага, тем быстрее разряжается блокиратор. Те, кто его заряжал, не имели представления о моих возможностях. Так что, энергия закончилась значительно раньше, чем они рассчитывали.

– А кто это сделал?

– Неважно. У Гран и Валтасара я находился временно. Они понятия не имели о том, что я не собака, но честно содержали, согласно сделанному заказу.

– Прямо как на передержке, – пробормотала я.

– Что?

– Ничего. Говорю, удивительно, что они честно выполняли чьи-то распоряжения.

– Ничего удивительного. Гран и Валтасар понимали, что с теми людьми шутки плохи, вот и всё. Просто заботились о своей шкуре.

– А ты-то зачем нужен тем таинственным людям?

– Они хотят, чтобы я согласился работать на них.

– Странный способ заставить работать на себя, – заметила я, – неэффективный. Большинство согласятся на что угодно, если их запереть в какой-нибудь холодной яме без еды и воды.

– А ты добрая! – рассмеялся Фаррел; у него оказался очень приятный смех, – этот метод воздействия, понимаешь ли, они уже испробовали. Я долго жил в темнице на голодном пайке, но даже в блокираторе магии моё тело без подпитки способно существовать не один месяц. Я был на грани смерти, но всё равно не согласился помогать, и тогда они решили наказать меня существованием в теле собаки. С полностью опустошённым магическим резервом я был собакой почти три года.

Я не совсем понимала логику людей, о которых говорил маг, но в этом мире мои логические выводы частенько оказывались ошибочными, так что, наверно, всё нормально. Может, у них тут вообще наши силлогистические умозаключения не работают?

– А что именно ты должен сделать для этих людей?

– Неважно.

– Кажется, ты это уже говорил, – пробормотала я, стараясь скрыть недовольство.

Получилось плохо, потому что Фаррел опять рассмеялся:

– Прости, но и я тебе не совсем доверяю. Может быть, ты – их ловушка.

– Зачем тогда помогал?

– А если ты честный человек, а я бы тебя бросил? – хитро улыбаясь, спросил мужчина.

– Прочитал бы мои мысли, да и всё. Или не умеешь? Или для этого магия нужна, которой у тебя не было? – довольно-таки ехидно поинтересовалась я. И сама себе удивилась – неужто так задело его недоверие?

– Умею, и магия для этого не нужна, – спокойно ответил Фаррел, с каким-то новым интересом изучая меня, – это дар от рождения, но самый бесполезный из всех.

– Почему? – тут уж я по-настоящему удивилась, всегда считала, что читать чужие мысли – это здорово.

– Потому что мысли идут потоком, не меньше шестидесяти в секунду, человек выбирает одну-две. Те, кто вообще не в состоянии контролировать своё сознание, безостановочно скачут по разным мыслям. Но тот, кто их читает, слышит каждую приходящую мысль, без исключения. Во-первых, это очень тяжело, во-вторых, не несёт никакой практической ценности, потому что невозможно различить, что именно человек решил обдумывать в данный конкретный момент.

– Да уж, и правда ерунда какая-то. Может быть, тебе просто опыта не хватает?

– Уж чего-чего, а опыта предостаточно, – усмехнулся Фаррел.