Оксана Малахова – Эмоциональ. 3 измерение (страница 9)

Через минуту Михаил Леонидович встал со скамейки. Он поклонился Бэл, которая кивнула ему в ответ, и направился назад к Евгению Викторовичу. Мирослава помахала Бэл и последовала за ним.

– Не рассказывай никому о радуге, особенно отцу, а то он расстроится. Скажи, небо было чистым звездным и без свечения, – учил Михаил Леонидович.

Мирослава понимала, что так будет правильно, тем более она задала совсем другой вопрос, и об этом рассказывать отцу совершенно не хотелось.

– Михаил Леонидович, а почему глаза не меняют цвет, когда я перехожу в другое измерение одна? – скромно спросила Мира.

– Некому демонстрировать твою силу.

– Я правильно понимаю, что при переходе в другие измерения я впитываю оттенок измерения, – анализировала Мирослава. – При этом если рядом окажется обладатель, подчинивший себе законы измерения – мои глаза отразят цвет его камня или эмоции, а если со мной перейдет любой другой обладатель, оттенок останется самого измерения?

– Совершенно верно, – улыбнулся Михаил Леонидович.

– Теперь понятно, почему, если я перехожу одна или с духом камня, или с собирателем, то глаза остаются карими, – продолжала Мира.

– Какой у тебя богатый опыт переходов, – удивился учитель отца.

– А в нулевом…

– Там у любого глаза становятся алыми, – перебил Михаил Леонидович. – Исключений не бывает.

Мирослава кивнула. Она была рада, что наконец-то ей удалось узнать, почему и в каких случаях её глаза меняют цвет. Мира вспомнила предположения и идеи разных обладателей и осознала ошибочность всех их мнений.

Больше всего Мирославу расстраивал вариант Карины. Сестра Антона точно знала ответ, но, все же, обманывала её. Сейчас, имея представление о разных мнениях даже о цвете глаз высших обладателей, Мирослава понимала, что и учения кланов в большинстве своем ошибочные. Видимо, поэтому вселенная показала ей радугу и специально задумалась перед ответом.

Мирослава вместе с Михаилом Леонидовичем приближалась к отцу.

– Ну как? – нетерпеливо спросил Евгений Викторович.

– Как я и предполагал, ответа не было, – сказал Михаил Леонидович.

– Мира, неужели ни единого оттенка? Ни одной полоски? – Евгений Викторович внимательно посмотрел на дочь.

– Нет, пап, прости. Там было звездное небо, чистое и красивое, и больше ничего, – Мирослава старалась говорить уверенным тоном.

– Ладно, подождем совета кланов, – Евгений Викторович подозрительно посмотрел на дочь.

– Сколько обычно держится цвет глаз у Мирославы? – поинтересовался Михаил Леонидович.

– Минут семь, – ответил Евгений Викторович. – Что, возвращаемся?

– Конечно, – Михаил Леонидович щелкнул пальцами, и вмиг всё вокруг оживилось. – Вы не будете возражать, если я составлю вам компанию и похожу с давним другом и его семьей по зоопарку? – ненавязчиво спросил он.

– Почту за честь, – Евгений Викторович поклонился ему. – Кофе или чай будете?

– Пожалуй, кофе с молоком, – улыбнулся Михаил Леонидович.

Отец направился к кафе делать заказ.

– Я думала, вы больше не обладатель, – призналась Мира.

– У меня несколько камней, – доброжелательно ответил Михаил Леонидович. – Остальные камни я передам по наследству внукам, как это принято в нашей семье. Но подаренный тебе камень особенный. Как и ты – особенная.

У Мирославы за секунду всплыли воспоминания о встрече с Антоном у камина. Она залилась румянцем и опустила голову.

– За всю жизнь я привел к Бэл много обладателей и у всех были вопросы к вселенной на которые они получали или не получали ответы, – Михаил Леонидович заметил смущение Мирославы. – В большинстве случаев обладатели хотели знать будущее распределение, или раскрыть какую-то тайну, но ты – особенная, Мирослава. Тебя привел отец, чтобы не ты, а он задал вопрос вселенной и получил на него ответ. Такого на моей памяти еще не было, – восхищался Михаил Леонидович. – Правда, один нестандартный случай я все же помню. Больше скажу, тот молодой человек, безусловно, отличается от всех, но все равно, он не такой, как ты.

Мирослава с почтением и обожанием смотрела на высокого мужчину рядом с собой. Михаил Леонидович умудрялся вовремя подобрать правильные слова, поддержать и подбодрить. Он делился тем, что знает сам, не навязывая мнение и не выдавая его за истину. Мира понимала, почему отец выбрал именно этого человека своим учителем и, если признаться, даже завидовала ему.

– Можно попросить тебя об одолжении? – спросил Михаил Леонидович.

– Да, конечно, – не задумываясь, ответила Мирослава.

– Расскажи мне потом про радугу, – полушепотом попросил учитель отца.

– Обязательно, – улыбнулась Мира.

Отец громко подозвал Мирославу, чтобы она помогла ему забрать заказ. Михаил Леонидович получил свою порцию кофе, чему был несказанно рад.

Ирина Валерьевна и Матвей удивились встрече с учителем Евгения Викторовича и с удовольствием поддержали его идею присоединиться к их дружной компании.

Мира ходила по зоопарку и с энтузиазмом слушала разговоры зверей и птиц. Если её никто из семьи не видел, она даже умудрялась отвечать некоторым животным на вопросы. Михаил Леонидович находился рядом с ней и все про всех рассказывал. Он делился с Мирославой секретами обитателей зоопарка и предостерегал о возможных опасностях, особенно со стороны павлинов, которые летом расхаживают по территории зоопарка вне вольеров и всяких преград, и любят похулиганить.

– Я тебе напишу памятку по животным, – пообещал Михаил Леонидович. – Как сделаю, при первой же возможности отдам.

– Было бы здорово, – засияла Мирослава.

Она могла только мечтать о том, чтобы получить в подарок камень с даром общения с животными и птицами, да еще и памятку по животным зоопарка. Но сегодня за один день её мечты превратились в реальность.

Глава 6. Вечер

Столько фотографий за один поход в зоопарк ни Мирослава, ни Матвей никогда раньше не делали. Зимний зоопарк им очень понравился. На протяжении всей дороги домой, они, не умолкая, обсуждали увиденных животных, а особенно белую медведицу, которая при появлении семьи около вольера нырнула в бассейн и радовала гостей неописуемыми пируэтами под водой.

Мирослава была воодушевлена больше остальных, ей довелось послушать и понять обитателей зоопарка. Она восхищалась полученным даром и не переставала благодарить Михаила Леонидовича.

– Не прощаюсь, про все обещания помню, – сказал на прощание учитель Евгения Викторовича.

Теперь Мирослава с нетерпением будет ждать возможности увидеться с этим удивительным человеком, чтобы поделиться с ним тайной про радугу и получить в подарок памятку по обитателям зоопарка. Отец пообещал ей сказать, когда Михаил Леонидович сообщит, что подарок готов.

День заканчивался замечательно. Матвей по дороге домой успел найти в интернете информацию о соревновании Антона и с восхищением повторял о всероссийском масштабе мероприятия. Брат больше других ждал завтрашний день. О подобном уровне он только мечтает, но стремится к нему. В этот момент Мирослава мысленно благодарила Антона, за приглашение на соревнование. Таким воодушевленным её брата редко можно было увидеть, что усиливало благодарность вдвойне.

После ужина все стали готовиться ко сну. В комнату к Мирославе заглянул отец.

– Мира, можно поговорить?

– Конечно, пап.

– Расскажи мне честно, свечения действительно не было? – спросил Евгений Викторович. – Это важно.

Мирослава задумалась.

– Не было. Ничего не было, – она не хотела рассказывать отцу о смене вопроса и об ответе на него вселенной, поэтому пришлось в очередной раз обмануть.

– Жалко, – Евгений Викторович пристально посмотрел на дочь. – Жалко, что я тебе не верю, и мне придется проверить твои слова, – он хлопнул в ладоши.

Мирослава застыла от неожиданности. Цвет свечения был настолько важен отцу, что он решился проверить правду её слов.

– Пап, что ты делаешь? – испуганным голосом спросила Мира.

– Хочу посмотреть твоё прошлое, – ответил отец.

Мирослава вспомнила, как недавно похожую процедуру с её прошлым проделал Клим. Она не могла допустить, чтобы отец услышал заданный ею вопрос, поэтому опустила голову и мысленно вернула их в реальность.

– Радуга, пап, там была радуга, – созналась она.

Евгений Викторович от неожиданности сел на диван.

– Михаил Леонидович посоветовал мне тебе ничего не рассказывать про радугу. Он сказал, что ты расстроишься, и что надо сказать, что было чистое звездное небо, – оправдывалась Мирослава.

– Радуга? Точно радуга? – переспросил отец, не особо слушая объяснения дочери.

– Да, радуга. Она исходила из центра и заполнила все небо. Даже звезд не было видно, представляешь?

– Мира, радуга? – продолжал переспрашивать отец. – Ты знаешь, что значит радуга?

– Михаил Леонидович сказал, что это вселенная, и что она меня, судя по всему, ни в какой клан не определит, – расстроилась Мирослава.

Отец закивал головой.