Оксана Ларина – Ловушка для Микимауса (страница 10)

Музыка казалась бесконечно длинной, а я уже устала. Надо было вспоминать уроки. В очередном круге изобразив лягушечку, опустилась на пол. Вставать при помощи пилона на таких туфлях было много проще.

После еще пары проходов вокруг шеста, про меня все-таки вспомнили и объявили следующую.

Осмотревшись, наконец увидела девчонок, они сидели на коленях у гостей и извиваясь во всевозможные стороны подставляли кто ногу, кто руку с повязкой на ней, показывая, что туда надо положить деньги. Такую же повязку я обнаружила и в своем костюме, но не поняв для чего она нужна, просто намотала на запястье.

Решив, что ногами разбрасываться не стоит, одела ее на руку более подходящим для использования способом и пошла к первому гостю. Улыбнулась и поняла, что сесть на колени к незнакомому мужчине я не смогу. Начала танцевать. От страха затрясло так, что со своих туфлей, я чуть не свалилась и дабы не упасть схватилась за спинку дивана, на котором он сидел. Пытаясь танцевать в такой неудобной позе, заглянула ему в глаза.

Смотрел он на меня вполне адекватно, даже что-то говорил, судя по голосу доброе. Хотя точно я этого знать не могла. С таким же успехом он мог предлагать разрезать меня на кусочки. Я все равно ни слова не понимала, поэтому просто кивала, не забывая многообещающе улыбаться. Плохо представляя, сколько длятся те две минуты, которые я должна провести у каждого гостя, показала ему на повязку, проведя под ней пальцем. Получила наличность и отправилась к следующему.

Вся ночь у меня прошла как во сне, гости реагировали на меня привычно. Было видно, что такое общение для них не в новинку. Я даже выпила с одним из них коктейль и довольно легко пообщалась на английском.

Не могу сказать, что делала это по зову сердца, скорее по зову администратора, но процент от напитка пошел ко мне в зарплату, чем очень порадовал.

Утром, как и обещали отдали деньги и уснула я в этот раз в полной уверенности в завтрашнем дне.

Проснулась в половине двенадцатого. Чуть не проспала тренировку. Спать хотелось отчаянно.

Девочку, что тренировала нас звали Шерифой. Она явно не была арабкой, но и на английском говорила еще хуже чем я, так что на разговоры по душам мы не отвлекались, но и задать ей вопрос как у них получается делать все эти невероятнее вещи я тоже не могла.

Кожа после вчерашних измывательств нещадно болела. Только как это было объяснить человеку, разговаривавшему на черте знает каком языке?

Сегодня меня гоняли подниматься на шест.

Когда-то, наверное, на уроках физкультуры нас учили лазить по канату. Сейчас мне было не понятно, как я по этому предмету имела хорошую оценку, видимо у меня были какие-то другие достижения.

Что бы залезть на пилон надо зажать его между внешними сторонами ног ступнями и коленями и подтянуться руками, возможно на канат залазят так же, память моя по этому поводу деликатно молчала.

Хотелось бы похвастаться, что сие удалось мне с первого раза, но это был даже не второй и не совсем третий раз. Это было странно, учитывая, что по своему опыту я вроде была не особо слабым человеком. Но, самым сложным было, сидя на шесте поджав ноги, перекрутить верхнюю часть тела, чтобы оно было спиной к пилону.

Для этого надо было сильно вывернуть руку, а она этого делать совсем не хотела. Может конечности должны расти под каким-то другим углом?

Измывались надо мною сегодня от души. Под конец чувствовала себя терминатором. Руки ноги еле шевелились. По мне будто самосвал проехал. Еле-еле добравшись до кровати, потратила все силы, чтобы в нее опуститься. Идти куда-то покупать себе еду или что-то иное был точно не мой вариант, поэтому, решив, что голодание полезно для фигуры уснула.

К сожалению, мое тело не захотело проспать до того чудесного момента, пока наконец перестанет болеть. Проснулась в восемь вечера.

В смежной комнате нашлась Марго. Она с глубокомысленным видом читала книжку.

– Про кого читаешь?

– Несбе. Про Снеговика – моя новая подружка отмахнулась от меня как от комара

– Ты серьезно? – я не поверила своим ушам. – Ты работаешь в ночном клубе в стране с лагерным режимом и зачитываешься рассказами про маньяка?

Марго взглянула недовольно.

– Там суть не в маньяке, а в расследовании. Мне нравится тренировать свой мозг разгадывая криминальные загадки.

Я посмотрела на нее уважительно. Мне так сейчас больше по вкусу пришлись бы мультики, например про Чипа и Дейла. Хотя мой мозг насколько я его знаю не отличается особыми амбициями.

Раз никто не тянулся к общению с моею чуткой душевной организацией, я забрав из-под подушки наличность отправилась на улицу.

К местному режиму я уже привыкла и не вздрагивала при звуках сирены. Собственно, она здесь в принципе всеми воспринималась, как нечто в порядке вещей.

Люди на улице, к счастью, покойно гуляли и я направилась в сторону торговых лавок. Для начала мне надо было завезти хоть какую-то обувь. Мои несчастные ножки явно по ней соскучились.

С надписями – названиями магазинов мне не очень повезло. Никто не озадачился продублировать их не толь кона русском, но и на каком-нибудь захудалом английском. Но, с этой проблемой я справилась легко, просто заходила во все двери, что готовы были предо мною открыться.

За одной и них обнаружились ряды с черевичками. Я заметила, что город этот не радует разнообразием ни в чем. В обуви тоже. Все это больше подходило престарелым тетушкам, чем кому-то еще. Я подошла к полкам.

Из угла поднялась фигура, замотанная в черное. В бледной прорези светились только глаза, не очень по-доброму кстати. Хотя тетю можно понять, если вспомнить что на мне только рубашка и, собственно, на этом все.

В надежде, что за ненадлежащий вид, меня не только не выгонят, но и, например не побьют камнями, я взяла одни из туфелек, наиболее напоминавшие те, к которым привыкла.

–Ду ю хев ферти найн сайз?

Посмотрев на меня еще суровее, продавец ушла, оставалось только догадываться за моим тридцать девятым размером или за палачом.

Через несколько минут вернулась с коробкой и протянула мне. Туфельки полностью подошли, хотя и были непривычно низкими, но это было лучше, чем босиком, а желание поразить здесь кого-то своей неповторимой походкой, у меня точно не было. Так что то, что из далека гуляя в них я чем-то напоминаю пингвина, было скорее плюсом, чем минусом.

Левее у раскидистого, но какого-то пожухлого клена заметила лавку с выпечкой и худеньким вертлявым дядечкой.

Взяв у него два пирожка с чем-то, позднее оказавшееся с картошкой и фасолью, обозрела оставшуюся наличность. С нарядами придется повременить. Мне сегодня предстояла чудная ночь в клубе, поэтому последние деньги по старой русской традиции решила потратить на что-нибудь с градусом, в надежде, что это примерит меня с действительностью.

Дружбы с алкоголем у меня никогда особой не было, так что, выбрав некий коктейль, обещающий, судя по этикетке веселье и множество друзей в придачу, отправилась домой.

Марго одна пила чай на кухне. Пришлось разделить оба пирожка на половинки.

– Угощайся, взяла около дома.

– Я тоже у него часто беру, когда готовить не охота, – она церемонно отломила кусочек и отправила его в рот.

– По тебе не скажешь, – она была не просто худенькой, а тоненькой, как и многие девчонки здесь. Так что булочкам придется искать замену.

– У меня просто пищеварение хорошее, так же как у мамы было. Она родила и меня и Владика – брата моего и ее за девочку принимали. Такая маленькая и худенькая была, – Марго задумчиво склонила голову и чуть оттопырив мизинчик сделала глоток чаю. – Однажды на последнем сроке беременности Владиком, она с подружкой в парке на лавочке сидела. К ним ребята подошли знакомиться, так, когда мама вдруг встала они чуть в обморок не упали, увидев пузо, – она рассмеялась, видимо представив в эту картину.

– Ну, у тебя есть все шансы повторить ее историю.

Подружка горько усмехнулась

– Вряд ли нас отпустит этот город. Так что не надо мне никаких детей, – ее аж передёрнуло от такой перспективы.

Мы впервые затронули тему того, что происходит вокруг нас. Но, здесь было не самое подходящее место для обсуждения, совсем не факт, что никто из остальных девчонок не говорит и не понимает на русском. Я за два дня в клубе уже двоих встретила, кто вполне сносно общается. Поэтому перевела опасную тему.

– У тебя нет какого-то не нужного платья. Я бы выкупила в рассрочку, а то не взяла ничего из вещей.

Марго кивнула, видимо еще не выйдя из своих мыслей, встала и махнув приглашая за ней, отправилась к своему месту.

В их комнатке было только четыре кровати с узкими проходами между ними. Почти на каждой сидели мягкие игрушки. У меня сжалось сердце. Не должны девушки, которые не отошли еще от игрушек работать в таком клубе, особенно в таком месте. У кровати Марго висел плакат патлатого парня с микрофоном. Вытащив из тумбочки пакет с вещами, она вытрясла их на кровать и стала перебирать. Выбрав пестрое длинное платье, протянула мне.

– Примерь.

Учитывая, где мы работаем, я не стала выходить, а просто отвернувшись сбросила надоевшую рубашку и натянула платье. Его прохладная ткань щекотала кожу у щиколоток при движении.

– Размер самое то. Можешь так забирать, не отдавая денег. Я его все равно уже не ношу.