Оксана Кириллова – Прямые солнечные лучи. В погоне за эмоциями (страница 8)

– Привет, – наконец произносит он, и Вселенная обрушивается на нее золотым дождем. Он с ней заговорил. Сам. Впрочем, и тут иначе быть не могло. Все, что сейчас происходит, было предопределено. Не зря ее ломало целую неделю.

– Приве-ет! – пожалуй, излишне задорно, точно ведущая утреннего телешоу, кричит Лана.

Наверное, сильно бросается в глаза контраст: как она общалась с его другом и как с ним… ну и что? Она пришла на танцы, отдыхает и болтает с кем хочет. А с кем не хочет – не болтает. Вот и весь секрет.

– Тебя как зовут? – спрашивает он.

– Милана.

– Что? – Он слегка наклоняется к ней, и в ее в голове почти одновременно проносятся две мысли: «Как классно от него пахнет…» и «Зачем я назвала полное имя? Тысячу лет так не делала…». Она привыкла считать свое имя вычурным – возможно, потому что так считали Вера с Мишей – и мало кому его называла. Даже Нина не подозревала, что ее соседку зовут не Светлана. А сейчас – выпендриться захотелось, что ли? Или это была, как у Маши, простодушная откровенность – как есть, мол, говорю, скрывать мне нечего? Смешно. «Не анализируй. Не время». – «Справедливо».

– Милана! – отчетливо повторяет Лана ему на ухо, замечая у него на мочке уха почти заросший прокол – неужели носил серьгу? Она не может даже понять, нравится ей это или нет – то ли круто и гламурно, то ли, наоборот, не по-мужски. В любом случае, его выбор.

– Ничего себе, – ухмыляется он. – А я Денис. Можно просто Дэн. Это мой друг Олег.

– Вот и познакомились, – вставляет довольный Олег, хотя на него Лана даже не смотрит. Ладно уж, пусть будет второстепенным героем, если ему так хочется, но не лезет в кадр лишний раз.

– Виски? – с видом знатока осведомляется Денис (какое красивое, необычное имя, емкое и раскусывается как ириска – Де-нис, лучше, чем Дэн).

Лана кивает, снова с чрезмерной готовностью, как если бы рекламировала виски и собиралась уговорить его на дегустацию. Но он не соблазняется:

– Здесь алкоголь не очень. Я знаю, где получше. – Слегка теребит место прокола на ухе – очевидно, привык трогать сережку. Это напоминает Нинины поиски несуществующих сигарет по карманам, и Лана усмехается.

– Что ты? Что смешного? – настороженно реагирует Денис. Не сводит с нее цепкого взгляда, будто она рыба на его крючке – не вытянул еще, не дай Бог, сорвется. Хорошо, правильно. Хоть бы только руки перестали дрожать.

– Ничего. Все отлично, – уверяет она. – Где, говоришь, алкоголь получше?

– Ну, знаю я одно место. Поехали? Олег, ты с нами?

– Да не вопрос, – с энтузиазмом откликается друг.

– Тогда я вызываю такси. – Денис пристально смотрит в глаза Лане (она вроде бы не отвечала согласием, он все решил за нее, но она уже осознает, что не откажется, слишком пьянит ощущение свободы и предвкушение нескольких часов в его обществе) и… скрывается в толпе. «Не надо. Не уходи». Она цепляется за него взором, магнит тянет следом, но Лана, ухватившись обеими руками за барную стойку, удерживается на месте.

Олег подмигивает ей, бормочет что-то вроде «увидимся, красотка» и уходит тоже. Ей вроде как не положено их преследовать. И зачем, если они все равно вот-вот уедут вместе… Крошечный червячок сомнения: или это была шутка?.. Может, он вообще забудет, что приглашал ее, девушку с плохим виски и странным именем, которая постоянно улыбалась и вела себя как восторженная школьница? Ладно, ладно…

– Ты здесь! Я тебя обыскалась! – К Лане подскакивает Маша – она уже еле держится на ногах, в глазах пьяный блеск, на губах шальная улыбочка. На капроновых колготках – упс! – стрелка, сказать ей? Да ей, похоже, уже до лампочки.

– Подходила ведь к стойке, но с другой стороны – тебя не видела, – бормочет Маша.

Лана залпом допивает виски – о-ох, как обжигает изнутри! – и заявляет:

– Я сейчас уеду!

– Как? Уже? – широко распахивает глаза Маша.

Лана вдруг вспоминает, сколько раз в жизни ей приходилось слышать – на праздниках, на школьных дискотеках, на дружеских сборищах – это недоуменное «уже?!», в котором чудилась и нотка снисходительности. Мол, маленьким девочкам пора домой, а взрослые повеселятся на всю катушку, до утра. Потом ей в восторге рассказывали, как кто-то напился в хлам и к кому-то приставал, а она убеждалась, что ничего не пропустила…

Она обычно старалась не возвращаться поздно: знала – Вера с Мишей волнуются и не могут заснуть. К вечеринкам в их семье относились скептически, и уделять им большое внимание было бы так же нелепо, как играть в песочнице в осознанном возрасте. Но вот Лане двадцать – вроде бы запретам, даже если бы они и были (а их не было), пора потерять силу, – она в ночном клубе, откуда собирается уехать отнюдь не в одиннадцать и явно не домой. А дядя с тетей думают, что она у подруги… Наивная, детская ложь – так врут только в шестнадцать. Да и ехать непонятно с кем непонятно куда – тоже поступок не слишком взрослый. Лана привыкла быть рассудительной и, что уж там, немного свысока взирать на тех, кому этого качества не хватало. Но в глубине души не мечтала ли она все это время поменяться местами с ними, безбашенными, непоседливыми, не думающими о последствиях? Может, в этом есть своя прелесть, а она, умная, отщипнет от такой жизни лишь кусочек – ровно столько, сколько ей нужно? Чтобы потом опять встать на свой путь, но уже знать, что ничего в этой жизни не упустила?..

Эта мысль вдохновляет и поднимает Лану в собственных глазах. Она улыбается Маше мило и лучезарно, как лучшей подруге:

– Я кое с кем познакомилась.

Целых пару мгновений Лана почти боится, что Маша рассмеется или переспросит: «Ты-то?! Да ладно!», но она просто произносит:

– О-о, с кем же?

– Его зовут Денис.

Лана раскрывает заветное имя, надеясь, что Маша сможет что-то рассказать о ее прекрасном новом знакомом. Но в ее пьяном взгляде не отражается ровным счетом ничего – откровенность Ланы пропала зря, ну не беда.

Внезапно подошедший сзади блондин (ага, Алекс, точно) с веселым смехом обхватывает Машу за бедра и прижимает к себе. Охнув и издав то ли восторженный, то ли удивленный возглас, она оборачивается и дарит ему жадный поцелуй, уместный скорее в спальне, чем на глазах у сотни людей. Даже если ту сотню уже ничем не удивишь.

– Она нас покидает! – громко сообщает Маша, показывая на Лану.

Алекс качает головой – можно подумать, для него это огромная потеря.

– Уезжает с парнем! – уточняет Маша – будто это усугубляет вину «предательницы».

– С кем? – интересуется Алекс.

– С каким-то Денисом…

Маша ластится к нему, целует в шею. Рассеянно гладя ее по голове, он обращается к Лане:

– Это, случайно, не тот Денис, что с серьгой в левом ухе?

– Кажется, он ее вынул, – почему-то виновато говорит та.

– Да? М-м. – Алекс озирается. – Он здесь?

– Нет. Отошел. Может, на улицу…

– Как выглядит-то?

– Отлично.

– Что?

– А, ну как… Смуглый высокий брюнет, очень темно-карие глаза. Одет в белую футболку, джинсы и кроссовки. – Описание получается безликим, Лане хочется добавить какую-нибудь изящную деталь, но сейчас это вряд ли уместно, да и в голову ничего не приходит.

– Не знаю, но, похоже, он самый. – Видимо, сочтя тему закрытой, Алекс переключается на Машу – прижав ее к барной стойке, начинает водить ладонями по ее телу. После такой – невольный каламбур – прилюдной прелюдии Лана постыдилась бы выходить из дома. А они, небось, через несколько дней в тот же клуб нагрянут.

– А кто он? – кричит Лана, почти не надеясь, что Алекс соблаговолит оторваться от своего занятия ради ответа. Но тот отвечает – коротко и четко:

– Бабник.

– Вот! Не изменяй жениху! – усмехается Маша, а Лане слышится: «Тебе, домашней девочке, этот крутой мачо не пара». Чушь. Откуда ей знать, что Лана «домашняя девочка» (она сама ненавидела это определение, но по сравнению с клубной тусовкой она, наверное, таковой и была)? «А твой мачо, который тебе пара, тебя не только бросит завтра, но и разболтает всей округе, что и как ты кричишь во время секса. Если, конечно, к тому времени у вас еще останутся какие-то секреты от общественности», – с неожиданной агрессией отвечает про себя Лана.

– Такси, пошли! – подойдя, орет ей прямо в ухо (в своей, видимо, обычной манере) Олег.

Алекса он, похоже, не знает или не узнает – рассеянно смотрит и отводит взор. Странно, тут разве не все друг с другом знакомы?.. Алекс все еще поглощен своеобразными ухаживаниями за своей дамой – как раз в тот момент, когда Лана намеревается попрощаться с ними обоими, он начинает скользить ладонью вниз по животу Маши, а она со стоном царапать под футболкой его спину. Лана решает, что эта парочка вполне обойдется без ее прощальных слов – нетерпеливый Олег за руку тянет ее сквозь тяжелую, плотную, дурманящую дымку, окутывающую танцпол. Денис стоит у выхода, уже в куртке.

– Ну наконец-то, – бормочет он, застегиваясь. В дверях проходит вперед (мог бы и пропустить ее, но она об этом не думает), проходит так близко, что Лана чувствует горьковатый запах его одеколона, который идеально подходит к натуре Дениса – немногословного, загадочного, самоуверенного. Он ведь такой, или ей показалось?

Глава 8

Лана старается не смотреть на Дениса, отвлечься хоть на секунду, и в результате отвлекается настолько, что забывает надеть пальто – взяв его в гардеробе, так и несет в руке. Благо на улице не холодно.