Оксана Кириллова – Попутчица. Книга II (страница 7)

– Пойму – и что тогда делать?

– Выводы. Предположим, что у Паши что-то было с Мартой. Не верится мне, но просто предположим. О чем это говорит?

– О том, что ей не стоит выходить за Рому?

– Тьфу, Рома тут вообще ни при чем. О том, что твой Паша – отъявленный бабник и забивать им себе голову не стоит. Если бы вы поженились и он гулял, это отняло бы у тебя всю радость жизни. Уж поверь мне. – В голосе мамы звучала горечь.

– Папа тебе изменял? – не очень удивилась я.

– Не знаю и не хочу знать. Может и да. Но меня эти мысли не травят, для меня это все равно давно не актуально, а вот ты никак не можешь сдвинуться с места.

– Когда он делал тебе предложение, ты думала, что вы вместе навсегда?

– Ну еще бы. Кто же так не думает.

– Я не думала. Была счастлива, но ощущала, что это как-то противоестественно.

– Вы были мало знакомы, какое тут «навсегда», поигрались – и хватит. Но не смей даже допускать, что не заслуживаешь счастья.

– А его что, не надо заслуживать? Разве оно дается просто так? Или авансом?

– Хороший вопрос. Я сама всю жизнь гналась за счастьем и ломала голову, что же мне такого сделать, чтобы получить его.

– Ну а сейчас?

– Сейчас мне кажется, что оно давно со мной. У меня есть две прекрасные дочки, уютная квартирка в центре города, работа. А то, за чем я гналась… это не счастье, а так.

– Ты имеешь в виду любовь? Ее ты искала?

– Да, но все, что я принимала за большую любовь, ею не было. После развода я, конечно, хотела, чтобы мне помогали с деньгами, чтобы у нас снова была полная семья. Не проводить ночи в пустой постели. Смотреть с кем-то фильм в обнимку вместо того, чтобы сидеть с подружкой в баре.

«Почему же не срослось?» Этот вопрос сидел у меня на языке, но казался грубым. В то же время я должна была знать ответ. Мы с мамой были слишком похожи, и мне не улыбалось проснуться в сорок шесть лет и понять, что я зря потратила время и не встретила нужного человека.

– Не стоит, наверное, такое говорить дочери, но я скажу, потому что тебе это поможет. – Она хлебнула медовухи, как будто набиралась храбрости. – Я все делала неправильно. Примерно так, как ты. Торопилась, чересчур рано подпускала мужчин, была чрезмерно открытой, прыгала в омут с головой. И вечно казалось, что на этот-то раз – оправданно.

– Ой, – сморщилась я, – надеюсь, ты не имеешь в виду, что надо все делать годами, как Марта с Ромой.

– Годами – не надо. Надо – с правильными людьми и тогда, когда тебе сердце подсказывает, а не подталкивают обстоятельства или сам человек. Я по-настоящему дошла до этого только сейчас, представляешь? Хотелось бы, чтобы с тобой это случилось пораньше.

– Да как понять-то, что человек правильный? Вот папа – он был неправильным?

– Папа был неплохим человеком, просто не моим, а у меня не хватило опыта, чтобы разобраться. Это были мои первые полноценные отношения.

– Да? – поразилась я. – Ты никогда не говорила. Но ведь вы начали встречаться уже в… ой, получается, в моем возрасте, в двадцать!

– Те мелкие романы до него я не считаю. А он был таким взрослым, целеустремленным, не то что однокурсники… не выбрать его было невозможно.

– Так ты любила его или нет?

– Скорее была сильно влюблена.

– А если бы у тебя уже имелся опыт серьезных отношений, ты бы не..?

– Скажем так, не вышла бы за него. Но тогда не было бы вас, а это не жизнь, поэтому жалеть не о чем.

– И все-таки! Он был взрослый, интересный, ты влюбилась, он тоже – и в итоге вы разошлись. Как же понять, что человек тебе подходит, и не ошибиться?

– Нет рецепта. Только общаться и прислушиваться к себе. Чувствуешь ли ты рядом с ним тепло и уют, а не одну страсть? Нравится ли тебе его жизненная позиция? Не различаются ли глобально ваши взгляды на какие-то важные вещи? Представляешь ли ты себя с ним через год, через пять лет, десять? Есть ли вам о чем поговорить? Посмотри на Марту с Ромой – они «из одной песочницы». Оба спокойные, вдумчивые, осторожные, слегка занудные – что есть, то есть. Оба начитанные, у них общие интересы, масса общих воспоминаний. Считай, росли вместе. Это такой суперклей, который может держать людей рядом годами, если они сами этого хотят.

– Ну-у…

– А посмотри на себя и Пашу. Он любит путешествовать, а тебе это только казалось крутым и романтичным – на самом деле достопримечательности тебя не волнуют, ранние подъемы не радуют. И ты по-любому не смогла бы постоянно ездить с ним, так что подолгу оставалась бы одна, а ты этого очень не любишь. Причем одна в чужом маленьком городе, где особо некуда пойти, если ты не турист. Идем дальше. Паша привлекает девушек, ты ревнивая и вспыльчивая, а вы часто бывали бы порознь. Куча нервов. Он дружелюбный и простодушный – это я уже говорила, – и, похоже, у него мягкий характер. Это неплохо – тирана ты бы не потерпела. Но он нерешительный – вот это уже минус, ведь ты тоже не «решала». Лучше бы рядом был кто-то поувереннее.

– Почему он нерешительный? Предложение сделал быстро…

– На эмоциях. А потом, видно, засовестился и не сумел с тобой порвать. Ясно же, что у вас что-то пошло не так еще в туре, – мог бы там тебя отпустить, чтобы не мучилась. Звучит жестко, но это правда. Если лошадь сдохла, слезь. К тому же ваша лошадь и не рождалась толком, это был эмбрион лошади.

– Отлично. Теперь я знаю, как определить наши отношения: «эмбрион лошади», – усмехнулась я. – То есть ты считаешь, что нам не надо было и пробовать?

– Вы понравились друг другу вначале?

– А то не помнишь!

– Значит, надо было.

– Ты меня запутала! Только что же говорила…

– Я рассуждала о возможности именно серьезных отношений. А ты совсем молоденькая, дочка. Если в юности не пробовать гулять и общаться с разными парнями, которым симпатизируешь (я не о том, что нужно заниматься со всеми ними сексом – думаю, ты поняла), то так и не разберешься, что тебе на самом деле нужно. Какие недостатки ты готова принять, а с какими не смиришься. Я до вашего отца гуляла и общалась, но, видимо, все-таки недостаточно – и тоже воспринимала это не как необходимый опыт, а как поиск любви. И зря. Для тебя сейчас время узнавать себя, в том числе через других. И уж точно не страдать месяцами по молодому человеку, который того не стоит!

– Да, ты права… Напишу Паше, что больше не буду ему писать.

– А если просто взять и не писать?

– Он не поймет, что я перестала.

– Поймет – ты же перестанешь.

– Он может не вспомнить, что я вообще должна писать.

– Тогда зачем тебе это?

Когда мама так ставила вопрос, действительно оставалось ответить одно: незачем.

– Наверное, я влюб… – начала я и осеклась. – Или уже нет. Да, меня грела мысль о том, что я могу быть невестой классного парня…

– Ты можешь! И будешь. Только это будет другой классный парень – и попозже.

– Когда, например?

– Ну, я не Ванга.

– А по твоим ощущениям? Ты же меня знаешь, и у тебя опыт в таких делах.

– Скажем, года через три.

– Как Марта?

– Почему бы и нет? Хороший возраст.

– Значит, впереди три года беззаботных отношений и поиска себя?

Я даже улыбнулась – странно, но эта мысль меня не отвратила. А еще захотелось к новенькому – я немного соскучилась. Вчера настроение было таким паршивым, что я отменила наш поход в кино, сегодня он прогулял пары и мы не виделись, а про вечер я заявила, что у нас с мамой планы.

– Не три, наверное. Надо же его встретить, надо, чтобы вы как следует узнали друг друга до помолвки… но года два смело отмеряй. – Мама тоже улыбалась.

– Я тебе не рассказывала… в том туре я попросила счастья с Пашей у иконы – покровительницы невест. Но, видно, напрасно доверилась какой-то иконе.

Она посерьезнела и ответила без колебаний:

– Не напрасно. Если там, наверху, кто-то есть, он лучше тебя знает, что тебе нужно. И в любом случае он – или она, к кому ты там обращалась – услышал и уже работает над тем, чтобы сделать все как надо. Пусть даже не так, как ты просила.

– Ла-адно… – протянула я. – Посмотрим. Знаешь, мне полегче. Наверное, не буду ни о чем говорить с Мартой. Какая уже разница? И… – Я проверила время. – Ничего, если я выйду кое-куда? Постараюсь не допоздна, но как получится.

– Пусть только проводит тебя. Не на такси посадит, а проводит, поняла?

– Кто-о?

– Я не дура. – Мама допила медовуху, подошла и чмокнула меня в макушку. – Все у тебя будет хорошо, малыш. И у меня еще, надеюсь, тоже.