Оксана Ильина – Кукла для мажора (страница 2)

Он решил, что на сегодня с нее достаточно. Поднялся, подошёл к двери и, прежде чем выйти, включил маленькую красную лампочку, расположенную где-то в углу комнаты. Свет был тусклым, тревожным, заливающим все вокруг багровым оттенком. Он задержал взгляд на девушке, подмечая, как это зловещее освещение меняет ее лицо, подчеркивает тени, делает глаза еще больше и испуганнее. Удовлетворенно хмыкнув, Макс вышел и запер дверь. Что ж, на сегодня развлечений было достаточно. Теперь можно было отправиться дальше и найти кого-нибудь для следующей встречи.

*

Я долго стояла неподвижно, пытаясь прийти в себя и осознать случившееся. Обессиленная, опустилась на пол. Что же задумал этот человек? Как выбраться отсюда? В темноте это казалось невозможным. Чёртов негодяй, похоже, насмотрелся американских фильмов и возомнил себя кем-то важным. Только такие фильмы редко заканчиваются хорошо для жертвы. Нужно искать выход любыми способами. Скорее всего, здесь установлена камера. Но он не может вечно наблюдать за мной. В любом случае ему придётся приносить мне еду, если не хочет, чтобы я умерла с голоду.

Я ощупала стены, каждую рукой, и обнаружила дверь. Выломать её не получится – слишком крепкая. Нужно дождаться, когда включится свет, и, не теряя времени, осмотреть всё вокруг. Возможно, есть вентиляция. Хотя на что я надеюсь? Нет, нужно рассмотреть все возможные варианты.

*

Макс драл суку, как озверевший. Нагнул раком в туалете ночного клуба. Милая, с идеальным телом, он надеялся, что сможет хоть немного разрядиться. Остервенело насаживал её на себя и не чувствовал ровным счётом ничего. Лишь только бесили её фальшивые стоны. Что могло нравиться этой шлюхе? Макс без капли прелюдий вогнал в неё на сухую. Она должна была закричать от боли, но вместо этого застонала.

Он сжал зубы, а пальцами вцепился так сильно в её кожу, что наверняка останутся синяки. Насадил её на всю длину. И опять ничего. Макс отшвырнул девку в сторону. А она даже посмотрела на него обиженно, с непониманием.

– Пошла отсюда! – крикнул Макс, указывая на дверь, он уже еле сдерживал гнев.

Но, видимо, тёлка была отчаянная, опустилась перед ним на колени и, не мешкая, принялась за дело. Макс сдавленно застонал. Ему необходимо кончить, он рассматривал и этот вариант, только не хотел тратить время напрасно. Он взял её за волосы, силой толкнулся глубже, в самое горло. Она хотела было вырваться, но он не позволил. Жесткими движениями продолжал вбиваться в её рот. Потом стащил презик и спустил глубоко в глотку, чувствуя, как гланды сжимают его пульсирующую плоть. Макс бесстрастно смотрел, как она захлёбывается, но не спешил выходить из неё, пока полностью не обмяк у неё во рту. Потом отпустил её волосы, и она сползла, рыдая, на задницу. Он усмехнулся и бросил ей пятитысячную купюру. Большего не заслужила.

Глава 3

За эти несколько часов, пока горел свет, я изучила каждый уголок комнаты, в которой меня заперли. Дверь с маленьким отверстием внизу, больше похожим на проход для собаки, отсутствие окон и вентиляции совсем не радовало. Выход отсюда был только один, как и вход. Но дверь постоянно заперта. Еда появлялась через ту же маленькую дверку.

Меня напрягало это странное затишье. Макс слишком долго не объявлялся и не мучил меня своим мерзким голосом. Ощущение, что он задумал что-то ужасное, не покидало. Он явно больной, и это очень пугает. Порой отчаяние наступает с такой силой, что сижу в оцепенении и не могу пошевелиться. Как же хочется выбраться отсюда живой и невредимой.

*

Макс пообещал корешу отпраздновать его днюху у себя на даче. Да еще умудрился поспорить, что устроит незабываемое зрелище. И никто не тянул его за язык, когда он, распаляясь, заверил, что его новая "гостья" развлечёт всех. Только вот упрямая девчонка всё никак не сдавалась. Вопреки всем его ожиданиям. Да, ни одна прежде не оказывала такого сопротивления. Обычно, когда ему становилось скучно, он просто платил, и ему привозили девушку, готовую на всё. Но на этот раз ему захотелось большего – нового вызова, игры по собственным правилам. Он захотел сделать всё сам, продумав каждую деталь. И как теперь превратить эту дикую кошку в покорную игрушку? Если бы не этот гребаный день рождения Гошана, у него была бы уйма времени. Да и Макс ещё не наигрался с девчонкой, не получил желаемого всплеска адреналина. Эта безумная игра его затянула.

Заказать проститутку, как обычно, он уже не успевал. Да и не хотелось ему сейчас этого. Хотелось именно эту, строптивую.

В голове созрел план: подсыпать ей в еду один "волшебный" порошок, чтобы она позабыла о происходящем. И продолжить игру дальше. Он слишком сильно желал её, так, что терпение грозило лопнуть в любой момент. А одноразовые встречи больше не приносили ему никакого удовлетворения. В принципе, и сегодня можно поступить так же, только в меньшей дозе, чтобы просто не сопротивлялась. Так Макс и поступит. Спор есть спор, и он никогда не проиграл. Но тронуть её он не позволит никому, он сам ещё не насладился вдоволь. Да, это будет позже, когда тёлка созреет для этого. Он взглянул на часы: почти шесть, через час можно и покормить игрушку, чтобы порошок начал действовать.

*

Плохое предчувствие не покидало меня. Последний раз, когда я проигнорировала его, – оказалась здесь. Знать бы, где теперь поджидает опасность. Нервное напряжение было на пределе. Не могла усидеть на месте, торопливо расхаживала по своей тюрьме. Как же хочется выбраться отсюда, сил моих больше нет.

Увидела, как маленькая дверца открылась, и в неё просунули поднос с едой. Интересно, это ужин или обед? В любом случае морить себя голодом глупо. Взяла поднос и села на матрас. Помимо матраса здесь была раковина и унитаз, что не могло не радовать.

Поковыряла вилкой в плове, но так и не смогла съесть ни кусочка, аппетит пропал напрочь. Хочется выть от беспомощности. Может быть, притвориться мертвой? Этот ублюдок зайдет проверять, а я его подносом по башке огрею. Хорошая идея, да и единственная, которая возможна в данной ситуации. Скоро вообще с ума сойду. Стены на меня давить так сильно, что уже не страшит то, что может ещё выкинуть этот псих. Он обязательно за все ответит, можно только гадать, какая я по счёту здесь. А что он делает в итоге с пленницами, вообще думать страшно.

Свернувшись калачиком на жёстком матрасе, я попыталась заснуть, чтобы хоть на время забыться и отключиться от этого кошмара. Вскоре ко мне пришла зыбкая дрема, но даже сквозь неё я почувствовала, как чьи-то руки грубо поднимают меня. Инстинктивно вскочила и начала отчаянно вырываться, не видя перед собой ничего, кроме паники и страха.

*

Макс по-хозяйски расселся в кресле, скрестив руки на груди, в предвкушении предстоящего зрелища. Интересно, как девчонка поведет себя, сможет ли сопротивляться? Он обвел взглядом собравшихся, почти все уже перебрали с алкоголем и накурились. Им уже не до зрелищ. Макс ждал в нетерпении, когда уже наконец пацаны выведут девчонку. Он, конечно, мог бы и сам притащить её, но тогда ситуация теряла азарт. Пусть знает, кто здесь хозяин. Кому она принадлежит, если, конечно, в своём состоянии она сможет что-то понять.

Даже сквозь музыку Макс услышал крики и звуки борьбы. Чертовы придурки не могут справиться с ослабленной бабой. Нужно делать все самому, чтобы наверняка, без промаха. Макс лениво поднялся, но не успел сделать и шагу, как входная дверь распахнулась. Он даже офигел на секунду. Кого-кого, но вошедшего он не ожидал увидеть сегодня, да и в ближайшее время тоже.

– Ох, какие люди! Ты как раз вовремя, братец.

*

Не успел Игнат вернуться из Англии, как мама бросилась к нему с воплями, что пропал её драгоценный Максимка. "Здесь, видимо, ничего не меняется," – подумал он. Братец уже неделю не объявляется дома и не отвечает на звонки. Неудивительно, он вечно пропадает в загулах. Ему давно пора устроить трёпку, пацан вообще попутал все грани дозволенного. Отец уже внимания не обращает на его выходки, а мама, что бы тот ни натворил, защищает и списывает всё на трудный возраст. Какой к чёрту трудный возраст в двадцать два?

Скрепя сердце, Игнат пообещал маме, что найдёт её непутёвого сыночка. Как же его бесила вся эта возня! Хорошо хоть, что он приехал только на месяц и задерживаться дольше не собирался. Ему точно не хватит терпения, и он прибьёт этого брата. Объехав всех друзей Максима, Игнат понял, что братец явно не в городе. Один, самый словоохотливый, проболтался, что, скорее всего, Макс на даче. "Куда катится этот мир? Половина – конченые наркоманы, готовые за дозу родную мать продать," – с отвращением подумал Игнат.

Едва заглушив двигатель, он услышал оглушительную музыку, доносящуюся из дома. "Отлично, значит, нашёл," – Игнат злобно стиснул челюсть. Развлекается, гадёныш, а мать места себе не находит. Как можно быть таким эгоистом?!

Не церемонясь, он распахнул дверь ногой и ни на секунду не удивился увиденной картине. Народ в хлам, а братец – во главе этой шайки. Ярость застилала Игнату глаза, он изо всех сил старался не наброситься на засранца.

– Ох, какие люди! Ты как раз вовремя, братец, – Макс широко развёл руки, делая вид, что готов обнять брата. "Как бы не так," – мысленно усмехнулся Игнат.