Оксана Гринберга – Святоша. Путь сердца (страница 4)
Девушка села рядом и принялась зашнуровывать лиф на моем платье. Кровь прилила к щекам, когда поняла, чьи руки его расшнуровали. Как же стыдно! Хорошо, хоть Сайари молчала.
– Сколько… еще заболевших?
– Пятьдесят два. Мы всех разместили, – Сайари вкратце рассказала о новоприбывших.
Я вздохнула. Красная Смерть не собиралась сдавать позиции. Наоборот, набирала силы.
– Как магиня Рисанир? – осторожно спросила у помощницы.
– Держится. Пока держится, но… Она бредит, Лайне! Говорит, Кромунды спасут город.
– Кромунды? – растерялась я. – Но…
– Говорю же, бредит, – девушка пожала худенькими плечиками.
Кромунды… Хранители Кемира, свергнутая династия. По странной прихоти Богов я оказалась внучкой Старого Короля, последнего из вереницы Кромундов, что правили Кемиром с незапамятных времен до тех пор, пока трон при поддержке армии и ар-лордов не захватили Тиринги.
– Ой! – воскликнула Сайари, когда закончила со шнуровкой. – Я совсем забыла! К тебе же пришли… Мать-Настоятельница из монастыря Сестер Единоверы.
– Демоны! – изумленно пробормотала я. – Она что, тоже ждет за дверью?
Девушка кивнула, и я вытаращила глаза.
– Сайари, клянусь, что сварю тебе настойку для улучшения памяти!.
– Держись, Лайне! – жизнерадостно посоветовала она мне.
И я держалась. А что еще оставалось делать? В кабинет вошла высокая худая женщина в белых одеждах. Я встала и, ничуть не шатаясь, отправилась навстречу гостье, радуясь тому, что все же удалось поспать. Усадила Мать-Настоятельницу в кресло рядом с окном, гадая о причинах приезда и о том… Вспомнит ли она, как выгнала нас с Трисс из монастыря перед осадой Хольберга?
– Дитя мое, – устало начала женщина.
У нее был красивый, звучный голос, светлые глаза с пронзительным взглядом. На бледном лбу – капельки пота. Мать-Настоятельница вытерла их, и я заметила, как тряслась ее рука. А еще – розовые пятна на коже – первые симптомы Красной Смерти.
– Боги! – в отчаянии прошептала я.
– Половина сестер больна. Наша лечебница переполнена, и в ней почти все заболели. Хольберг обречен, дитя мое! – спокойным голосом произнесла Мать-Настоятельница. – Я приехала, чтобы сказать… Нам остается только молиться. Молиться и надеяться на чудо.
Глава 2
На огромной мраморной лестнице, ведущей к Храму Единоверы, было некуда и шагу ступить, но люди продолжали прибывать. Стекались по маленьким улицам, поднимались на холм, подхваченные колокольным звоном, что наполнял вечернее небо протяжным, тоскливым звуком. Я и не знала, что колокола могут звучать так тяжело и мрачно. Словно каждый удар железного языка по тулову – это звук огромного молотка, забивающего гвоздь в чьем-то гробу.
– Лайне!
Вздрогнула, прижав к груди книгу дяди Никласа. Завертела головой, пытаясь найти в толпе тех, кого ждала. Где они?! Или показалось?
Двумя часами раньше я отправила записку с сыном кухарки, попросив Антора и магистра Шарреза встретиться со мной возле Храма, потому что… У меня не было плана, скорее, предчувствие. Сначала мечущаяся в лихорадке магиня Рисанир, после нее – Мать-Настоятельница навели меня на судорожные мысли, затем – на невнятные попытки что-то сделать. Кромунды, со слов Антора, обладали особой магией, с помощью которой мне уже удалось спасти Волчий Дол от кислотного дождя. Теперь же я собиралась испробовать дар Хранителей в Хольберге. Но… Видимо, я – неправильный Кромунд, недоучка, которая не умеет пользоваться магией рода, потому что в тишине кабинета магини Лливиды у меня ничего не вышло.
– Лайне!
Обернулась на звонкий голос Трисс. Ко мне спешили те, кто стали моей семьей. Мой троюродный брат – Антор Кромунд. Усталый, прихрамывающий – рана, полученная во время осады, давала о себе знать. Особенно когда уставал и растрачивал магический резерв. На что?! Неужели ходил по домам, разыскивая больных, отмечая магической меткой те места, где гнездилась зараза? Рядом с ним – Трисс, любимая подруга, почти сестра. Кинулась, сжала меня в объятиях. В прошлой жизни – улыбчивая и неунывающая, но теперь… Я видела, ей страшно. Так же, как и мне. Не за себя, а за всех, кого любили.
Тетя Чарити. Невозмутимая старая дева в выглаженном и накрахмаленном платье, со строгой прической и поджатыми губами. За ней следовал магистр Шаррез, походящий на Короля-Ворона в черной мантии, которую носили Высшие маги. Худое лицо, хищный нос, длинные темные волосы. За поясом – ритуальные кинжалы. Я знала, неподалеку от Церкви Единоверы, звоном колоколов созывающей прихожан, на площади перед Ратушей сильнейшие маги города проводили очищающие ритуалы. Как Темные, так и Светлые. Ведь Красная Смерть уравнивала в правах, заставляя забыть о различиях, убивая всех без разбора.
Вновь грянули колокола, и я вздрогнула. Казалось, вибрация поселилась в теле и не спешила его покидать.
– Лайне, ты вся дрожишь! – растерянно произнесла Трисс, перекрикивая затихающий гул с колокольни. – Ты что… Ты заболела?!
– Нет. Я…
Слова пропали, разбежались без оглядки. Еще в больнице Святого Хольберга я поняла, что мне нужно в Храм Единоверы. Туда, где под сенью трех шпилей, украшавших огромное здание из темного камня, с высокого арочного потолка взирал на прихожан суровый с виду мужчина, чем-то похожий на дядю Никласа. Почему – не имела понятия. Лишь догадки. Возможно, мне не хватало веры, верх над которой взяло отчаяние. Либо…
– Что?! – спросил магистр Шаррез, вглядываясь мне в лицо. – Ну же, Лайне!
– Мне нужно внутрь, – сказала ему, затем повернулась к Антору.
Объяснила, запинаясь, что я хочу попробовать сделать то же, что и в Волчьем Долу, но умирать, как в прошлый раз, не собираюсь. Перевела взгляд на толпу, штурмующую распахнутые двери Храма. Людей было слишком много.
– Значит, пойдем внутрь, – невозмутимо произнес Темный маг и поправил кинжалы за поясом.
Вновь удар колокола, и толпа пришла в движение.
– Священник, – сказала тетя Чарити. – Отец Ландар… Он замещает епископа Готера!
От нее я слышала много лестного об отце Ландаре, но до сих пор не была на его службе. Люди на ступенях расступались, пропуская высокого, бородатого мужчину в длинной белой тунике, поверх которой – расшитая золотом риза с символами Единоверы: кубком и стрелой. Священник держал в руках массивную книгу в золотом переплете. Трое клириков расчищали дорогу, требуя посторониться и пропустить отца Ландара в Храм.
– За ним! – приказал магистр Шаррез.
Подхватил меня под локоть, потащил по ступеням. Антор не отставал. Трисс было кинулась за нами, но брат приказал ей присматривать за тетей Чарити. Мы же ловко пробирались сквозь гущу людей, пока…. Я обернулась, вновь услышав, как кто-то звал меня по имени. Рассекая толпу, словно нож – теплое масло, к нам приближался Чиаро Ваз. А ведь я наказала Сайари не говорить, куда пошла! Запутывала следы не хуже лисиц, на которых, бывало, охотился по весне мой отец.
– Чиаро! – поморщился магистр Шаррез, увидев, куда я смотрю. Дракон выглядел, словно охотничий пес, учуявший дичь. – Однако не вовремя.
– Только не он! – пробормотала я.
Не хватало еще… магистра Ваза, который, по словам Сайари, был в меня влюблен. Влюблен он в Аришшу, это и ежику понятно!
Тут отец Ландар остановился, чтобы благословить прихожан. Маги воспользовались всеобщим замешательством и потащили меня вверх по ступеням. Пока я не увидела… Боги! Руки, тянущиеся из толпы к отцу Ландару… На некоторых из них не только розовые пятна, но и язвы от уже развившейся болезни. Значит… Значит, заразное дыхание, подхваченное летним ветром… Все, кто пришел в Храм, не обладающие иммунитетом, могут заболеть!
Замерла. Вцепилась в черную мантию магистра Шарреза. Повернулась к брату.
– Стойте! Вернее, уходите! Дальше я сама…
Какая же я дура! Зачем их позвала?! Не хватало уверенности, казалось, они смогут помочь… Но своими неразумными действиями подвергла их опасности!
– Лайне! – Антор выглядел растерянным.
– Вы должны уходить, сейчас же! Здесь полно зараженных… Все, кто пришел в Храм, обречены!
– Лайне…
Звук колокола… Вибрация набирала силу, и меня начало колотить. При этом я чувствовала, как тугой светлый ком появился внутри тела. Рос, увеличивался в размерах. Мне надо было в Храм. Сейчас же!
– Сделай то, что должна! – сказал Светлый маг. – Ни о чем не думай!
– Да уходите же вы! – отпихнула его в сторону, столкнув со ступени.
Стоявшие позади нас возмутились, заорали.
– Вы тоже уходите! – крикнула им. – Бегите отсюда!
– Прекрати истерику! – рявкнул магистр Шаррез.
– Но…
– Видишь ли, я первый раз пришел в Храм, – с усмешкой произнес Темный. – Поэтому не порть мне радость посещения! И я испытываю искреннее рвение…
Я увидела, как взметнулся худой и крепкий кулак магистра, и он врезал здоровенному детине, пытавшемуся спихнуть нас со ступеней. Сзади вновь возмутились, но тут очередь пришла в движение, потянулась за священником. Наседала на нас со всех сторон, пыталась расплющить. Антор отгородил нас прозрачной магической стеной. Ненадолго. Толпа выдохнула возмущенно, кто-то попытался отпрянуть, но задние напирали, орали. Брызгали слюной. Кричали, что во всем виноваты проклятые маги. А еще – правительство, богатеи и какой-то магистрат Кирмих.
Кровь из разбитых губ… Кривые зубы, язвы на щеках, лихорадочный румянец, бледные, напуганные лица; рты, извергающие проклятия. Толпа подхватила, сжала со всех сторон. Потащила вперед, словно прибой – морскую гальку. Я споткнулась, отбив ногу об ступеньку. Чуть не упала, но магистр Шаррез удержал. Тут увидела старика в белых одеждах, стоявшего на парапете неподалеку от входной двери. И я узнала его. Тот самый слепой провидец, которого видела на рынке в Теоке! Он тоже меня узнал. Вернее, увидел то, что не мог, чего не должен…