Оксана Гринберга – Расправить крылья. Магическая Академия (страница 9)

И вот я уже достаю из темных бархатных недр, удивляясь легкому привкусу незнакомой мне – но безвредной, определенно! – магии, хрупкий цветок. Довольно большой – размером с ладонь, с нежно-голубыми лепестками, окружающими наподобие звездных лучей сложное, ярко-желтое соцветие. Стебелек и листья казались покрытыми мелкими белыми ворсинками, похожими на снежинки, словно его вот-вот достали из сугроба. Обманчивое впечатление – цветок излучал едва заметное тепло, будто бы сам был маленьким солнцем.

От него шел тонкий, нежный запах, который я доселе никогда не встречала.

Осторожно положила хрупкий дар на стол – как самую большую на свете редкость! Затем еще раз заглянула внутрь, решив проверить, нет ли в коробке записки от дарителя. Но она оказалась совершенно пустой. Пожав плечами, задумалась, куда бы поставить… Ни одна ваза в нашем доме – мы жили довольно скромно, хоть и в привилегированном Квартале Магов, – не была достаточно хороша!

– Голубой эдельвейс, – вспомнив, что Агнес все еще дожидается ответа и, похоже, теряет терпение, сказала сестре. – Очень, очень большая редкость! Встречается высоко в горах… Причем, настолько высоко, что не только найти, но и достать его практически невозможно.

– Выходит, все же кто-то достал… Для тебя, Заринка! – произнесла сестра восторженно. – А вот мне еще никогда не дарили эдельвейсов!

В ответ я пожала плечами, потому что до сих пор не верила…

– Мне всегда казалось, что это всего лишь красивая легенда, – сказала ей. – И что голубых эдельвейсов не существует на свете. О них слагают стихи, их красоту воспевают барды, тогда как…

– Но ведь это же символ любви! – Агнес сверкнула озорными глазами. – Как ты можешь сомневаться в его существовании?.. Кстати, кто же твой герой, сестричка?! Кто тот смельчак, который, рискуя свернуть себе шею и прочие части тела, все же полез в горы, нашел и сорвал… Или же купил его за неразумную сумму?!

– Не имею ни малейшего понятия! – отрезала я.

Потому что я вовсе не собиралась ей рассказывать! Конечно, можно было бы попробовать, но решительно настроенная выдать меня любым способом замуж Агнес, буквально в каждом видящая моего потенциального жениха – и плевать ей на то, что я могу выйти только за принца! – все равно бы мне не поверила. К тому же подарок, который доставил мне посыльный, был вовсе не символом любви, а…

Демоны разберешь, что бы это значило!

– Не знаю! – твердо сказала я, хотя прекрасно знала. – И нечего на меня так смотреть!

***

Все началось еще в среду, на уроке по драконьему языку. Это было в первый наш день в Академии, потому что учебу из-за произошедшего на торжественной линейке отложили ровно до момента, пока все пострадавшие не покинут медицинский корпус. В цепких объятиях магини Сансир оказалось около двадцати адептов с первого курса и еще несколько с пятого, так что почти все кровати в медкорпусе были заняты.

Иногда я думала, насколько же нам повезло, что никто не погиб под обломками Старой Башни! Пусть несколько первокурсников были на грани между жизнью и смертью, но магине Сансир все же удалось вернуть их в наш мир. Срастить магией кости, залечить поврежденные органы, чтобы, оставив в медкорпусе на пару дней, отправить учиться…

Впрочем, эти дни пролетели слишком быстро, и в среду уже начались регулярные занятия. В первый же учебный день мы вспомнили все, что успели благополучно забыть за долгое лето, на Защите от Темных Сил у магистра Боруса. Затем было практическое занятие по Стихийной Магии, после которого у меня слегка подрагивали руки, мешая писать контрольную по Мироустройству у пожилого магистра Таллиса. Наконец, я немного передохнула на Целительстве, где пострадавшие на торжественной линейке подробно расписывали магине Ресату свои травмы и способы их лечения… И вот мы уже заняли свои привычные места в старой аудитории магистра Нирзона, которая обзавелась другим хозяином. Парни держались настороженно, не зная, что ожидать от магистра Донейла. Зато почти все однокурсницы смотрели на нового преподавателя, сокрушительно красивого в черной мантии, подчеркивающей смуглоту лица, его светлые волосы, спадающие до плеч, и ярко-синие глаза, влюбленными взглядами.

Наконец, началось занятие. Магистр принялся задавать вопросы, и тут многим стало совершенно не до любви/ Вскоре староста, довольно пространно владеющий драконьим, попытался объяснить, почему… Почему так вышло, что почти никто из пятого курса Светлых – за исключением Зарины и Тайлана Кромундов, которые выучили драконий еще до поступления в Академию – не владеет языком Островного Королевства. Этому было вполне логическое объяснение – ведь последние четыре года мы только и делали, что зубрили стихи! Тут магистр Донейл попросил кого-нибудь рассказать… Продекламировать ему на выбор стихотворение.

– Любое, можно любимое, – улыбнулся он. – Ну же, смелее! Я пока еще не кусаюсь, но все же не стоит меня доводить до этого… интересного момента.

Тут же взметнулось несколько рук – почти все девчонки захотели блеснуть своими знаниями поэзии Островного Королевства. На миг мне показалось, что магистр взглянул на меня, словно спрашивал, а почему же и я не хочу… Кстати, а почему бы и нет?! Чувствуя, что краснею – вот же глупая, мне-то чего бояться, ведь мы с Тайланом знали этот язык в совершенстве, так же, как и языки скизов и викингов, – подняла руку.

Правда, мы с Эмилией сидели на последней парте, давно забившись в уголок от сонного взора старого магистра Нирзона, поэтому шансы блеснуть своими знаниями у меня были довольно скудными. Каково же было мое удивление, когда в большой аудитории прозвучало:

– Зарина Кромунд.

Я поднялась, собрав завистливые взгляды однокурсниц. Затем, прикрыв глаза, принялась рассказывать. Выбрала единственное стихотворение, в котором не было про океанские волны и жаркое солнце Королевства драконов или же про неведомые мне красоты Зареба, где я никогда не бывала. Вместо этого пересказала поэму драконьего рифмоплета, в которой шла речь о величественных горах Севера и заснеженных вершинах, спящих мирным сном со дня сотворения мира. А еще про голубой эдельвейс, растущий так высоко в горах, что найти его, отчаянно рискуя, мог лишь искренне влюбленный…. Тот, чье горячее сердце бьется слишком быстро, и ему не страшен вековой холод ледников. Ведь он готов на все – даже на то, чтобы распрощаться с жизнью! – лишь бы убедить свою избранницу в своей любви и преданности…

– Спасибо! – глухо отозвался магистр, и я, растерянная – подозреваю, я вложила в эти стихи куда больше смысла, чем хотела! – села на место.

– Красиво, – шепнула Эмилия. – Я даже прослезилась!

Не она одна – на передних партах отчетливо шмыгали носом.

Зато наш новый преподаватель совершенно не прослезился! Выслушав еще нескольких – о мраморных храмах Зареба и Фонтане Желаний, к которому идут Истинные Пары перед свадьбой, – приказал раскрыть рабочие свитки и… «обрадовал» нас контрольной по запутанной грамматике его родного языка.

Ох уж эти бесчисленные множества склонений и спряжений вместе с огромным выводком неправильных глаголов, что отравляли мне существование очень-очень долго!..

После контрольной магистр Донейл задал нам на дом столько, что мы его сразу же зауважали.

…И вот теперь такой неожиданный подарок!.. Безумно красиво, крайне символично, но… Зачем?! Да и наш ли преподаватель был неизвестным дарителем? Может, эдельвейс мне прислал кто-то другой, не удосужившийся приложить записку? Дернувшись, взглянула в окно, за которым давно уже стояла черная-пречерная ночь, потому что мне показалось, что в полутемном внутреннем дворе промелькнула чья-то тень. Прищурила глаза, но так никого и не разглядела. Наверное, мне показалось… Да и охрана, что несла круглосуточное дежурство, я уверена, не прозевала бы чужака!

Наконец, пристроила цветок в вазу, затем мы вместе с Агнес спустились в гостиную. Тайлан, развалившись в кресле возле затопленного камина, потягивал красное вино, которое пить нам не дал. Сказал, что мы еще не доросли… За это Агнес на него обиделась и принялась дуться. Впрочем, надолго ее не хватило, и она перекинулась на меня.

– Уверена, ты знаешь от кого! – продолжила она допрос. Тем временем мы уселись за стол, на котором все еще стоял недоеденный ужин. Кухарка обрадовала рыбным пирогом, вкусным настолько, что я съела целых два куска!

– Ну же, Заринка, ты можешь мне все рассказать, – говорила Агнес, уплетая пирог за обе щеки. – К тому же я твоя сестра, и имею право!..

– Вообще-то ты – моя младшая сестра, – поправила ее. – Так что твои права довольно ограниченны…

– Ты ведь знаешь, что я все равно не оставлю тебя в покое! Не пойду спать и тебе не дам, пока ты мне все не расскажешь!

Знала. Не пойдет и не даст!

– От Логана Кирша, – соврала ей, чтобы Агнес от меня отвязалась. Тайлан в легком изумлении поднял бровь. – Я решила, что пойду на Осенний бал с ним. Вот он и… расстарался!

На самом деле, подарком от Логана были длинные золотые серьги с черным гранатом, которые мне принесли сегодня днем, когда я вернулась с рыбного рынка вместе с экономкой и целой свитой охраны. Агнес серьги не видела – убежала гулять с Маркусом, хотя ее ждал здоровенный реферат по Стихийной Магии, заданный на понедельник. Впрочем, это были ее личные проблемы. По мне даже лучше, что не видела, потому что я тут же отправила их обратно!