Оксана Гринберга – Мама из ниоткуда (страница 4)

Зигурт, поморщившись, устремил взгляд на племянника.

– Как считаешь? – спросил он у Маркуса.

Сын его младшей сестры хранил молчание, уважительно позволяя дяде закончить беседу с королем. Настоящий ДерХарр – высокий, мощный, тренированный – напоминал Зигурту его самого в молодости.

Именно Маркус был тем, на кого Зигурт возлагал свои надежды. Знал, что Бенджи долго не протянет – здоровье короля, подорванное несдержанностью в еде и вине, давно уже пошатнулось.

Из всех оставшихся ДерХарров, прямых потомков тех, кто возводил Тал-Кайеш, один лишь Маркус был способен произвести на свет наследника, продолжателя их рода и носителя полного Дара Крылатых Богов.

Именно так до этого момента считал Зигурт.

Теперь же, если верить рассказу Бенджи, могло быть еще и незаконнорожденное дитя, обладавшее магическим даром ДерХарров.

– Рингулы, – задумчиво произнес Маркус. – Вороватый кочевой народец, по слухам, берущий истоки из южного Риганора. По тем же самым слухам, рингулы тоже были одарены Крылатыми Богами, потому что якобы украли колеса с телег, на которых Последних из Драконов изгоняли из Бриарона.

– И Боги решили, что рингулы сделали это по доброте душевной, так как не желали Их изгнания, – пробасил король, заправляя за ворот салфетку.

Живот у него был настолько объемным, что салфетка улеглась практически параллельно полу. Но король продолжал есть и наслаждался этим процессом – ничто не могло помешать Бенджи который год подряд устраивать состязания лучших поваров, финал одного из которых уже скоро должен был пройти в Амвеере.

– Рингулы воруют все, что плохо или хорошо лежит, – продолжил Маркус. – Я уже имел с ними дело, так что смело могу сказать: сочувствие не в их природе.

Его замечание осталось незамеченным королем – Бенджи, не скрывая своего нетерпения, уставился на появившегося в дверях лакея с огромным серебряным блюдом, накрытым крышкой. И уже очень скоро Овальный Зал наполнился ароматом фаршированной грибами и специями дичи.

– Тот всплеск родовой магии рядом с Белым Маревом, – Маркус не обратил внимания на еду, – я много об этом думал. Йорган сейчас в Пайсе, но он на такое вряд ли способен. Так что остается либо кто-то из неизвестных нам ДерХарров, что подтверждает слова дяди, – он взглянул на короля. – Либо это было нечто, не поддающееся нашему разумению.

Зигурт поморщился – последние слова племянника не слишком-то пришлись ему по душе.

– Это означает, Маркус, что нам стоит как можно скорее разыскать тех рингулов! Если дите существует, мы должны найти его первыми, пока его не разыскал и не присвоил себе кто-либо другой.

– Получается, ребенку сейчас должно быть шесть с небольшим, – произнес Маркус. – Да, именно в этом возрасте как раз просыпается магия. – Затем понизил голос: – Но я все же серьезно сомневаюсь во всей этой истории, – и кинул взгляд на короля, который с урчанием облизывал блестящие от жира пальцы.

– Ты прав, Маркус, надежды мало! – согласился Зигурт. – Я тоже склоняюсь к тому, что ребенка не существует, и тот всплеск магии, скорее всего, имеет такую же непонятную природу, как и Белое Марево. Но я хочу, чтобы ты съездил и взглянул на все своими глазами. Разыщи эту… Как ее…

– Донку, – произнес Маркус.

– Да, Донку и ее табор. Если она жива, выясни, была ли она беременна и что стало с тем дитем.

Маркус не стал возражать. Легко поднялся на ноги – у него было мощное, тренированное тело – и подошел к висевшей на стене карте, часть которой занимало белесое пятно, с каждым месяцем все увеличивавшееся в размерах.

Правда, усилиями ДерХарров удавалось сдерживать его рост на востоке и севере обитаемого мира, тогда как запад и юг постепенно отдавали свои земли на растерзание аномалии непонятной природы.

– Насколько я понимаю, всплеск был здесь, – Маркус ткнул пальцем в гористую местность рядом с перевалом Узгур, как раз на границе Тарии и Истаны.

– Ты прав, – кивнул Зигурт. – Его заметили наши патрули, но при этом не заметили в Пайсе…

– Ничего нового, – усмехнулся Маркус. – Вернее, от Йоргана ничего другого я и не ожидал.

Зигурт кивнул.

– Проверь, что это было, а заодно и взгляни на наши метки. Тарийцы шлют нам скорбные письма, потому что Йорган, судя по всему, не справляется со своей задачей.

– А когда он справлялся? – отозвался Маркус. – Моего троюродного брата всегда больше интересовали выпивка и девицы из портовых кабаков. – Затем добавил: – Я все сделаю, дядя!

– И вот еще, – произнес Зигурт, решив, что пришло время поставить племянника в известность. – Когда вернешься, тебе предстоит исполнить священный долг каждого из ДерХарров. Жениться, Маркус, – пояснил он, – на той, на которую укажут тебе жрецы и маги. И молиться, чтобы твой брак оказался куда более… плодоносным.

Маркусу его слова пришлись не слишком-то по душе. На лице племянника заиграли желваки, но Зигурт знал, что тот не посмеет ослушаться. Как истинный ДерХарр, он выполнит свое предназначение.

– У меня есть старшая сестра, – вместо этого произнес Маркус. – У той двое близняшек, и каждый из них в меру обладает драконьей магией, так что наш род не прервется. К тому же кровь ДерХарров есть еще и…

Их осталось десять – наследников Крылатых Богов. Но только у троих – у Бенджи, Зигурта и Маркуса – драконья магия проявилась в полной силе. Первый советник знал, что это означало – со следующим поколением их Дар практически исчезнет.

Если, конечно, Маркус не подведет.

Именно поэтому следовало проверить, что вышло из связи Беджи и той рингулки. Еще один носитель драконьей крови и магии им не помешает, хотя королеве Мадделин это вряд ли придется по душе.

Та всеми силами старалась протащить на трон своего сына – слабого здоровьем и не блещущего особым умом бастарда Эверта.

Ничего, он найдет на королеву-распутницу управу, решил Зигурт, а то в последнее время она совсем уж распоясалась! Пока он жив, на трон Бриарона никогда не сядет тот, в ком нет ни капли крови ДерХарров.

Это означало бы не только его личный проигрыш и закат династии, но еще и то, что очень скоро Белое Марево, до сих пор сдерживаемое магией ДерХарров, доберется и до Бриарона.

То же самое произошло с приграничными частями Риганора и Истара, переставшими существовать, и с исчезнувшими с лица земли Контрикой и Зорвенией.

Зигурт ДерХарр не собирался допускать подобного.

***

Кайвин выполз на раскаленный камень площади, когда солнце уже перевалило зенит. Потрескавшийся и засыпанный мелким песком мрамор ощутимо горячил лапы, но Кайвин терпеливо стоял, дожидаясь появления второго Хранителя.

Переступал с одной лапы на другую, пока, наконец, не увидел, как его сородич, тоже очнувшийся от многовекового сна, с трудом протиснул длинное варанье тело, ощетинившееся по позвоночнику роговыми отростками, из дыры в фундаменте стелы, восславляющей былое величие Драконьих Богов.

Дождавшись, когда второй Хранитель обведет осоловевшим взглядом площадь, Кайвин решил, что дал тому достаточно времени, чтобы прийти в себя. Пора уже было приступать к миссии!

Поэтому он повернулся и направился в сторону Центральных Ворот.

Они ползли молча. Их путь лежал через когда-то прекрасный, а теперь заметенный песком и полуразрушенный временем и ветрами Тал-Кайеш.

Рийвин, второй Хрантель, то похрюкивал, то тяжело сопел, топая следом. Затем принялся вздыхать и делал это через каждые пару шагов. Но Кайвин не спешил останавливаться, хотя очень скоро его начало это порядком раздражать.

Но он знал, насколько важна их миссия. Та, которую они были приставлены охранять, находилась сейчас на северо-востоке от Тал-Кайеша, и им придется проделать длинный и долгий путь, чтобы до нее добраться.

Он чувствовал ее сердцем Хранителя и еще ощущал, что они должны поспешить: ей грозила опасность.

Но слабая нить, которая связывала Кайвина и его хозяйку, все время грозила прерваться. Виной тому были сопение Рийвина и его недовольные мысли – у двух Хранителей сразу же установился ментальный контакт.

«Говори уже! – наконец, не выдержал Кайвин. Остановившись, он повернул голову. – Что именно тебя не устраивает?»

И тот не замедлил вывалить на него все, что накопилось на душе.

«Я только что очнулся, но мне почему-то сразу же надо куда-то ползти! – выпалил он. – Почему Боги не дали нам больше времени, чтобы прийти в себя?!»

«Потому что Они нам его не дали, – стараясь не раздражаться, пояснил Кайвин. – Им угодно именно это, и мы должны исполнять Их волю».

Как по нему, это было вполне исчерпывающее объяснение.

«Их волю, Их волю!.. – пробурчал в ответ Рийвин, нисколько не удовлетворившись ответом. – Что мы знаем об Их воле?!»

«То, что Они ее высказали, когда нас оживили, – холодно отозвался Кайвин. – Или же ты сомневаешься в Их решениях?!»

«Нет, я нисколько не сомневаюсь! – сразу же пошел на попятную второй Хранитель. – Но что мы знаем о той, которую нас послали защищать?»

«Ничего!» – отозвался Кайвин.

«Тогда как же мы ее найдем?»

«Мы ее найдем!» – произнес он уверенно, но все-таки призадумался.

Его нисколько не тревожило, что нить, связывавшая его с хозяйкой, может оборваться, – сейчас он ясно ощущал далекое и быстрое биение человеческого сердца и понимал, что сможет найти ее всегда.

Его волновало другое.

Последние полчаса они преодолевали Площадь Славы. Несмотря на то, что Кайвин спешил, до конца этой самой площади было еще далеко.