Оксана Гринберга – Краткое пособие по выживанию для молодой попаданки (страница 4)
– Родители? – спросила у него.
Оказалось, родители давно уже умерли. Но была та, которую он очень любил. Правда, она вышла замуж за другого.
Я сочувственно повздыхала. Да, не сказать, что хорошо вышло!
Впрочем, у него были друзья, к которым он уехал в Уграр, где ему подыскали место в Академии Эзенфора. Все эти восемнадцать лет Робер преподавал, занимался исследованиями и даже имел собственную лабораторию, спонсируемую королевской семьей Уграра. Получил Седьмую Ступень, хотя мог вы и Высшую… Но не сподобился, его куда больше занимали собственные магические изыскания.
Нет, так и не женился, и детей у него тоже нет. Не сложилось, ответил на мой осторожный вопрос. Затем у него снова все пошло кувырком. В самом сердце Академии Эзенфора зрел заговор против власти Этерии. К заговорщикам Робер не примкнул, но был в курсе. Участвовать отказался, потому что его куда больше интересовали магические сферы, чем земные.
Заговор раскрыли, магов безжалостно казнили. Его тоже собирались, но на этот раз этерийское правосудие, к удивлению, оказалось к нему милосердно. Робера помиловали, не найдя доказательств его участия. Зато конфисковали все имущество – и в Эзенфоре, и дом родителей в Фрисвиле – обвинив в пособничестве. Вернее, в том, что он знал, но не донес. Оставшиеся деньги Робер истратил на адвокатов, решив добиваться справедливости, но так и не смог.
Академию в Эзенфоре расформировали. Лишившись поддержки королевской семьи, боявшейся дышать в присутствии этерийских военных, свою лабораторию он тоже потерял. Оставшись без средств к существованию, Робер отправился в Фрисвиль, где его друг нашел ему место в местной Академии.
К тому же, его старая любовь… Она овдовела не так давно, и это означало…
– Теперь у вас есть надежда! – заявила ему.
– Нет у меня никакой надежды! – оборвал меня Робер. Произнес слишком резко, и я поняла, что все еще болит, ничего не прошло! – Хочу лишь посмотреть на нее, проносящуюся мимо в своей золотой карете… Эльсана – богатейшая вдова не только Фрисвиля, но и во всей Лургии. Банки Вестерброков и сеть ломбардов по всей стране, не слышала? Ах, ты же ничего не помнишь…
Покивала. Не помню!
– Я даже дорогу эту выбрал в слепой надежде, что она продет по ней из деревенского поместья в сторону Фрисвиля! – добавил магистр. – Эльсана всегда любила жизнь в деревне.
Затем он замолчал и долго не реагировал на мои робкие попытки его растормошить. Вяло отбрыкивался, пока не стал рассказывать о стихийной магии и о том, что мне надо развивать свои способности. Ведь стоит только почувствовать магические потоки, как…
Тут мы подошли к очередному повороту, и Робер замер. Замолчал, а я, порядком уставшая – да и Вася в своем глиняном горшке давно уже оттянул мне все руки! – уставилась на открывшуюся за ним картину.
Позолоченная карета – как в сказках о Золушке! – с запряженной в нее белоснежной двойкой, и черным гербом на боку, на котором две конские головы уставились друг на дружку, не только увязла в здоровенной грязевой луже, но и потеряла в ней переднее колесо. Второе тоже утонуло, причем, так глубоко, что карета порядком накренилась, грозя вот-вот зачерпнуть водицы или даже рухнуть в лужу со всеми своими шелковыми красными занавесками. Сопровождавшие уже слезли с лошадей и прикидывали, как из всего этого выбраться.
Кучер – краснолицый дядька с кнутом в руках – зычным голосом давал советы, но в лужу не лез. Вместо него полезли двое лакеев в красно-золотых ливреях. Стояли по колено в воде, пытаясь разобраться, то случилось с колесом.
Светловолосая женщина в синем платье и короткой, подбитой мехом накидке замерла в густой траве неподалеку. Стояла к нам боком и безучастно разглядывала происходящее. Я уставилась на ее точеный профиль и золотистые локоны, выбившиеся из прически. Затем повернулась к Роберу. Открыла рот, собираясь у него спросить…
И тут же со стуком его закрыла.
На него было страшно посмотреть! Лицо побелело, глаза расширились. Затем магистр какой-то там Ступени и вовсе попятился, а я… Я сразу же обо всем догадалась! Подозреваю, эта и была та самая вдова, на которую он собирался взирать лишь украдкой, когда она будет проноситься мимо в золотой карете. Теперь же ее карета застряла в грязи. В грязи, которой было совершенно все равно, сколько у проезжающего через нее денег!
– И куда это вы?! – поинтересовалась я, преградив Роберу дорогу. Конечно, шансов против здоровенного магистра у меня было мало. Но на моей стороне разум, а на его – разрозненные чувства. – А как же помочь?! Ну, колесо там накачать или же карету подтолкнуть?!
– Она… Это она! – пробормотал Робер Хартен. – Эльсана Вестерброк!
– Я уже догадалась! – Есть в жизни место совпадению, называется! В моей они случались довольно часто, и я привыкла им доверять. – Ей нужна ваша помощь. Робер, прошу вас!
– Ей помогут и без меня!
– Робер, но ведь вы мечтали об этой встрече!
Он не собирался меня слушать, вместо этого думал трусливо сбежать. Тогда я мысленно потянулась к Рваному Уху, промышлявшему со своей стаей неподалеку. Подивившись легкости, с которой достучалась до волков, попросила у них о небольшой услуге. И тут же из леса донеслась печальная звериная песнь о том, как сильно хочется им кушать, а добычи все нет и нет…
– Волколаки! – захлопала я глазами. – Это какой-то ужасный ужас! А что, если они нападут? А что, если они нападут на вашу Эльсану?! Вы ведь маг, Робер, а она совершенно беззащитна!
Пяток охранников, бодающихся в луже с колесом, не в счет.
Тут волки зашли на второй куплет, и Робер решился. Расправил плечи, пригладил спутанные темные волосы, после чего отправился к увязшей в грязи карете. Я засеменила следом, мысленно ругая Васю за то, что он такой тяжелый. У меня уже руки скоро до земли будут, и смогу как обезьяна по деревьям лазить!
Эльсана Вестерброк, кстати, оказалась очень красива – трогательная блондинка средних лет, сероглазая, тоненькая и белокожая, с бледным румянцем на нежных щеках. Она смотрела на Робера с изумлением. Как и он, Эльсана Вестерброк не ожидала подобной встречи и совершенно растерялась. Да так, что маленькая, расшитая бисером золотая сумочка выпала из ее рук.
Эльсана что-то порывалась спросить, но Робер даже слушать ее не стал! Поднял и молча всучил ей сумку – вот же мужлан! И никакого тебе «здрасте – до свидания!» – после чего принялся помогать. И тут же карета, послушная заклинанию и магическим вихрям, сорвавшимся с его ладоней, довольно резво покинула недружелюбную лужу, заставив лошадей нервно всхрапнуть, а меня вытаращить глаза. Затем магистр Хартен все так же придержал ее с помощью воздушной стихии, дав возможность двум лакеям приладить к ней колесо. После чего они принялись обсуждать сложности починки средневековой рессоры в походных условиях.
Я стояла чуть в стороне и так же, как и хозяйка кареты, наблюдала за происходящим. Мне показалось, что Эльсана Вестерброк напоминает мне мою приемную маму, но я уже ни в чем, ни в чем не была уверена!..
Проклятая память!
Наконец, закончив с каретой, Робер подошел к ее хозяйке. Она ему нерешительно улыбнулась. Затем перевела взгляд на меня, после чего снова на магистра Хартена и… Лицо вдовы Вестерброк изменилось.
Нет, она не должна была ни о чем таком подумать! Мы вовсе с ним не вместе!
Внешность у меня такая – при желании и с отсутствием или же использованием косметики я могла сделать из себя либо невинную школьницу, либо коварную соблазнительницу. Кажется, Эльсана увидела во мне последнюю, поэтому улыбка, обращенная Роберу, потускнела.
– Спасибо за помощь, Робер Хартен! – произнесла она, поджав губы. Голос у нее был молодой и звонкий. – Премного тебе благодарна!
– Эльсана… Эльсана Вестерброк! – пробормотал он. – Как же я рад тебя видеть!
Протянул ей руки, но она остановила его холодным взглядом.
– И я, Робер! Я тоже рада повидать тебя после стольких лет… Но мне уже пора! Я спешу в город и желаю тебе и твоей…
– А я его дочь! – выпалила я, подходя к ним, потому что решила взять все в свои руки.
Ведь магистр Хартен так и останется стоять, хлопая глазами, а она возьмет и уедет! Уедет от него в своей золотой карете, подумав, что я – его молодая жена или же подруга! А жизнь, она такая, второй шанс выдает довольно редко, попробуй еще его допроситься. У меня получилось, но, кто знает, чем еще за это придется расплачиваться?!
– Дочь? – растерялась Эльсана. Вновь посмотрела на меня, но уже совсем другим взглядом. Удивленным, растерянным.
– Ну… Так уж вышло! – неопределенно произнес Робер, взглянув на меня укоризненно. – Так сложилось… Причем, совершенно неожиданным для меня образом!
Ничего, он потом еще меня поблагодарит!
– Мама нас бросила, когда я была совсем маленькая! – самозабвенно соврала я. – А папа меня вырастил, сам! Он у меня большой молодец. Теперь мы идем с ним в Фрисвиль и давно уже идем! С самого утра…
Эльсана оттаяла. Взглянула на меня еще раз, но с интересом – нет, на темноволосого Робера я совсем не походила. Куда больше походила на нее– такая же светловолосая, худенькая, только вот глаза синие.
– Ах вот как! Но… Быть может, вы не откажитесь проделать остаток пути в моей карете?! – наконец, догадалась она. – Вернее, Робер, я на этом настаиваю!