Оксана Гринберга – Хозяйка пиццерии (страница 28)
– Стой здесь! – приказала мне. – Сейчас я принесу тебе во что переодеться, после чего… Думаю, мы оставим платье снаружи, не станем заносить его в дом. А если завтра утром нас прогонят из прачечной, тогда…
– Тогда мы его сожжем, – согласилась я. – Другого выхода нет.
– Думаешь, никто не украдет? – нахмурилась Линетт.
– Серьезно в этом сомневаюсь, – ответила ей. – А если даже стащат, то это будут уже их проблемы.
А сама подумала: как же хорошо быть дома!
Ночь выдалась прохладной и не самой спокойной. Но перед тем как улечься спать, я все же успела многое переделать.
Во-первых, переоделась и вымылась.
Травяным шампунем и душистым мылом со мной поделилась Беата. Зато Регина посоветовала тереться получше, потому что ее комната по соседству с моей и она не хотела бы всю ночь чувствовать этот отвратительный запах.
Во-вторых, спустившись на первый этаж, я перепробовала все, что успели приготовить Эрик с Линетт, занимавшиеся составленным мною меню.
Мне принесли несколько видов пиццы: с копченой ветчиной и сладким луком, с помидорами и базиликом, жареной курицей и еще с чем-то острым, от чего у меня даже выступили на глазах слезы.
Мы принялись оживленно спорить, но все-таки договорились, что оставим эту пиццу в меню с пометкой: «Для любителей острых ощущений».
Затем Линетт принесла два вида равиоли, которыми она и занималась, – с сыром и грибами, – а на десерт они с Эриком попробовали приготовить что-то похожее на панна-коту с крошкой из жареного миндаля.
Румо тоже не остался без угощения – доел за мной и пиццы, и равиоли, и десерт, после чего, довольный, завалился спать.
Я же в красках и лицах пересказала подробности недавнего боя с Темными в Тарфене, после чего отправилась наверх. Улеглась на пол в своей комнате, жалея, что мы так и не успели заказать кровати. Зато у нас наконец-таки появились шторы…
Зевнув, подумала, что все идет по моему плану – ну, с небольшими отвлечениями на Темных. Завтра утром мы получим документы, скоро прибудет заказанная мебель, меню выходит отличным, так что можно подыскивать типографию. Заодно не помешает подумать о вывеске, рекламе и…
Тогда-то я и заснула. Буквально провалилась в черную дыру мира сновидений, где пребывала ровно до середины ночи, пока меня не разбудил чей-то настойчивый взгляд.
Открыла глаза. Оказалось, рядом стоял Румо и смотрел на меня сверху вниз.
– Ты меня так до приступа доведешь!.. – пробормотала я. – Что случилось? Тебе что, приснились вонючки?
На мой сомнительный юмор Румо не отреагировал.
«На улице кто-то ходит, – заявил он. – Хочу проверить, но не могу открыть дверь».
И все потому, что я долго ныла, и мужчины буквально из ничего соорудили отличный засов, которым мы и заперли дом на ночь.
Я села и потерла лицо, пытаясь прийти в себя.
– Сейчас, – сказала Румо.
Натянула платье, после чего мы с ним спустились на первый этаж.
– Уверен, что ты хочешь туда идти? – спросила я у охотника, когда мы остановились у двери.
На всякий случай я еще и стянула к ладоням магию.
Он был уверен и уже скоро выскользнул в ночь, а я осталась на крыльце. Стояла, озираясь и неуверенно всматриваясь в черноту спящего города, но так ничего и не увидела.
Зато услышала негромкое рычание. Подошла – оказалось, Румо стоял над коробкой, в которую мы сложили мое изгвазданное платье, оставив ее за углом дома, под навесом для дров.
– И что тут такое? – спросила у него растерянно.
Но потом почувствовала и сама.
Да, после того, как Раэль попросил меня помочь следствию и вычислить убийцу по магическим вибрациям, я наловчилась улавливать эти самые вибрации.
Но сюда приходил вовсе не тот, кто убивал женщин на улицах Энсгарда и с кем я нечаянно столкнулась на одной из этих улиц. Здесь были те, кому не место в этом мире.
Темные!..
Кажется, именно здесь они и стояли, возле этой самой коробки. Наверное, принюхивались, пытаясь понять, почему от нее пахнет кровью их сородичей, а потом глядели в спящие окна нашего дома, стараясь сообразить, что к чему.
Догадались ли они о том, что я здесь живу, – этого я не знала. Зато отчетливо осознала, насколько опрометчиво поступила, пожалев платье, которое могло навлечь на нас страшную беду!
– Пора с этим заканчивать! – пробормотала я, вскидывая ладонь.
Вспыхнуло пламя, на что Румо согласно зарычал.
Коробка и подарок Раэля уже скоро исчезли в магическом огне.
Мы же стояли и смотрели, как догорает пламя, после чего вернулись в дом, и я думала о том, что сдавать утром в прачечную больше будет нечего.
А потом наступило то самое утро. Перед ним я все-таки провалилась в беспокойный сон, но встала в хорошем настроении, уговорив себя, что ничего страшного не произошло.
Темные в любом случае рыскают по всему Энсгарду. Вот, заглянули они и в наш переулок. Потоптались возле моего платья, после чего пошли себе дальше…
Не успела я толком одеться и расчесаться, как меня позвали вниз. Оказалось, по мою душу явился посыльный – подросток лет пятнадцати в темной куртке с вышитым на груди символом городской королевской почты.
В руках он держал коробку, перевязанную темной лентой.
Посылка оказалась для меня, и я понимала, что внутри может быть что угодно – от отрубленных конечностей животных до…
– Коробку и записку велено передать вам лично в руки, – сообщил парнишка, протягивая мне и одно, и другое.
Я осторожно взяла коробку, после чего задвинула за посыльным засов.
Линетт смотрела на меня с нетерпением. Из кухни выглянули еще и Эрик со Стейси, а со второго этажа чинно спускался Кирк, вокруг которого прыгали близнецы – похоже, эти трое нашли общий язык.
Все хотели узнать, что мне прислали на этот раз.
Но сперва я развернула письмо. Сломала печать, перед этим вздохнув с облегчением, потому что разглядела на ней башню и дракона – герб Валкрестов.
«Надеюсь, этот небольшой подарок поможет тебе скрасить не слишком приятные воспоминания о прошлом вечере», – писал мне Раэль.
Внутри коробки оказалась еще одна – бархатная, с золотистым логотипом неизвестной мне компании. Так вот, в той коробке, которая лежала в коробке…
И нет, там вовсе не была третья коробка.
Вместо нее на бархатной подставке я увидела золотой браслет – тонкая работа, искусное переплетение золотых нитей и таких же цветов, усыпанных драгоценными камнями, мерцавшими в утреннем свете розовыми, зелеными и малиновыми отблесками.
Украшение, без сомнения, стоило целое состояние, и я порядком растерялась, не зная, как с ним поступить.
– Примерь, – подсказала Стейси. – За примерку деньги не берут. А потом решишь, что делать дальше.
И я примерила – браслет легко защелкнулся на моем запястье. Идеально подошел по размеру и приятно холодил кожу, словно всегда был моим.
– Красиво! – с придыханием произнесла подруга, и я, конечно же, с ней согласилась.
Думала уже снять, но тут, как назло, снова застучали в дверь. Причем довольно настойчиво – мне даже показалось, что в нее заколотили ногами.
Вздохнув, я отправилась открывать и Румо с собой позвала.
На пороге стоял Дайхан – на этот раз без цветов, но, как оказалось, с предложением.
– Доброе утро, – заявил мне. – Ты чудесно выглядишь!
– Угу, – отозвалась я, подумав, что про него такое бы не сказала.
Не уверена, что он вообще спал прошлой ночью. Заодно давно уже не брился, а резкий запах парфюма не заглушал идущий от него перегар.
– Тебе тоже доброе утро, – добавила я и замолчала, дожидаясь, что будет дальше.
– Я много думал, Элиз! – наконец произнес Дайхан, привалившись к стене, словно ему было тяжело стоять, и не спуская с меня глаз. – Ты запала мне в душу, несмотря на твою драконью кровь и на то, что скоро у тебя вырастут крылья. По-хорошему, мне нужно было оставить тебя и больше никогда не возвращаться…