Оксана Гринберга – Дебютантка, или брачный сезон (СИ) (страница 48)

А тут Молли подала голос!

– Моя госпожа никогда не пойдет работать, – заявила высокомерно. – Потому что она благородных кровев!

– Кровей, – машинально поправила я.

– Вот я и говорю, что не пристало леди Кэмпбелл трудиться, – добавила Молли. – Лучше бы вам выйти замуж за герцога, – и посмотрела на меня с надеждой, – а мы бы с ним позаботились о вашей безопасности!

– Леди Кэмпбелл? – побледнела секретарша. Взглянула на меня растерянно, после чего сделала совершенно неожиданный вывод: – Значит, все-таки жаловаться пришли! Ну что же, сегодня у вас все равно ничего не получится. Наши поверенные будут только завтра, так что… Приходите завтра, леди Кэмпбелл! Или же присылайте своих адвокатов, как делают все остальные. Но знайте, опровержения в «Сплетнике» добиться вам будет очень и очень сложно. Практически невозможно!

И гордо вскинула голову.

– Не собираюсь я ни на кого жаловаться, – успокоила ее, – а вот насчет работы я бы подумала. Это могло бы быть довольно интересно. К кому мне обратиться, чтобы узнать все подробности?

Прояснив этот момент, а заодно узнав, что на деньги за работу внештатным корреспондентом не разбогатеть, я задала секретарше тот самый вопрос, который меня и привел в редакцию «Виенны».

– Парнишка-разносчик – темные волосы, темные глаза. Очень шустрый и, пожалуй, довольно смышленый. Лет так двенадцать… Возможно, тринадцать. – После чего добавила еще несколько деталей. – Мне обязательно нужно его найти.

– И что же такого он натворил на этот раз? – вздохнула секретарша. – Ох уж этот Сэмми Ноллен!

– Значит, Сэмюэль Ноллен, – кивнула я.

– Неужели он вас обворовал? – выдвинула смелое предположение Каролина Майлз. – Нет же, ни в жизни не поверю! Сэмми – хороший мальчик из приличной семьи, он бы до такого не опустился. Просто он попал в крайне затруднительную ситуацию.

И секретарша вздохнула.

– Именно так, попал, – согласилась я. – Но в какую именно?

– Не так давно Сэмми остался круглым сиротой. Мы всей редакцией его жалеем, но… – Мисс Майлз вздохнула во второй раз. – На нашу жалость он себя не прокормит, а зарабатываем мы здесь не сказать, что много.

Я снова кивнула.

– Поэтому мне и нужно его найти, – сказала ей. – Я знаю, что он в сложной ситуации.

Молли открыла рот – кажется, до нее наконец-таки дошло, кем мог быть Сэмми Ноллен. Но на этот раз у нее все же хватило ума промолчать.

– Родители Сэмми умерли довольно давно. Не могу сказать, когда именно. Насколько я знаю, мальчик жил с дядей, и тот работал то ли жандармом, то ли частным сыщиком. Заодно он пристроил Сэмми к нам разносчиком. Потом дядю убили и… – Каролина Майлз вздохнула в очередной раз. – Но Сэмми – домашний мальчик, поэтому он ни в какую не хочет отправляться в приют. Кажется, он сбегал оттуда несколько раз, поэтому мы помогли ему снять комнату и поддерживаем чем можем. Но… Неужели леди Кэмпбелл решила позаботиться о бедном сироте?

– Вы правы, – сказала ей. – Решила позаботиться. Можно мне узнать адрес?

И очень скоро я его получила.

Прикинула – вернее, взглянула на настенные часы на дальнем углу. Сейчас была половина седьмого, то есть до наступления темноты оставалось около полутора часов. Мальчишка жил неподалеку – минут десять езды на кэбе, а то и меньше, – так что у меня все складывалось.

Кроме одного.

– Он снимает комнату не в самом лучшем районе города, – с печалью в голосе возвестила секретарша. – Но это единственное, что мальчик смог хоть как-то оплачивать.

После смерти дяди Сэмми продолжал подрабатывать разносчиком, а заодно на рынке, в цветочных рядах, так что какие-то крохи он все же получал.

При этом в редакции понимали, что подобная ситуация не может продолжаться слишком долго. Ребенок не должен жить один, даже если он не хочет возвращаться в приют.

Только вот забрать Сэмми к себе так никто и не решился.

Ну что же, вот и я решила не вести к Сэмми «хвост» из людей Нейтана или магов Особого Отдела, поэтому спросила у словоохотливой мисс Майлз, нет ли из редакции другого выхода.

Посетовала ей на ненужную популярность, которую обеспечил мне «Сплетник», из-за чего за мной теперь гоняется целая толпа женихов. Вот, караулят меня возле главного входа, нет от них покоя!

На это секретарша сочувственным голосом подтвердила, что они тоже попадали в похожие ситуации. Нет, не с женихами, а с жалобщиками и обиженными аристократами, о которых упоминали в своей колонке и кто не давал им после этого житья.

На такие случаи из редакции существовал запасной выход, который она мне и показала. Вывела нас с Молли дворами на соседнюю улицу, после чего мы мило простились до следующего раза, а я пообещала, что подумаю насчет работы внештатным корреспондентом.

На счастье, я почти сразу же заметила кэб и замахала, подзывая извозчика. Тот уже скоро доставил нас с Молли по указанному адресу, после чего за наши же деньги любезно согласился прождать так долго, сколько потребуется, чтобы мы закончили со своими делами в этом месте.

Обошлось мне это порядком, но я решила не скупиться.

Не в этот раз.

Потому что район, пусть он и находился неподалеку от центра, оказался так себе. Уже не трущобы, но по обе стороны улицы протянулись кривоватые одно- и двухэтажные деревянные дома, возле которых в грязи ковырялась полуголая малышня.

Видавшая виды входная дверь нужного дома была распахнута, в проеме я увидела узкие темные ступени, уходившие наверх.

На меня накатили не слишком-то хорошие предчувствия.

Признаться, я давно ломала голову, пытаясь понять причину, по которой меня мог шантажировать хороший мальчик из приличной семьи Сэмми Ноллен.

Скорее всего, эта самая причина таилась в моем прошлом, о котором смог разузнать его дядя-жандарм. Что-то такое, что, по мнению Сэмми Ноллена, тянуло сперва на четыре сотни дукаров, а потом цена упала до двухсот.

Но все равно была довольно высока.

Ну что же, пусть для меня мое прошлое оставалось скрыто за пеленой амнезии, но я признавала, что в нем могли оказаться довольно неприятные тайны.

Как бы они не поджидали меня в том самом подъезде!

Но тут мне пришлось отвлечься от тревожных предчувствий на нытье Молли о том, что надо было приехать сюда с милордом герцогом, а не тащиться вдвоем.

– Мы уже притащились, – сказала ей,

Именно поэтому, по версии Молли, я должна оставаться в кэбе, а она сходит наверх и приволочет ко мне паршивца Сэмми Ноллена.

На это я ей возразила, сказав, что именно поэтому мы сюда и приехали и пойдем наверх вместе. Как раз-таки я не хочу, чтобы она ловила и волокла паршивца…

Молли все прекрасно слышала – ребенок попал в беду, поэтому мы будем действовать деликатно и осторожно.

Продолжая ворчать, она первой ступила на покосившееся крыльцо, затем мы принялись подниматься по скрипучим деревянным ступеням на второй этаж, где, по словам секретарши, снимал комнату Сэмми Ноллен.

В нос ударили запахи кислой капусты, застарелой сырости и бедности.

Возможно, даже нищеты.

– Вы ведь из органов опеки? – неожиданно передо мной распахнулась дверь, чуть не заехав мне по носу.

Я едва успела отшатнуться.

Молли зарычала, загораживая меня, но затем отступила в сторону, потому что в дверном проеме показалась изможденного вида беременная женщина с младенцем на руках.

– Вы ведь по поводу Сэмми? – поинтересовалась та, неодобрительно уставившись на мое новое платье от мадам де Ружэ.

Немного подумав, я кивнула, подтвердив, что именно так.

– Давно уже пора! – отозвалась женщина. – Негоже ребенку жить одному, без присмотра. Мы бы взяли его себе, но у нас самих семеро по лавкам. – Вздохнула. – Скоро будет восемь, куда нам его?! Но Сэмми – хороший мальчик, так что вы уж о нем позаботьтесь…

– Мы позаботимся! – отрезала Молли. – Пойдемте, мисс Кэрри! Нечего вам тут стоять!

И мы пошли.

Я собиралась постучать, но Молли успела первой. Толкнула нужную дверь, затем, прежде чем мы согласовали свои действия, зашла внутрь.

– Прошу тебя, поаккуратнее! – я успела лишь выдохнуть ей в спину.

Молли двигалась быстро – опять же, слишком быстро для обычного человека. Секунда – и она скрылась в подсобке, оттуда шел отвратительный запах испорченной пищи и немытой посуды. Но вернулась оттуда почти сразу же, после чего нырнула в маленькую темную комнату.

Послышались звуки борьбы, затем то ли приглушенный писк, то ли всхлип.

– Молли!.. – воскликнула я.

– Заходите, мисс Кэрри! – раздался ее голос. Впрочем, мне не требовалось особого приглашения. – Тут он, ваш шынтажист!

– Шантажист, – вздохнула я, после чего посмотрела на темноволосого парнишку, сидевшего с несчастным лицом на хлипком колченогом стуле.