Оксана Гринберга – Дебютантка, или брачный сезон (СИ) (страница 19)
– А что мне нужно о ней думать? – пожал он плечами, хотя прекрасно понимал, куда клонит мама.
– Моя Мэгги разузнала, что Карлин Кэмпбелл сегодня тоже будет у Виззманов, – заговорщическим тоном произнесла Жозефина. – Ее станут сопровождать дед и Ричмонды, которые, подозреваю, втайне мечтают ее придушить.
– Бедняжка! – усмехнулся Питер.
Впрочем, ему было все равно.
– Это будет первый ее выход в свет, Питер! Подумай об этом. Вернее, о том, что тебе не помешает…
– Нет, мама! – покачал он головой. – У меня уже есть намного лучшая кандидатура на примете. Но я пока ничего тебе о ней не расскажу.
– Но, Питер!.. – разочарованно протянула Жозефина. Впрочем, она тотчас же вернулась к внучке Кэмпбелла: – Конечно, я ценю твои идеи, мой дорогой, но мы с тобой не в том положении, чтобы разбрасываться подобными возможностями. Сам подумай, первый выход в свет, доверчивая провинциалка, которую ты спасешь от опасностей высшего общества. Она спрячется за твоим крепким плечом. И не только за плечом…
Произнеся это, Жозефина с одобрением окинула взглядом мускулистую фигуру сына.
– Наивная девчушка влюбится в тебя уже сегодня вечером, – продолжила она, – а свадьбу мы сыграем… Довольно быстро. Скажем так, уже в следующем месяце. Если подойти с умом, то я успею все подготовить. Уверена, старый Кэмпбелл даст за внучку отличное приданое, которое поможет нам раздать долги и зажить в свое удовольствие. К тому же Глория, служанка Ричмондов, утверждает, что Карлин Кэмпбелл – настоящая красавица.
– Мама, я нацелен на более высокую цель, – упрямо произнес Питер, – и у меня есть твердые основания полагать, что все получится. Поэтому я ничего не хочу слышать о какой-то там Карлин Кэмпбелл!
Мэтью помог вытащить виконта де Бражье из тюрьмы, и тот проникся… Не сказать, что благодарностью, но Питера он запомнил и пообещал в ответ за услугу представить его принцессе Джорджи уже этим вечером.
Вспомнив о Мэтью, Питер мысленно чертыхнулся.
Его товарищ до сих пор разыскивал ту девицу из кэба, хотя у Питера то происшествие давно уже вылетело из головы. Точно так же, как и обещание помочь в поисках.
Но Мэтью, с кем Питер столкнулся вчера вечером в доме у одного из знакомых, об этом напомнил. Спросил, как продвигаются дела с издательством, и Питер с трудом сообразил, о чем идет речь.
Все же вспомнил, после чего заявил, что дела продвигаются отлично. Вот-вот, осталось совсем немного, и он выяснит, как зовут ту таинственную незнакомку!
Потому что Мэтью так ее и не нашел.
В Магической Академии девушка с такими инициалами не училась и заявления на поступление не подавала. На этом следы обрывались, и Питер оставался его единственной надеждой.
– Мама, тебе обязательно нужно будет наведаться к своему брату в издательство и кое-что у того выяснить! – заявил он.
– Нет же, Питер! – страдальческим голосом произнесла Жозефина. – Я бы предпочла до твоей свадьбы с ним не встречаться. Мы уже столько задолжали, что мне стыдно смотреть брату в глаза.
– Но для меня это очень важно. – Жозефина не отреагировала, поэтому Питер решил зайти с другой стороны. – Дела любовные, мама! Нет, не мои, но они помогут мне жениться на той, о ком я мечтаю.
В глазах Жозефины тотчас же появился интерес, стоило ей услышать о «любовных делах». Все именно так, как и рассчитывал Питер.
– Выкладывай! – приказала она сыну, еще раз продемонстрировав, что успела порядком набраться жаргонных «словечек». – Внимательно тебя слушаю.
И Питер выложил.
Глава 6
Не сказать, что я сильно нервничала… Все было намного хуже!
Меня буквально потряхивало от волнения, потому что дед решил представить меня высшему столичному обществу, не дав особо времени прийти в себя и привыкнуть к переменам, произошедшим в моей жизни.
Впрочем, он все же смилостивился и выделил мне целых четыре дня до первого приема у неких Виззманов, от которых в дом Кэмпбеллов пришло приглашение на «Неофициальное открытие Брачного Сезона 551 года».
И дед ответил на него согласием.
Мне пришлось спешно решать проблему нового гардероба, потому что посылать за старой одеждой в Истерброк не было никакого резона. Она была хороша если только для Кэролайн Митчелл, но совершенно не подходила для Карлин Кэмпбелл-Данкер.
По этой причине почти весь следующий после оглашения результатов экспертизы день я провела в салоне популярной в Виенне модистки за примерками. Меня сопровождали внезапно спятившая Розалин Ричмонд – та была ко мне показательно любезна – и криво улыбавшаяся, но тоже пытавшаяся быть дружелюбной Лорна.
Ну и Молли ходила за мной по пятам, время от времени рыча на Ричмондов, да и сама я не забывала выставлять магическую защиту, ожидая от той семейки подлого удара в спину.
Но его не последовало.
Вместо этого мы посетили обувные и ювелирные магазины, а также парфюмерные лавки. Ричмонды скупали все подряд – оказалось, для меня.
Ужаснувшись, я попыталась остановить это безрассудство, на что мне заявили, что они выполняют приказ лорда Кэмпбелла. Его внучка должна выглядеть достойно, одетая по последней столичной моде, поэтому я могу выбирать все что захочу.
Но так как я этого не делаю, то выберут за меня они.
Не выдержав подобного расточительства, я вернулась на улицу Гровербрук, решив серьезно поговорить с дедом.
В ответ на мое возмущение он с улыбкой заявил, что деньги для него не проблема, поэтому не должны быть и для меня. Впрочем, на секунду мне показалось, что в его темных глазах промелькнула тревога, но мимолетное выражение исчезло без следа.
Через пару дней в дом стали приходить коробки от модистки – в них были как новые вещи, которые успела сшить артель, так и переделанная под мои размеры готовая одежда.
Таким образом я обзавелась прелестными нижними сорочками, юбками, корсажами и несколькими невероятной красоты платьями.
Сперва их фасоны пыталась выбирать для меня Лорна, но они мне не понравились. Я упрямо отстояла скромные вырезы и такие же скромные рукава, заявив и ей, и модистке, что мне совершенно все равно, какие именно платья носят в столице.
В оголенном виде я буду чувствовать себя неуютно, а мне этого не хочется. А то, что меня сочтут провинциалкой, – ну что же, я такая и есть и не собираюсь этого скрывать или же стыдиться!..
К удивлению, модистка со мной согласилась, а на лице Лорны промелькнуло раздосадованное выражение. Впрочем, оно тут же исчезло, сменившись фальшивой улыбкой, и мы продолжили поход по лавкам Виенны.
К вечеру я возвращалась домой без сил, но и там меня поджидала новая опасность.
На меня набрасывалась Анна и делала прически, заставляя меня выбирать те, с которыми я отправлюсь к Виззманам, а потом, на следующий день, на Бал Дебютанток в королевский дворец.
К этому времени я уже пребывала в полуобмороке от свалившихся на меня перемен и была согласна на любую.
…Конечно же, я не уставала благодарить деда за открывшийся для меня рог изобилия, но на всякий случай предупредила его, что выходить замуж в ближайшее время – по крайней мере, в этом Брачном Сезоне – я не планирую.
Вместо этого у меня на уме учеба в Магической Академии Виенны, к поступлению в которую меня старательно готовили еще в Истерброке.
Дед принял сказанное с явным удовольствием, и на третий день моего пребывания в столице мы с ним отправились в академию. Прогулялись по тенистым дорожкам между зданий учебных корпусов; Арчибальд Кэмпбелл рассказывал о своей учебе и о том, как именно здесь, под ветвями старого раскидистого вяза, он впервые увидел мою бабушку, любовь всей его жизни.
Затем мы отыскали центральное здание и поднялись в деканат. Там я подала свои новые документы, и через день мне уже пришло приглашение на вступительные экзамены, которые должны были состояться в июле.
Я собиралась начинать готовиться к ним сразу же, как только уляжется беготня по магазинам.
Кроме того, мне пришлось встретиться с поверенными лорда Кэмпбелла, чтобы решить вопрос с домом в Истерброке. Нужно было оформить документы на новое имя, тогда как дед щедро погасил все долги моей бабушки.
Да, я продолжала считать Маргарет Митчелл своей бабушкой, потому что в глубине души до сих пор не была уверена в том, что я не самозванка с документами на имя Карлин Кэмпбелл-Данкер.
Но уговаривала себя, что это не так.
К тому же я уже приняла решение, и назад дороги не существовало – теперь моя судьба была навсегда связана с лордом Кэмпбеллом и Виенной.
Выходило, судьба Молли тоже, потому что она не стала меня покидать, хотя я, собравшись с духом, все же сказала, что если ей настолько противна жизнь в столице, то я ее отпущу.
Не стану удерживать силой, и она может вернуться в Истерброк. Наш дом и мои скромные сбережения в полном ее распоряжении.
Пусть мне было больно это произносить, но я желала Молли только добра. Она всегда была мне преданна – с первого дня шесть лет назад, когда появилась на нашем пороге.
Помню, был поздний вечер и лил ужасный дождь, поэтому мы с бабушкой не сразу сообразили, что стучат именно в дверь и это не очередной раскат грома за окном.
Я отправилась открывать, и тогда-то увидела Молли в первый раз. Насквозь промокшую, замерзшую, со стучавшими зубами, а ее рыжие волосы свисали жалобными прядями вдоль бледного лица.
С трудом разжав губы, она поинтересовалась, не найдется ли у нас для нее работа. Любая работа – она готова на все.