Оксана Гринберга – Дебютантка-2, или Брачный контракт (страница 14)
И ее вопросы были очень похожи на те, с которыми не отставали от меня Мэтью и Нейтан. Подруга хотела знать, что со мной не так, и почему порождения аномалии не дают мне спокойной жизни.
Однозначного ответа у меня не было, и рассказывать обо всем Джорджи я тоже пока не была готова, но все-таки решила сделать шаг навстречу правде.
Призналась подруге, что причина повышенного интереса монстров к моей скорейшей кончине, скорее всего, связана во встрече с аномалией под Олсоном, когда погибли мои родители, а я выжила, но потеряла память о своем детстве.
Получалось, тот факт, что я выжила, не нравится порождениям аномалии над Виеннским заливом, и они всячески хотят его исправить.
Не слишком-то и соврала и даже втайне собой гордилась – потому что для меня в этом мире все началось как раз с аномалии под Олсоном.
Пару раз в спальню к Джорджи пытался прорваться Густав, но подруга его прогоняла. Заявила брату, что сегодня – девичий день, я наконец-таки в полной ее власти, так что все представители мужского пола должны идти… по своим делам, но подальше от нас.
Потому что мы как раз перешли от монстров к сплетням о мужчинах, и Густаву здесь не место.
Джорджи призналась, что принц Алан из Эльмарена не дает ей прохода, но пока что еще рано о чем-либо говорить.
Поэтому мы поговорим обо мне.
- Ты нравишься моему брату, Кэрри! – сообщила мне Джорджи. – Но это эфемерное увлечение, не имеющее под собой серьезных намерений жениться на тебе в ближайшие лет так десять. Так что не бери Густава в голову.
- Договорились, не буду, - с явным облегчением сказала ей.
Влюбленного принца только мне не хватало - потому что влюбленный в меня глава Ночных Охотников и начальник Особого Отдела уже имелись.
Кстати, Джорджи была всецело на стороне своего дяди,
- Ты знаешь, отец на днях собирается вручить ему медаль за героическое спасение дамбы, а заодно и Виенны, - по секрету сообщила мне принцесса. - Быть может, это поможет тебе простить дядю за все то, что он совершил? Уж и не знаю, что это было, и почему вы расстались, - потому что я так ей и не призналась, - но он сильно страдает и не находит себе места. В принципе, с того самого дня, как ты въехала в него на той штуковине, он его так и не нашел. Дядя от тебя без ума, Кэрри! И обязательно добьется взаимности.
На это я вздохнула.
Хотела сказать, что мы уже дважды были в полушаге от поцелуя, но его так и не произошло. А еще Нейтан подарил мне сапфировый комплект, и я не знала, что мне теперь со всем этим делать.
Но не стала.
Из Джорджи был так себе советчик – крайне пристрастный. Уверена, она бы тотчас же возвестила, что подарок нужно принять, дядю срочно поцеловать, а потом выйти за него замуж, чтобы мы наконец-таки стали настоящими сестрами.
Я пока еще ничего не решила, поэтому перевела разговор на другое.
Сказала, что совсем скоро моя книга выйдет в свет, и, возможно, если в типографии снова не сломается печатный станок, то уже к завтрашнему вечеру или послезавтра к утру у меня появятся первых два сигнальных экземпляра.
К тому же, на днях Жозефина устраивала какое-то мероприятие (надеюсь, без моего участия), да и публикации в газетах вот-вот увидят свет…
- Я тоже сделаю все, что в моих силах, - пообещала мне Джорджи. - Кэрри, ты должна сразу же прислать мне свою книгу! Она будет со мной повсюду, и я стану всем ее нахваливать…
- Но ты же еще ее не читала, - возразила ей.
- Разве может быть плохой книга, которую ты написала? – искренне удивилась подруга. - Да еще и с названием «В полушаге от поцелуя»? О, Кэрри! Ее прочтут все, кого я знаю! И даже те, кого я не знаю, они тоже ее прочтут!
А потом, когда мои новости закончились, Джорджи повела меня знакомиться с принцессой Эльмарена. Сказала, что Мари-Энн пока еще не выходит из своих покоев, но уже второй день принимает гостей, поэтому она будет рада, если мы ее навестим.
Все идет к полному ее выздоровлению, поэтому свадьбу тоже решили не откладывать. Наоборот, Мари-Энн настаивает на скорейшей церемонии – утверждает, что готова обвенчаться уже через две недели, а Конраду так вообще все равно.
Но настолько быстро все не подготовить, поэтому свадьба состоится через месяц, и ее старший брат, как будущий король Аглора, исполнит свой долг.
- Мне очень жаль, что Конрад так и не полюбил Мари-Энн, - призналась мне по дороге Джорджи. – Но все это время я думаю – как же хорошо, что я не старшая принцесса, мне никогда не сидеть на троне, а папа еще в детстве пообещал мне, что не станет выдавать меня замуж в угоду политических интересов Аглора. Кстати, моя тетя Мадлен могла бы править королевством, но отказалась от трона в пользу своего среднего брата, моего отца.
- Нам рассказывали об этом в школе на уроках истории, - сказала ей и больше ничего не стала добавлять.
Мне почему-то было тревожно.
Наверное, потому что мы наконец-таки подошли к покоям Мари-Энн. Остановились, потому что я попросила у Джорджи немного времени, чтобы перевести дух, а заодно и уговорить себя, что нет ни малейшего повода для тревоги.
Тогда, в Тронном Зале, мне все показалось. Никакого красного свечения над делегацией из Эльмарена не было и в помине.
Вот, Нейтан, по словам Джорджи, тоже встречался принцессой и ее советниками. Раз уж он, как Ночной Охотник, не почувствовал вибраций заргов, это означало, что волноваться у меня нет ни малейшей причины.
Но тревога не отступала.
- Единственное, Мари-Энн все время находится в присутствии своей охраны, - призналась мне Джорджи. – Ну что поделать, такие уж у них традиции! Но ты не обращай на ее телохранителей внимания. Эльмаренцы стоят по своим углам словно статуи и не подают признаков жизни.
- Хорошо, - сказала ей. – Не буду.
- И вот еще, шторы в ее комнате до сих пор задернуты. У Мари-Энн серьезная аллергия на наше солнце, и болезнь до сих пор не отступила. - Джорджи на секунду задумалась. - Странное дело, а ведь Эльмарен южнее Аглора!
- И что же на это говорят доктора? – охрипшим голосом поинтересовалась я.
Джорджи пожала плечами.
- Говорят, что такое тоже бывает, и Мари-Энн скоро приспособится и привыкнет. Но пока что в ее комнате зажигают магические светлячки, так что в темноте сидеть нам не придется. Кстати, на Мари-Энн небольшое иллюзорное заклинание, чтобы она не пугала окружающих красными глазами. Так что, Кэрри, даже если и разглядишь через иллюзию, постарайся не особо на нее таращиться.
- Постараюсь, - пообещала я принцессе.
- Ну что, идем дальше? – спросила Джорджи, на что я обреченно кивнула.
Уже скоро перед нами распахнулась дверь, и мы вошли в большую, но пустовавшую приемную. За другими дверями уже объявляли, что к принцессе Эльмарена пожаловали принцесса Аглора Джорджиния Дорсетт вместе с леди Карлин Кэмпбелл-Данкер.
В ответ раздался тонкий девичий голосок, разрешавший нам войти. Джорджи потащила меня к дверям, а я поплелась следом.
С каждым шагом во рту усиливался странный привкус магии, а голову сжало словно в тисках уже знакомое давящее ощущение. Это было предчувствие большой беды, и у меня никак не получалось от него не избавиться!
Тут лакей распахнул перед нами двери в малую приемную, и мы с Джорджи вошли внутрь.
…И нет, я не запуталась в ногах и в подоле и не упала навзничь… И даже не кинулась бежать прочь с воплями:
- Убивают! На помощь! Монстры!..
Вместо этого всего лишь застыла на входе, неверяще уставившись на бордовое свечение, идущее от одетой в темное девушки.
Она сидела на софе с прямой спиной, сложив руки на коленях. Неподалеку от нее в мягком кресле с цветочным орнаментом устроилась баронесса Мадлен Дорсетт. Тетя Джорджи держала в руках чашку с чаем и о чем-то негромко говорила.
Перед ними стоял небольшой столик, заставленный угощениями, а с другой от него стороны пустовало два приготовленных для нас с Джорджи кресла.
Но я смотрела только на Мари-Энн.
От принцессы шло ярчайшее бордовое свечение. Столь сильное, что я и не сразу разглядела ее лицо. Похожее свечение шло и от застывших по углам двух мужчин в традиционных нарядах Эльмарена.
Телохранители Мари-Энн, вспомнились мне слова Джорджи. Подруга сказала, что те не оставляют свою принцессу без присмотра.
- Ну же, Кэрри! Не робей, - подбадривающе заявила подруга и взяла меня за руку. - Иначе они с тетей Мадлен выпьют весь чай и съедят все самое вкусное.
Но я продолжала робеть. Вернее, застыла как истукан, не в силах пошевелиться. Наверное, потому что до сих пор не могла поверить в происходящее.
- Говорю же, она не кусается! – с улыбкой добавила Джорджи.
Тут я наконец-таки разглядела лицо принцессы и отстраненно подумала, что она, скорее всего, как раз кусается. А еще Мари-Энн, или кем бы ни было это существо, пьет кровь.
Я увидела продолговатую, всю в бородавочных наростах голову без каких-либо следов волос и дыру вместо рта, вокруг которой вились, словно толстые мучные черви, многочисленные щупальца.
Они не были настолько длинными, как у Адских Гончих и крыкадилов, но в том, что все эти существа принадлежали к одному и тому же миру, у меня не оставалось ни малейших сомнений.
Тут рука принцессы – темная и неестественно худая конечность, выглядывавшая из платья, и не имеющая особого сходства с человеческой, - поднесла к дыре рта чашку с чаем.