Оксана Головина – Тьма и пламя (страница 21)

– Ты получил письмо?

– Склонен предположить, что это приглашение. – Он вскрыл конверт, разворачивая сложенный вдвое лист.

Читая скупые строки, Кристиан холодно усмехнулся. Ну надо же, как быстро! Улхар возвратился в город и возжелал поблагодарить «спасителя» его пьяницы-дочери? С визитом звал… Что ж, в другой раз он непременно отказался бы. Но это неплохая возможность расспросить о томаринцах. Если верить слухам, управляющий распускал и свои – о печати. Мог знать нечто, что пригодится в поисках.

– Что-то не так? – полюбопытствовала Трин.

– Все в порядке. Нужно нанести визит в дом Пира Улхара, управляющего Валмира. Я совершенно не горю желанием видеть его. Но раз уж пригласил, то воспользуюсь этим. – Кристиан бросил конверт и письмо на стол. – Улхар мечтает избавиться от разбойников. Скорее всего, идея распустить слухи о томаринской печати принадлежит ему. Хочу расспросить его об этом. Эта земля была в твоих воспоминаниях. Я понимаю, как хочешь открыть для себя правду. Просто дай мне время.

– Я хочу быть полезной тебе, помочь хоть чем-то. – Трин приблизилась к нему.

– Тогда просто оставайся в Арде, чтобы быть единственной причиной, по которой я возвращаюсь сюда. Трин… – Кристиан опустил ладони на ее плечи.

– Да?

– Я говорил ранее, что выберу время отвести тебя в храм Бевана. Там мы принесем брачные клятвы у алтаря.

– Да… – разволновалась Трин, вздрогнув под его ладонями.

Кристиан сжал ее плечи сильнее.

– Мне жаль торопить тебя. И я желал бы, чтобы все происходило при более приятных обстоятельствах. Но в свете последних событий хочу, чтобы мое имя стало тебе защитой, – внимательно глядя в ее лицо, твердо проговорил Кристиан. – Ты понимаешь меня, Трин?

Она понимала. Прекрасно понимала. А также сознавала, что не желала прикрываться им, словно щитом. Зачем ему она – сирота безымянного рода? Зачем ему она, если взамен может потерять все, что дорого? Трин прерывисто вздохнула, снова вздрогнув в его руках, ощущая озноб.

– Трин! – Кристиан не сводил с нее глаз.

– Да. Я понимаю.

– Тогда почему мне кажется, что сейчас ты готова выпрыгнуть в окно и бежать прочь, позволь спросить?

– Твой дед не позволит свершиться этому браку, – наконец произнесла Трин, высказав то, что уже столько времени ее мучило.

– И в этом вся причина? – Казалось, он действительно был удивлен.

– А этого мало? – растерянно посмотрела на него Трин. – Деверукс лишит тебя наследства. Он не отдаст тебе Харланд.

– И все это время ты мучилась подобными мыслями, Спичка?

Его мягкий смех неожиданно зазвучал в комнате, разволновав Трин больше прежнего. Что в ее словах вызвало подобную реакцию?

– Разве могут не беспокоить эти вопросы?

Кристиан вновь заставил девушку смотреть на него, придержав ее подбородок.

– Я знаю своего деда, Трин. Прекрасно знаю. Поэтому и настоял на письменном договоре. У меня есть его подпись и печать на жалкой бумажке. И там ясно сказано, что я всего лишь обязуюсь жениться в течение года для получения наследства. Но кем должна быть будущая каэли Рэйван, ничего не сказано, – пояснил он, отпуская подбородок Трин и проведя тыльной стороной ладони по ее горячей щеке. – Много лет было так темно. Темно. Холодно. Я рад был обжечься, чтобы вновь ощутить, что жив. И если единственная причина твоего сомнения боязнь навредить мне, я лишь еще больше уверяюсь в правильности своего выбора. Я не отступлюсь.

Глава 20

Трин с удивлением глядела на большую коробку, которую Кристиан опустил на стол. Золотистая лента так замечательно сверкала аккуратным бантом на крышке. Рядом ютилась вторая коробка, совсем маленькая, привлекая к себе внимание приятным ароматом. В ней явно таилось нечто, приобретенное в кондитерской.

– Что это? – Трин приблизилась, когда Кристиан жестом пригласил подойти к его столу.

– То, что, надеюсь, хоть немного поднимет тебе настроение. Хотел вручить это в качестве поощрительного приза, когда ты выиграла у Димера тот небольшой поединок. – Кристиан усмехнулся. – Но что-то вечно вмешивалось в планы.

– Это подарок? Мне? Еще один? – Ее глаза распахнулись от волнения, и она не смогла сдержать улыбку.

В прошлый раз Кристиан подарил Зиля. И порой ей казалось, что вместе с ним подарил частичку себя, которая постоянно находилась рядом, где бы ни пропадал некромант. Что же в этот раз? Что могло быть в прекрасной белой коробке? Погодите-ка… Это же не то, что она думает?

– Верно. Подарок. Откроешь здесь или предпочитаешь сделать это в своей комнате?

– Спасибо. – Трин осторожно потянула за конец ленты на большой коробке. – Я открою его при тебе. Надеюсь, оттуда не выскочит еще один дух?

– Хватит и одного, – припоминая выходку Зиля, вздохнул Рэйван.

Развязав бант, Трин рискнула поднять крышку. Она дрогнула в руках, и пришлось задержать дыхание от неожиданности и… восторга. Да. Именно это Трин сейчас чувствовала. Мягкое сияние эмеритовых камней, которыми был расшит корсет платья, отражалось в ее глазах. Платье. Кристиан подарил ей платье…

Он молча наблюдал за реакцией Трин. Подарок понравился. Это он видел совершенно ясно. Вот только не мог понять, отчего радость смешивалась с откровенным испугом. Трин пыталась скрыть свои чувства, но безуспешно. Отчего простое платье так ее взволновало?

– Оно очень красивое. – Трин прикоснулась к переливчатой, пылавшей огнем ткани. – Оно прекрасно. Спасибо.

Глаза увлажнились, и она закусила губу, надеясь сдержаться. Да что такое? Снова чувства через край. Все ее планы спрятаться на время бала летели к хаосу. Теперь она не сможет отказаться. Не сможет подвести Кристиана. И наверняка опозорится перед всеми собравшимися на балу. Или будет мучиться и смотреть, как Кристиан танцует с кем-то из студенток. Трин прекрасно понимала, что это для него всего лишь необходимость. Всего лишь некий ардовский ритуал. Но сердце отказывалось слушать.

– Если понравилось, почему так взволнована? – проникновенно прозвучал рядом голос Кристиана.

Он обнял девушку за плечи, привлекая к себе. Время, замри. Остановись. Вот бы стоять так вечно. Трин обняла Кристиана, прижимаясь щекой к его груди. Вот он, такой полюбившийся мерный стук сердца… И тепло. Так тепло. Точно, тепло!

– В этом платье я не смогу надеть наручи. – Трин подняла голову, глядя на Кристиана. – Я могу не сдержаться и натворю дел во время бала. Мне совершенно нельзя там появляться.

– Так проблема в твоей неуправляемой силе? – Он постарался не улыбнуться, чтобы не расстроить лгунью еще сильнее.

– Да, – торопливо кивнула Трин. – Ты лучше всех знаешь, что я могу натворить.

– И лучше всех знаю, как с этим справиться, верно? – не выдержал и усмехнулся некромант. – Доверься мне. Этого будет достаточно. И так, на всякий случай: даже не смей думать о том, что сможешь не явиться на этот проклятый бал. Не смей бросать меня одного на растерзание толпы.

– Я не брошу, – заверила Трин уже спокойнее.

Подумаешь, еще раз осмеют или будут распускать сплетни о дикарке-сироте. И в самом деле, она придет туда только ради Кристиана. Все остальное не важно. Справится. Не впервой.

– Ты дала слово, – пристально поглядел Рэйван.

– Я его сдержу, – твердо пообещала Трин.

– Сейчас я должен отпустить тебя. Увы, необходимо вернуться к делам.

Отпускал нехотя, целуя на прощанье и вручая коробки с подарками. Оставшись один, Кристиан прошелся по комнате, устало поведя плечами. Затем поглядел на стол, заваленный бумагами. Еще одна куча планов, расписаний и тому подобного, отчего голова раскалывалась. А затем еще одна бессонная ночь. Он посмотрел на кровать… Опять вернутся ночные кошмары.

Хотя в прошлую ночь, когда едва смог сомкнуть глаза, ему снилось нечто необычное. Тихий голос пел песню. Некую колыбельную. Где он мог ранее ее слышать? Возможно, в детстве пела нянька, поскольку голос уж точно не походил на материнский. Или его снова посетили чужие воспоминания? Кристиан глянул на входную дверь. Песня пелась не для него? Кто-то когда-то пел ее для Трин? Появилось желание не сдержать слово, надеть медальон на ночь и перенести ее к себе. Но спалит же всю комнату! Зато перед этим он отлично выспится…

Оказавшись в темном коридоре, неподалеку от лестницы, ведущей к крылу общежитий, Трин придержала коробки. Маленькая, со сладостями, едва не соскользнула с гладкой крышки коробки с платьем. Кальмия дразнила своим ароматом, вызывая желание немедленно попробовать десерт. А еще в который раз пожалеть, что не могла разделить эту радость со своим молчаливым другом.

Трин огляделась в поисках умая. Тихий стук вызвал улыбку, сообщая о том, что сегодня она все же увидит Лейтона. Это не удавалось уже третий день. Он появился, спускаясь с третьего этажа. Мягкое голубоватое свечение стало ярче, когда ардовский прислужник заметил стоящую в сумерках коридора подругу. Лейтон приблизился, кивком отвечая на приветствие, и протянул руки, предлагая помощь.

– Где ты пропадал, Лейтон? – Трин позволила принять коробки. – Я уж было начала волноваться. Вдруг настолько надоела, что ты сбежал?

Умай покачал головой в ответ на ее слова, и его глаза затлели сильнее. Он немного приподнял в руках ношу, таким образом спрашивая, что же такое нес.

– Тебе интересно? – усмехнулась Трин, спускаясь с другом по широкой лестнице.

Они остановились где-то на середине, когда она пригласила присесть на одну из ступенек.