Оксана Демченко – Убить эльфа (страница 4)

Нельзя. Все решено.

Так правильно и честно: у мамы все равно нет денег оплатить обучение двоих детей в колледже второй ступени. Что же теперь, Кире жить неучем просто оттого, что она – младшая? Да и долгов у семьи Смарл немало. Мама молчит, но скрыть проблемы трудно. Соседка и та в курсе.

Рон вежливо подхватил сумку и понес ее сам. Нора обняла свободными ладонями локти, сжалась в комок, прогоняя предательскую дрожь.

– У меня появилась знакомая ведьма! – между тем восхищался Рон, ровно и мягко шагая рядом. – С ума сойти! Вот так поездка в захолустье на пару дней! Отпад… И я еще отказывался, упирался, даже выторговал доплату… Событий – на год хватит приятелям на басни. Эй, Норка, через годик я тебя обязательно навещу. И пойдем мы в кино. Даже сфотографируемся.

– Большое дело – ведьма, – смущенно пожала плечами Нора.

– Не скажи! Вы тут дикие, телесети верите. «Ведьм много» – да? Я тебе все по правде изложу, а ты сама смекай, что и как. Вас на целую провинцию всего один колледж готовит. И выпускает всего по дюжине настоящих ведьм в год. Если ты талантливая, как мне намекнул кое-кто, лет через шесть-семь дослужишься до майора. Потом стажировка, туда-сюда… Не заметишь, как в столицу переведешься. Говорят, там ведьмы умудряются при хороших связях взлететь до генеральских высот за десять лет. Представляешь себя с эполетом?

– Глупости, – задумчиво отказалась от головокружительных и неправдоподобных перспектив Нора.

– Может быть. Зато как они отражены в звонкой монете, – с отчетливой завистью вздохнул водитель. – Пять – семь сотен руни в неделю, и это всего лишь у майора в нашей жалкой провинции.

– Не может быть, – охнула Нора, утратив привычную сдержанность.

– Да, этот городок ты бы купила целиком через год службы, – красиво преувеличил Рон.

Мысль оказалась занятной и многообещающей. Наглость – первое счастье… Слова соседки, гвоздем засевшие с утра в голове, теперь звучали иначе. Можно подлечить Киру, устроить не в жалкий колледж, а в настоящий институт. Выплатить старые мамины долги. Даже поднапрячься и купить машину. С фильтрами, кондиционером, совершенно новую. Нора тряхнула головой, отгоняя наваждение, но светлое будущее не желало растворяться в мути юльского горелого дыма. Да что там новую! Будут деньги – лучше старинную, в шикарном хроме, двухцветную: небесно-синюю с серым. Пусть Кира водит. Вся такая беленькая, чистенькая, в накидке из голубого меха, точно как бесподобная Эрика Миль в фильме «Дожить до рассвета».

Люди будут смотреть сестре вслед и шептаться. Актриса. Звезда. Красавица. И белокурая расточительница сможет кого угодно угощать печеньем – не жаль, когда живешь не на последние денежки. Маме вообще будет незачем работать. Хватит ей вкалывать на «Эгиш» сутки напролет. Устроит клумбу. Нет, целый садик с розами. На две с лишним тысячи руни в месяц можно и садик…

Нора села в кабину, грузовик взревел, тяжело зашевелился на тесной площадке, разворачиваясь в несколько приемов, и покатился по дороге. Прочь из Юльска. Дышалось легко: фильтры в кабине новые, современные. Сиденье оказалось мягким и уютным, с подлокотниками. Видимо, отсутствие привычной рези в глазах, убаюкивающее покачивание и чистота воздуха перевели мысли в самое приятное русло. Предчувствие беды улеглось, затихло. Нора охотно смеялась, выслушивая нехитрые байки водителя. Рассказывала про Киру. Кивала и обещала сходить в кино через год – точно, с чего бы ей начать задирать нос? К тому же она вовсе не черная ведьма, а так, беспородь невнятной серой масти…

Спустя полтора часа грузовик притормозил у шлагбаума, перегораживающего дорогу. Рон сбегал в будку дежурного, показал свои документы и предписание на посещение отбора, выданное Норе два года назад, каким-то чудом до сих пор сохранившееся в целости у предусмотрительной соседки. Не возникло ни проблем, ни даже малейшей заминки.

Шлагбаум со скрипом поднялся, мотор азартно взревел. И грузовик вырвался из владений концерна «Эгиш». Нора смотрела по сторонам до рези в глазах. Искала перемены и радовалась, замечая их. Вот небо утратило нездоровую желтизну, отодвинулся и посветлел горизонт. Трава налилась зеленью, ощутив влагу. Деревья стали живыми. Сперва кривоватыми, больными, с редкой сухой листвой, покрытой ржавой ранней желтизной и пятнами. Но чем дальше отъезжали, тем гуще становились кроны и стройнее стволы.

Рон сунул в пасть приемника диск с незнакомой веселой музыкой. И окончательно осчастливил Нору, когда в первом же поселке притормозил у ларька, сбегал туда и вернулся с пакетом еды. И еще водитель догадался подарить пассажирке литровую бутылку прохладной газированной воды. Очень вкусной.

Нора усердно резала колбасу и хлеб, собирала толстенные аппетитные бутерброды. Охотно ела их вместе с Роном.

Из кабины грузовика предстоящая жизнь выглядела весьма неплохо. Рыжая соседка права. Юльск – клетка. А армия, корпус ведьм – жителю отравленного города именно это и даст настоящую свободу.

К обеденному времени грузовик остановился на тихой зеленой улице богатой окраины Шанта, города-спутника столицы провинции. Рон еще раз сверился с картой и указал пальцем на ворота великолепного особняка.

– Это и есть твое общежитие. Точно.

– С ума можно сойти! – испугалась Нора. – Какой парк, чудо! И цветы, и решетка кованая – небось еще до Раскола тут стояла. И сам дом, ты глянь, каменный.

– Гномья работа, – подтвердил Рон без колебаний. Помолчал, со вздохом признал очевидное: – Пора прощаться. Мне еще гнать назад, на базу, до самой ночи.

– Извини, из-за меня ты…

– Из-за твоей соседки, – подмигнул водитель, споро выгружая сумку и помогая Норе покинуть высокую кабину. – Она все оплатила. Только тихо, я обещал ничего тебе не говорить. Не хочешь передать записку Кире? Я завтра буду в вашем городке еще раз.

– Ох, не сообразила! Спасибо, – смутилась Нора. Сунув Рону почти полную бутылку воды, торопливо нацарапала пару слов на клочке бумаги. – Отдай ей воду, там много осталось. И вот записка. Спасибо еще раз.

– Пока, ведьма, – подмигнул водитель. – Расти красивой, сильной и вредной. Но не забывай тех, кто тебе помог. Вдруг да получится замолвить за меня словечко. Всякое случается, вот доберешься до столицы – и станешь смотреть на Рона сверху вниз, генеральша… Не отнекивайся, привыкай к перспективам. Но пока что выслушай совет напоследок. Учись быть настоящей стервой. Сейчас это очень понадобится.

Нора кивнула, шагнула на тротуар. Суетливо поправила кофту, вцепилась в сумку. Посторонилась к самому газону. Грузовик выпустил клуб сизого дыма, в два приема грузно и шумно развернулся – ему, огромному и неуклюжему, было тесно и на этой широкой, по сравнению с Юльском, улице.

Но Рон управился, и скоро рев цистерны, такой знакомый, выученный за долгие годы до последней нотки, удалился, растворился, погас. Навсегда? Неужели ей больше не придется платить за воду и дышать гнусным торфяным дымом?

– Документы, – резко потребовал металлический голос за спиной.

Нора вздрогнула, обернулась. Неловко выронила сумку от неожиданности. Перед ней в открытой створке ворот стояла настоящая ведьма, выглядящая куда лучше, чем на любой картинке в глупых пособиях. В полной форме. И, естественно, на шпильках. Тех самых, известных каждому – боевых, с длиной и остротой каблука, как у хорошего стилета. Сама – стройная, красивая до неправдоподобия, в ладной черной блузке и короткой юбке, буквально облизывающих каждый изгиб безупречного тела. С волосами ниже пояса, глянцево-вороными, кудрявыми, густыми.

А лицо… Холодное, неподвижное, аккуратно и в меру доведенное до совершенства косметикой, красотой не уступающее портретам Эрики. Глаза темные, глубокие, серо-зеленые.

Ведьма прищурилась с отчетливой насмешкой, шагнула вперед. Не произнеся более ни слова, ловко и звонко отвесила глазеющей деревенщине хлесткую пощечину. От боли и обиды сразу выступили слезы. Щека налилась саднящим румянцем. Нора невольно отшатнулась, споткнулась, цепляясь за сумку.

– Встань прямо, смотри в подбородок. Дура, сумку подбери. Откуда вас только берут таких… Не молчи, бумаги и адрес. Громко, внятно и без запинки. Или тебе нравится быть битой? С этим у нас нет проблем.

– Вот бумаги. Я из Юльска. Нора Смарл.

Нора закусила ноющую губу, удержала руку, готовую глупо, по-детски щупать горящую щеку. Юльск уже не казался страшным. Хотя… надо помнить о Кире и стараться. Нельзя сдаваться, даже не войдя в ворота. Голос черноволосой красавицы звучал ровно, уверенности в себе хватило бы на захват столицы и изведение до смерти всех эльфов мира. А вот прочего, внутри… Да никакая она не ведьма! Или прячет себя? Неужели возможно так замаскироваться? И заодно не ощутить, что сама Нора – как раз ведьма!

– Вызов просрочен, – лениво сообщила красавица, теряя интерес и не глядя более на Нору. – Пошла вон.

– А ты мною не распоряжайся, – разозлилась Нора, всего полчаса назад в собственных мечтах изловившая десяток эльфов и торжественно произведенная в генеральши. – Ты бездарь! А я ведьма и имею право на отбор. И пройду его.

– Ах ты…

– Не сойдешь с места, – мрачно предупредила Нора, сжимая кулаки, впиваясь ногтями в ладони. – И руки не тяни. Отнимутся.

– Неужели настоя-ащая ведьма, да-а? – Женщина заинтересованно дрогнула красиво прорисованной бровью, чуть смягчив тон. Даже опустила занесенную для новой оплеухи руку. – Занятно. Настолько, что позволяет миновать эти ворота с просроченным вызовом. Если я не сойду с места, само собой.