Оксана Чигинцева – Проект «Пифагор» (страница 7)

Начальник службы безопасности параллельно тоже с кем-то разговаривал по сотовому.

Когда оба после завершения телефонных переговоров вернулись к клетке, Анатолий Николаевич произнес:

– Так, молодежь. Я созвонился со знакомым криминалистом, он скоро приедет. Крысиную миску с отравленной едой до его прихода никому не трогать. Возможно, на ней остались отпечатки пальцев отравителя.

– А что, если Персефону отравил тот же человек, что и жалобу в следственный комитет тогда настрочил от моего имени? – предположил Сергей. – Кто-то всячески пытается вставить палки в колеса моим проектам.

– Ищите, кому выгодно, – заметил собравшийся уже было уходить начальник службы безопасности.

–Анатолий Николаевич! Могу я ознакомиться с записями всех камер, установленных в нашем здании, за сегодняшнее утро? Их же не изъяли?

– Изъяли. Но у меня есть дубликаты всех записей. Приходите после окончания рабочего дня в пультовую. Я распоряжусь, чтобы вам предоставили доступ к просмотру записей. Я у себя, если что, – с этими словами начальник службы безопасности покинул лабораторию.

Практически тут же в лабораторию Сергея поспешно вошел главный зоолог института Геннадий с мини инкубатором, адаптированной для млекопитающих искусственной молочной смесью и приспособлениями для кормления детенышей грызунов.

Все трое вновь обступили крысиную клетку. Геннадий аккуратно достал из нее четырех живых крысят. Осмотрел их и поместил в инкубатор.

– У тебя тут три самца и одна самочка. Вот смесь для кормления, разводить можно простой водой. И следи, чтобы она была примерно комнатной температуры или чуть теплее. Вот соски. Здесь датчик температуры в инкубаторе, добавить или убавить можно вот тут, – пальцы Геннадия ловко перемещались по кнопкам пульта управления. – Извини, лично сопровождать твоих питомцев не смогу, сегодня убываю в длительную командировку. Но можешь звонить в любое время, проконсультирую по видеосвязи. Ну и мои сотрудники, если что, тоже смогут помочь, обращайся.

– Думаешь, шансы выжить у них есть?

– При должном уходе, полагаю, да. Ладно, я убежал. Собираться надо. Будем на связи.

– Ген, спасибо еще раз! – сказал Сергей ему вслед и начал с беспокойством рассматривать своих новых питомцев через стекло инкубатора.

– Ну, что, многодетный отец, поздравляю! – съязвил Валентин и дружески похлопал Сергея по плечу. – Так уж и быть, похороны их мамаши возьму на себя после того, как с ней поработает криминалист.

– Да ну тебя! Вечно ты со своими дурацкими шутками.

Валентин усмехнулся и вышел.

«Надо бы придумать им имена», – подумал Сергей про себя. Он еще некоторое время разглядывал крысят, затем спохватился и развел смесь для их кормления. Разлил ее по небольшим контейнерам с сосками на концах и приступил к кормлению своих новых питомцев. Крысята с жадностью хватали поднесенные к их пастям соскам. Сергею показалось, что их маленькие розово-серые, абсолютно голые тельца дрожат. Поэтому он вытащил из шкафа чистую ветошь, разрезанную на небольшие полоски, и щедро накидал ее в инкубатор, прикрыв новорожденных. Затем проверил датчик температуры. Все было в норме.

За этими хлопотами его и застали вошедшие в лабораторию Светлана, Анатолий Николаевич и его знакомый криминалист, которого по пути уже коротко ввели в курс дела.

Криминалист тут же приступил к осмотру дохлой крысы, собрал в пробирку пену, выступившую вокруг ее пасти, затем снял отпечатки пальцев с дверцы и запора клетки, а также с миски внутри клетки. Образец содержимого миски также поместил в герметичный контейнер и подписал. Скоро все было кончено.

Светлана молча наблюдала за работой криминалиста, скрестив руки на груди. Затем ее внимание привлек мини-инкубатор, стоявший на рабочем столе Сергея.

– А это что у вас, Сергей Викторович?

Сергей пригласил ее подойти ближе.

– Это малыши Персефоны. Смотрите, какие они хорошенькие.

При взгляде на четырех новорожденных крысят лицо Светланы исказила смешанная гримаса страха и омерзения:

– Боже! Теперь их четыре, вместо одной!

Сергей поспешил ее успокоить:

– Светлана! Не беспокойтесь! Я уже понял, что вам неприятно такое соседство. Я переговорю с директором и впредь буду работать в своей лаборатории один и самостоятельно ухаживать за крысятами. А вас, Светлана, попрошу перевести в другую лабораторию, где вам будет более комфортно. Я искренне благодарен вам за совместную работу. Мучить вас я не хочу.

– Сергей Викторович! Я не хочу никуда уходить. Мне интересен проект по созданию регенератора тканей человека. Я же давно занимаюсь им вместе с вами. Да, меня напрягало вынужденное соседство с крысой, но я к ней уже почти привыкла. И к этим тоже привыкну, – пыталась возразить Светлана.

Но Сергей был непреклонен.

Светлана сжала руки в кулаки и вся напряглась, едва сдерживая себя, чтобы не накинуться на Сергея. Внутри кипели обида и разочарование из-за того, что ее отстранили от перспективного проекта, которому она посвятила столько сил и времени, да еще и на завершающей его стадии. Но она быстро овладела своими эмоциями, ее лицо приняло холодный и отстраненный вид.

– Что ж, желаю удачи! Свои вещи я заберу завтра – металлическим голосом произнесла Светлана и пошла к выходу.

Уже в дверях лаборатории она внезапно остановилась, развернулась лицом к Сергею и с ехидством добавила:

– Не знаю, что случилось с экспертом, а крысу вашу наверняка Ольга отравила. Из ревности. Она утром сюда заходила без вас.

Повернувшись обратно к двери, Светлана столкнулась нос к носу с Ольгой. По лицу последней было видно, что она слышала последние слова Светланы.

–Ну, вот, легка на помине, – опять ехидно заметила Светлана и вышла.

В лаборатории повисла тяжелая пауза. Ольга первая нарушила молчание, поздоровавшись со всеми и обратившись к Сергею:

– Сережа, как ты?

Взгляд Ольги проскользил по лицам присутствующих, по обстановке в лаборатории и внезапно остановился на содержимом мусорной корзины Сергея. Корзина была полной, а сверху на куче скомканных бумаг лежал нетронутый кусок яблочного пирога и разорванный пакет от него, на котором остались следы порошка после проведенного сбора отпечатков для дактилоскопической экспертизы.

Ольга поменялась в лице:

– Неужели вы все, и вправду, думаете, что это я?! – голос ее задрожал.

Не в силах больше контролировать нахлынувшие эмоции, Ольга развернулась и буквально выбежала из лаборатории, несмотря на попытку Сергея остановить ее.

Мужчины многозначительно переглянулись.

Когда сбор вещественных доказательств был завершен и все посторонние ушли, Сергей позвонил Валентину. Тот пришел, чтобы выполнить свое обещание: забрать на утилизацию тушу дохлой крысы, а заодно и палку, которой ее до этого переворачивал. Сам же Сергей, поблагодарив друга за помощь, спешно закрыл лабораторию и спустился на первый этаж в пультовую.

Глава 12

На отбор и копирование на флешку дубликатов записей со всех видеокамер института за период с восьми до десяти утра того дня Сергея потратил несколько часов. Когда он вышел из пультовой, была уже глубокая ночь. Сергей решил, что необходимо доделать начатое, благо пропуск у него был круглосуточный. Он вернулся в свою лабораторию и загрузил все видеозаписи с флешки в нейросеть. Практически тут же искусственный интеллект выдал всю аналитику. На ее основе можно было выбрать и увидеть маршруты передвижений каждого из сотрудников института в то утро. Только вопреки ожиданиям Сергея полной ясности картины все это ему не дало.

«Так, на этаже, где расположена моя лаборатория, незадолго до происшествия появлялись: Светлана, Пасюк, Валентин, Покровский, несколько незнакомцев, которых я видел в составе делегации гостей в приемной у директора, трижды на записях засветилась Ольга, причем в первый раз она была одна, во второй – шла по этажу в сторону лаборатории как раз рядом с Борисом Федоровичем, а в третий раз – в компании незнакомцев – рассуждал вслух Сергей. – Какой идиот так повесил камеры, что на них ни черта не видно! Ни одна из них не просматривает вход в мою лабораторию. На записях видно только часть этажа по направлению к ней. Как теперь понять, кто из тех, кто появлялся на этаже, заходил в лабораторию, а кто нет? Звуки на этих дурацких камерах тоже не записываются! И здесь сэкономили, как обычно. И надо же мне было оставить лабораторию открытой! Ну и растяпа же я!»

Сергей встал из-за компьютера, размял спину и руки, прошелся по лаборатории несколько раз туда–обратно. Выпил залпом стакан воды, набранной в кулере, сел в свое кресло и вновь погрузился в просмотр аналитики на экране компьютера.

«Что мы имеем в итоге: перед моим возвращением последними этаж покинули Пасюк, Светлана и Ольга вместе с членами гостевой делегации. Это было с небольшим разрывом во времени. Странно, кажется, что Ольга и представители делегации давно знакомы. Жаль, что не слышно, о чем они говорят».

Затем Сергей достал из верхнего ящика стола блокнот, куда с утра уже начал записывать все, что ему удалось узнать о случившемся, и вновь начал делать заметки.

«Так, для убийства и Бориса Федоровича, и крысы Персефоны должен был быть мотив. Если я пойму, какие цели преследовал убийца, то смогу вычислить его. Обе жертвы – участники одного исследования. Значит, мотивом убийцы могло быть желание помешать реализации данного проекта. Это выгодно конкурентам, как внешним, так и внутренним. А недоброжелатель внутри института у меня явно имеется, судя по той жалобе. К тому же, как раз в этот день в институте была делегация гостей, которые явно были заинтересованы в сотрудничестве в рамках данного проекта. А когда не получили согласия, могли принять решение навредить… Ведь такое вполне могло быть, тем более на записи я видел гостей на этаже, где лаборатория…Так, с крысой понятно… Но зачем было убивать пожилого мужчину? Ведь это уже перебор! Или это было непредумышленное убийство? Возможно, Борис Федорович пытался помешать недоброжелателю, который хотел отравить Персефону. Но кто и зачем захотел отравить крысу и тем самым помешать мне? Боже! Как все запутано!»