Оксана Чигинцева – Проект «Пифагор» (страница 2)

Он сел за свой рабочий стол и начал внимательно разглядывать конверт с обеих сторон. Из текста на нем следовало, что это было почтовое отправление из Следственного комитета Российской Федерации адресованное лично Сергею. При этом в качестве его адреса был указан адрес НИИ, в котором он работал.

Сергей вскрыл конверт и достал из него гербовый бланк с машинописным текстом и размашистой подписью некоего полковника юстиции названного ведомства. По мере прочтения Сергей все больше менялся в лице. Он даже начал едва слышно бормотать себе под нос: «странно, тут написано, что следственный комитет получил и принял в работу мое обращение от двенадцатого мая текущего года… но я ни с чем к ним не обращался».

Светлана молча, но с явным интересом наблюдала за происходящим.

Сергей несколько раз задумчиво перечитал полученное письмо.

«Тут что-то нечисто, надо как-то выяснить, что было в том обращении, написанном от моего имени… А там война план покажет, как говорится… Но кто это мог сделать? Зачем? – размышлял Сергей про себя. – Ознакомиться с текстом обращения, судя по всему, можно только в следственном комитете…»

Мозг Сергея напряженно перебирал в памяти всех в его окружении, кто хотя бы теоретически мог иметь связи в следственном комитете и других правоохранительных органах и помочь выйти на исполнителя по упомянутому обращению.

Внезапно его осенило: надо поговорить с начальником службы безопасности института.

Он вскочил, чуть не уронив кресло, на котором до этого сидел, и почти бегом покинул лабораторию.

«Сумасшедший выскочка!» – едва слышно произнесла Светлана ему вслед и вновь погрузилась в работу.

Уже через пару минут Сергей сидел в кабинете Анатолия Николаевича Семенова, начальника службы безопасности НИИ, и рассказывал ему о странном письме. Хозяин кабинета молча выслушал его, ознакомился с письмом сам, а потом достал небольшую записную книжку в кожаном переплете и начал в ней что-то искать.

– О! А вот и она, Елена Михайловна, моя бывшая однокурсница по юридическому факультету… она много лет отслужила в областной прокуратуре, а недавно перешла в следственный комитет… большой начальник, – и он начал набирать на телефоне найденный номер.

 Когда ему ответили на том конце провода, он расцвел в благодушной улыбке, а глаза заискрились:

– Леночка! Как ты? Конечно, надо встретиться… Ты прости, но я по делу. Помощь твоя очень нужна.– и он перешел к изложению сути вопроса.

 После непродолжительной паузы «Леночка» перезвонила и сообщила данные и контактный телефон исполнителя в следственном комитете, которому передано на рассмотрение интересующее обращение. Начальник службы безопасности записал все на бумажном стикере и торжественно протянул его Сергею.

– Можно? – спросил Сергей, кивнув в сторону телефонного аппарата.

Хозяин кабинета утвердительно кивнул.

 Сергей тут же набрал заветный номер и попросил работника следственного комитета о личной встрече, указав, что вопрос не терпит отлагательств. Затем он по памяти продиктовал свои паспортные данные, необходимые для заказа пропуска в здание комитета. Сердечно поблагодарил начальника службы безопасности за помощь и, отпросившись у руководства, поспешил на встречу.

Глава 4.

Здание регионального подразделения Следственного комитета располагалось недалеко от центра города. На первом этаже около бюро пропусков Сергея уже ждал следователь Семаков Алексей Евгеньевич, которому и было поручено рассматривать обращение. После оформления пропуска он провел Сергея по извилистым коридорам здания в небольшой кабинет. Семаков уселся за свой письменный стол у окна, пригласив Сергея занять место напротив.

– Итак, Сергей Викторович. Чем вызвано ваше желание столь срочно переговорить со мной? Ваше обращение только поступило, срок рассмотрения по нему еще не подошел, я едва начал с ним разбираться… – произнес он, параллельно перебирая на своем столе стопку скоросшивателей, отыскивая нужное дело с обращением. Нашел и, положив перед собой, открыл.

– Все дело в том, что я не писал никакого обращения… – начал Сергей.

Следователь удивленно поднял на него глаза:

– О как! Интересно. Продолжайте.

– Я сам узнал об этом обращении лишь сегодня, получив это, – и Сергей протянул следователю распечатанный конверт, затем продолжил: – По всей видимости кто-то написал обращение от моего имени… я даже не знаю его содержания. Поэтому и пришел к вам. Могу я ознакомиться с текстом поступившего обращения?

– Ну, что ж… Вот оно, ознакомьтесь, – следователь расстегнул скоросшиватель, вытащил из него несколько листов формата А4 с машинописным текстом без подписи и протянул их Сергею.

Пока тот читал текст, ему казалось, что у него волосы встали дыбом и краска прилила к лицу. В данном обращении директор НИИ обличался «в различных злоупотреблениях служебным положением, финансовых махинациях и неправомерном использовании средств, в том числе выделенных на оплату государственных заказов». Обращение было анонимным: ни подписи, ни фамилии, ни адреса. Указано было лишь то, что его написал сотрудник института, который боится раскрыть себя из-за угрозы возможного увольнения.

Наконец, после нескольких мгновений шока от осмысления прочитанного Сергей спросил:

– Во-первых, почему в следственном комитете решили, что эту кляузу, где каждое слово – ложь, написал я? И, во-вторых, здесь нет никаких данных заявителя. Разве такие анонимные обращения по закону вообще могут приниматься к рассмотрению?

– У меня есть один ответ на оба вопроса: ваши данные были указаны на конверте, в котором пришло данное обращение, поэтому оно уже не могло считаться анонимным.

– А можно мне получить копию данного обращения?

– Нет, не положено. Но вы можете изложить все, что мне сейчас рассказали письменно. Я приобщу это к материалам по жалобе, – с этими словами следователь протянул Сергею несколько чистых листов бумаги и шариковую ручку.

Сергей изложил свои пояснения, а заодно несколько раз перечитал текст обращения, пытаясь запомнить его наизусть.

Аккуратно сложив все документы в папку скоросшивателя, следователь отметил Сергею пропуск и проводил его на выход из здания.

Всю дорогу от здания следственного комитета до института Сергея бросало то в жар, то в холод. Он лихорадочно перебирал в голове варианты: «Кто мог это сделать?», «Кому могло быть это выгодно?». Также же он ясно осознавал, что ему необходимо объясниться с директором института, предупредить его о наличии кляузы и ее содержании. Сергей достал сотовый, набрал номер и просил директора НИИ (по возможности) срочно принять его по личному вопросу. Он пользовался правом на такой звонок крайне редко, хотя директор, являвшийся старинным другом умершего отца Сергея, всегда рад был его слышать и видеть.

Далее все мысли Сергея были лишь о том, как наилучшим образом построить предстоящий разговор с директором, его мучил вопрос: «А что, если он мне не поверит?!»

Глава 5

 Когда Сергей заглянул в кабинет директора, тот был не один. Однако начальник службы безопасности с красной папкой в руках уже собирался уходить. Директор радушно пригласил Сергея войти и уже было начал прощаться с предыдущим посетителем, как Сергей спохватился:

– Михаил Иванович! Пожалуйста, пусть Анатолий Николаевич тоже останется. Он в курсе вопроса, который я хотел бы с вами обсудить.

– Конечно, присаживайтесь, – и директор указал обоим на кресла вокруг стола для совещаний.

Сергей начал рассказывать директору все по порядку: о получении письма из Следственного комитета Российской Федерации о принятии якобы его обращения к рассмотрению, о своем разговоре с начальником службы безопасности, о визите в региональное подразделение следственного комитета и встрече со следователем. Далее он близко к тексту пересказал содержание обращения и своих пояснений, написанных в следственном комитете и приобщенных к нему.

Директор молча выслушал Сергея, затем, открыв верхний ящик своего письменного стола, достал из него несколько листов бумаги с напечатанным текстом, без подписи и без конверта, и протянул Сергею.

– Оно?

– Да! Откуда оно у вас? – ошарашенно произнес Сергей.

– Оно поступило и к нам в НИИ, тоже анонимно. Мы с Анатолием Николаевичем уже несколько дней разбираемся с ним, пытаясь установить автора.

Сергей взволнованно произнес:

– Надеюсь, вы не думаете, что я мог так поступить? Вы друг моего отца, поддержали нас с мамой, когда его не стало. Я искренне благодарен вам за все. Более лояльного к вам человека вряд ли можно найти в нашем институте.

Видя состояние Сергея, директор произнес:

– Да не переживай ты так! Никто на тебя и не думает. Но нам с тобой, полагаю, следует объединить усилия, чтобы выяснить, кому было выгодно стравить нас между собой и дискредитировать в глазах корпорации и правоохранительных органов. Из содержания видно, что человек, который написал данное обращение, знает об описанных в нем проектах института лишь понаслышке. Никаких фактов, никакой конкретики, только голословные обвинения.

– Без сомнения! Я уже много думал над этим, но пока у меня нет вариантов, – когда Сергей договаривал эту фразу, его внезапно осенило, но он оставил свою догадку при себе.

На обратной дороге он заглянул к Покровскому: тот еще накануне просил зайти и проверить его расчеты по новому проекту. Сосредоточившись на цифрах и аналитике, Сергей немного переключил свое внимание.